ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ни-ко-му, это он про
минвнешторг, и я про свое заведение то же скажу, но я верю и буду верить
до конца дней своих тем, кто верил вместе со мной в шестидесятые годы,
тем, кто останется вечно молодым в памяти моей. Виталька Вехов, напри-
мер... или его тоже изуродовала Система?
Внутренний звонок.
- Сааб, мистер Веков из каминг, - известил Ганеш.
Виталий уже входил в офис.
- Цел? Без травм? Ну, с боевым крещением! Гусаров мне все рассказал,
но я, как освободился, все равно сразу к тебе. Чем помочь? Говори.
- Да вроде нечем, спасибо тебе. И рад, что ты здесь. Не поверишь, я
только что вспоминал наших.
- Они тебя тоже не забывают, - Виталий выложил передо мной на стол
пачку писем. - Пляши, сааб.
Виталий подробно расспросил меня о происшедшем, о Джентльмене от Гу-
сарова, о сумме за ремонт, в принципе все одобрил, подтвердил, что в
этой ситуации лучшего не придумаешь, и сообщил ворох новостей.
Во-первых, Алена должна послезавтра попасть на женский предновогодний
чай, Любаша сегодня после обеда заедет за ней, заберет, они подберут из
Любиных арсеналов украшения и, может быть, какой-нибудь наряд. Во-вто-
рых, Новый Год будем справлять обязательно вместе. В-третьих, я - как
иностранец, только что приехавший в страну на окраине Азии, не должен
чувствовать себя дискомфортно, а жить, как и подобает белому человеку в
привычной для него обстановке, и потому имею полное право за твердые,
как алмаз, доллары в течение первых четырех месяцев выписать видеомагни-
тофон, морозильную камеру, стереосистему, китайскую ширму или систему
для очистки воды... в общем, вот толстенный каталог, открывай наугад,
ткни, и палец сааба станет волшебной палочкой, по мановению которой
явится желанное. В-четвертых, все мужики передают приветы и готовы на-
вестить товарища в беде, лишь бы вырваться из городка, где все они - ра-
бы советской колонии и своих благоверных. Говорят, Айвазян от тоски так
устал, что дуэтом с Гусаровым выступил на главной площади городка. В-пя-
тых, сказал Виталий, я полетел дальше, кстати, по выписке совграждане
обязательно будут проситься в соучастники, учти, что выписать можешь,
что угодно, но по одному экземпляру, никому не верь, никому ничего не
обещай.
Опять ни-ко-му...
Я предложил Виталию, как и Гусарову, по граммульке, но он замахал ру-
ками и уехал.
Проводив его, я вернулся в офис и сел за стол.
Письма и красочный каталог. Духовное и материальное, причем в данном
случае и материальное - духовно, могу выписать, например, пластинки или
компакт-кассеты того же Моцарта или "Би Джиз". Нет, сначала письма.
От Алениных родителей.
От сына... Вот неожиданность.
От Александра Грабовского.
От Мазурова Бориса.
От Седова Димки, Седого.
От Алениных подруг.
От Никитенко Николая.
От моих родителей.
Поздравления с Новым Годом. Мы им тоже писали, но главное, что отк-
ликнулись все мои друзья. Настоящие. Нет, естественно, писем от моих
подруг, с которыми я встречался до Алены, - синеглазых, черноглазых, ка-
реглазых, сероглазых... от тех, кто меня тоже спасал, к кому ответно
вспыхивало чувство или гасло безответно, но это уже личное, об этом ни с
кем...
Позвонил Алене, отдал ей письма, сказал про Любашу Вехову, которая
заедет за ней после обеда. Ленка, обрадованная, убежала, а я первым де-
лом распечатал письмо отца.
Эпистолярный жанр родителя строг и официален, он, работая в оборонной
промышленности, знал, что переписку нашу читает цензура, и поэтому,
поздравляя с Новым Годом, желал успехов и благополучия всему местному
народу от нашей дружественной страны.
Письма от Сережки, от сына своего, я не ждал. Уж так сложилось, что
после развода с Тамарой наши встречи с сыном происходили только в те мо-
менты его жизни, когда он срочно нуждался в моей помощи - больница и
операция на желчном пузыре еще в детстве, первый привод в милицию с са-
модельным самопалом, поругался с матерью, убежал из дома, эпопея с пос-
туплением в институт, неудачная первая сессия, исключение из института и
армия.
Поздравлял, как всегда, с юмором, желал мне, как отцу, чтобы сын мой
почаще писал и не забывал предка, а уж сын обещал не забывать деда и ба-
бушку.
Саша Грабовский - мой товарищ по киностудии, ставший профессионалом,
кинокритиком, кандидатом искусствоведения, с которым мы встречались от
случая к случаю, писал, что может быть поедет на кинофестиваль в Индию,
а по пути или обратно заглянет ко мне.
Мой яхтенный капитан Боря Мазуров желал, чтобы корма не зарастала ра-
кушками и пусть мне постоянно дует бакштаг, а галс всегда будет правый.
Еще вложил в конверт ксерокопию руководства по определению и оценке дра-
гоценных и полудрагоценных камней.
Дима Седов - единственный друг детства, школьный товарищ размашистым
почерком, словно сильно торопясь, коротко извещал, что не забыл и что
подробно еще пообщаемся, если сможет передать весточку с оказией. Это
значит, с кем-то лично, минуя официальные каналы. Это Дима привел меня
на яхту, благодаря ему я перечитал почти весь "самиздат", Александра
Солженицына, Владимира Набокова, Льва Копелева, книги-притчи Александра
Зиновьева.
Последнее письмо было от Коли Никитенко. Поэт и редактор сделал мне
новогодний подарок - вставил мои стихи в сборник "Сердце России".
Вот и размышляй о дружбе, оценивай и переоценивай ее деликатные при-
чуды, верь или не верь, но одиноким я уже себя не чувствовал, больше не
хотелось ни удавиться, ни напиться и не вертелось в голове "сыт я по
горло..."
Глава двадцать вторая
--===Колония===--
К О Л О Н И Я
Глава двадцать вторая
Мир праздновал приход Нового Года двадцатого века, готовился к ожидаемому
целый год мгновению, когда можно себе сказать - пусть останутся в прошлом все
беды и болезни и будут только мир, радость и благополучие. И да будет на то
воля Божия.
В нашей атеистической, бросившей пить державе пошел отсчет новой эпо-
хи, прозванной позже Смутным Временем.
Здесь же не ощущалось праздника, хотя официально не работали госчи-
новники. По местным обычаям Новый Год, как и в соседней Индии, справлял-
ся по лунному календарю в тот день октября, когда бог Рама вернулся с
острова Цейлон после победы над злыми духами.
В советской колонии ритуал новогоднего торжества отрабатывался поко-
лениями загранруководителей и под неусыпным оком профкома-парткома соб-
людался в соответствии с рекомендациями и устными пожеланиями сверху.
Состоялся обязательный предновогодний женский чай. Легкий грипп жены
торгпреда чуть не испортил все дело, а без первой дамы чай был невкусен
и терял всякий смысл.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90