– Мое звание позволяет мне иметь собственный ключ.
– Да ну?
– Вот он.
– До чего же все удивительно совпало, – заметила Николь, – можно подумать, что это просто вереница чудес! Ну, теперь прощайте, господин герцог.
– Почему же?
– Очень просто: я больше не увижу вашу светлость, потому что отправлюсь, как только мадмуазель заснет.
– Верно, верно. Прощай, Николь.
Накинув капюшон и украдкой улыбнувшись, Николь исчезла в надвигавшихся сумерках.
«Мне опять повезло, – подумал Ришелье, – но, признаться, мне начинает казаться, что удача считает меня слишком старым и служит мне словно против воли. Эта малявка одержала надо мной верх. Ну, ничего, скоро и я отыграюсь».
Глава 3.
БЕГСТВО
Николь была девушка добросовестная: она получила деньги от герцога де Ришелье, получила вперед, значит, надо было платить за доверие и отработать деньги.
Она побежала прямиком к решетке и была там без двадцати минут восемь вместо половины восьмого.
Привыкший к воинской дисциплине де Босир был точен: он ждал ее ровно десять минут.
Прошло почти столько же времени с тех пор, как барон де Таверне оставил дочь. Оставшись одна, Андре задернула занавески.
Все это время Жильбер по привычке подглядывал, вернее, пожирал Андре глазами из окна своей мансарды. Вот только трудно было бы с точностью сказать, что выражали его глаза: любовь или ненависть.
Когда занавески были задернуты, Жильберу не на что стало смотреть. Он перевел взгляд.
Тут он заметил шляпу с пером, принадлежавшую де Босиру, и узнал гвардейца, который прогуливался и от нечего делать негромко насвистывал.
Через десять минут, то есть без двадцати минут восемь, появилась Николь. Она перекинулась несколькими словами с де Босиром, – де Босир кивнул головой в знак того, что понял ее, и пошел по направлению к небольшой аллее, ведшей в Малый Трианон.
Николь вернулась, порхая подобно птичке.
«Ага! – подумал Жильбер. – Господин гвардеец и мадмуазель камеристка хотят о чем-то поговорить или что-то сделать без свидетелей: отлично!»
Жильбера не интересовала Николь. Но он испытывал к девушке враждебное чувство и пытался собрать побольше способных повредить ее репутации сведений, которые он мог бы представить в том случае, если бы ей вздумалось на него напасть.
Жильбер не сомневался, что военные действия вот-вот начнутся, и, как хороший солдат, готовился к войне.
Свидание Николь с мужчиной в Трианоне было мощным оружием, которым не следовало пренебрегать такому умному противнику, как Жильбер, тем более что Николь имела неосторожность почти вложить его Жильберу в руки. Жильберу захотелось услышать подтверждение тому, что он сейчас видел, и перехватить на лету какую-нибудь порочившую Николь фразу, которую он мог бы выставить против девушки, когда придет время сразиться.
Он торопливо спустился по лестнице, бросился бегом по коридору через кухни и выскочил в сад через часовню. Оказавшись в саду, Жильбер успокоился: он знал здесь каждый уголок.
Он шмыгнул под тополя, потом добежал до рощи, раскинувшейся шагах в двадцати от того места, где он рассчитывал найти Николь.
Николь была уже там.
Едва Жильбер успел спрятаться за деревьями, как его внимание привлек странный звук: это золотая монета со звоном ударилась о камень.
Жильбер ящерицей юркнул к ровной площадке, густо обсаженной кустами сирени, от которой в мае исходил пьянящий запах; ветки сирени раскачивались над головами прогуливавшихся по этой небольшой аллее, отделяющей Большой Трианон от Малого.
Когда глаза Жильбера свыклись с темнотой, он увидел, как Николь раскладывает деньги на камне по эту сторону решетки, так, чтобы их не смог достать де Босир; она доставала их из кошелька, полученного от герцога де Ришелье Золотые монеты текли рекой, подпрыгивая и переливаясь, а де Босир с горящим взором и трясущимися руками переводил внимательный взгляд с Николь на монеты, не понимая, откуда она могла их взять. Наконец Николь заговорила:
– Вы не раз обещали меня увезти, дорогой господин де Босир…
– И жениться на вас! – с воодушевлением воскликнул гвардеец.
– Ну, к этому мы еще успеем вернуться, – заметила девушка, – а сейчас главное – убежать. Можно через два часа?
– Да хоть через десять минут!
– Нет, у меня еще есть кое-какие дела, и на это потребуется два часа.
– Через два часа, так через два часа. Я к вашим услугам, дорогая.
– Отлично! Возьмите пятьдесят луидоров, – девушка отсчитала пятьдесят монет и передала их через решетку де Босиру; тот, не считая, спрятал их в карман плаща, – и через полтора часа ждите меня здесь с каретой.
– Но… – попытался было возразить де Босир.
– Если не хотите, будем считать, что ничего не было; верните мне пятьдесят луидоров.
– Я не отказываюсь, дорогая Николь, я только беспокоюсь о том, что мы будем делать потом.
– За кого вы боитесь?
– За вас.
– За меня?
– Да. Когда мы истратим пятьдесят луидоров, – а мы их рано или поздно истратим – вы станете плакать, жалеть о Трианоне, вы…
– Какой вы заботливый, дорогой господин де Босир! Да не бойтесь вы ничего, я не из тех, кого можно сделать несчастной. Пусть вас не мучают угрызения совести. Когда кончатся эти деньги, мы решим, что делать.
И она потрясла кошельком, в котором оставалось еще полсотни луидоров.
Глаза де Босира так и засветились в темноте.
– Ради вас я готов хоть в пекло! – воскликнул он.
– Да что вы, кто же вас об этом просит, господин де Босир? Так мы уговорились? Через полтора часа – карета, а через два – уезжаем!
– Да! – вскричал Босир, схватив Николь за руку и притянув ее к себе в надежде поцеловать через решетку.
– Тише вы! – прошипела Николь. – Вы с ума сошли?
– Нет, я люблю вас!
– Хм! – обронила Николь.
– Вы мне не верите, душа моя?
– Почему не верю? Верю, верю. Постарайтесь найти хороших лошадей.
– Ну конечно!
На том они и расстались.
Однако через минуту де Босир в ужасе вернулся.
– Эй! Эй! – позвал он.
– Что такое? – спросила Николь, успев уже довольно далеко уйти и потому приложив ладонь к губам, чтобы ее не услышали чужие уши.
– А как же решетка? – спросил Босир. – Вы сможете перелезть?
– Ну и дурак! – прошептала Николь, находясь в эту минуту шагах в десяти от Жильбера.
– У меня есть ключ! – громко сказала она.
Де Босир, в восхищении чуть слышно вскрикнув, убежал и на сей раз уже не вернулся.
Опустив голову, Николь скорым шагом направилась к дому.
Когда Жильбер остался один, он задал себе четыре вопроса:
«Почему Николь решила убежать с де Босиром, которого она не любит?»
«Откуда у Николь так много денег?»
«Где Николь взяла ключ от решетки?»
«Зачем Николь, вместо того чтобы сбежать немедленно, возвращается к Андре?»
Жильбер мог еще понять, откуда у Николь деньги.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183