ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Кучер был более воздержан на прогнозы.
— Плохо ты о нем думаешь! — буркнул он, делая большой глоток кофе. — Он не так слаб! И нос высунет, не сомневайся!
— Высунет, получит по физиономии! — уверенно заявил Назар.
— Да грохнуть его, и все! — проворчал Кучер.
— Рано или поздно он этого дождется! — пообещал Назар, прожевал кусок ветчины и громко рыгнул. — Да, а как там поживает наш пленник?
— По-моему, дрыхнет без задних ног! — доложил Петька. — Может, его покормить.
— Зачем? — удивился Назар.
Мужички засмеялись.
— Да, точняк! — хмыкнул Лелик. — Он же сюда не в гости приехал.
— Так че с ним делать?
Назар и сам не знал, что делать с пленником. Можно, конечно, его покормить. Не жалко. Но, с другой стороны, а на кой он вообще им нужен. Он попросил Лелика принести ему его мобильный телефон, позвонил Олегу на мобилу и спросил, нужен ли ему еще Грудов.
Олег уже распрощался с Рябовым, получив от него необходимые показания, и был в благожелательном настроении, что в положении беглеца было довольно необычно.
— Отпусти его, Саня, — сказал он. — Мне он больше не нужен. Тебе, думаю, тоже.
— Понял! — сказал Назар и отключился. — Гони его в шею, Петька!
— Как это гони? — не понял тот.
— А зачем он нам нужен? — пожал плечами авторитет.
Подруга утолила его сексуальный голод, сейчас он утолил голод физический, и теперь весь мир казался ему созданным для наслаждений и удовлетворения желаний. Над кем-то издеваться ему совершенно не хотелось. Тем более над таким жалким и трусливым доходягой, как этот Грудов.
— Что, просто так отпустить? — уточнил Кучер.
— Можно и не просто! — задумчиво пробормотал Назар. — Можно и приколоть!
— Давай приколем, — с готовностью согласился Кучер. — А как?
— Дверь ему открой ненароком, только ничего не говори! И посмотрим, что он будет делать. Если сообразит, как уйти, пускай уходит. Не мешайте! Пусть думает, что ему удалось сбежать.
— А если он, того, в ментуру пойдет?
— Он что, идиот! — усмехнулся Назар. — У нашего друга Олега на него такая компра, что он будет ментуру за километр обходить.
Так и сделали. Кучер самолично понес Грудову завтрак на подносе — хлеб, сыр, масло, кофе, колбаса. Открыв дверь, он заглянул в комнату. Грудов сидел на кровати, тупо уставившись куда-то в пол. Он увидел Кучера и затравленно подался назад, поначалу испугавшись. Потом увидел поднос с едой и немного оживился.
— Здрасьте... — пробормотал он и попытался улыбнуться.
— Пожри немного! — сказал Кучер, поставил поднос на столик и повернулся к двери.
Грудов проводил его испуганным взглядом. Похоже, в качестве пленника он чувствовал себя прескверно. Тем более что даже не знал срока своего заключения, а неопределенность мучает больше явной опасности. Срок ведь может растянуться на годы, а может закончиться через час. Пулей в затылок.
Кучер прикрыл за собой дверь, но запирать ее не стал, оставив ключ в замке. И ушел. По деревянной лестнице застучали его тяжелые шаги.
Грудов принялся за еду. Он мгновенно уничтожил все, что ему принесли. За прошедший день и ночь он проголодался страшно. Но попросить почему-то боялся. Измученный допросом, он провел бессонную ночь, и сейчас находился в каком-то полусне. В голове был полный туман, он плохо соображал, где находится и что происходит. Но после того как подкрепился, голова заработала более эффективно. И сообразил, что оставаться здесь больше не хочет. Либо надо расспрашивать «тюремщиков», сколько его будут еще держать в этой «камере», либо делать ноги. Тем более, кажется, дверь не заперта. Он еще вчера вечером разглядел в окно прилегающий пейзаж и понял, что с третьего этажа ему ни за что не слезть. Но через дверь почему не уйти?
Грудов поднялся с кровати, приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Он был пуст. Пленник вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, и на цыпочках двинулся к лестнице.
В это время Назар, Кучер и Лелик удобно расположились перед экраном монитора и удовольствием наблюдали за его поведением. В каждом коридоре, да и в некоторых помещениях особняка были установлены скрытые видеокамеры, которые отслеживали любое перемещение по особняку.
— Ты смотри, вышел! — заметил Назар.
— Я-то думал, он зассыт выходить! — сказал Кучер. — Так и будет до вечера с открытой дверью сидеть.
— А может, он погулять пошел? — предположил Лелик и переключился на другую точку обзора.
Грудов спустился на второй этаж и выглянул в коридор. Там никого не было, но откуда-то из другого конца коридора доносилась громкая музыка. Это Светка развлекалась чем-то в своей комнате, расположенной рядом со спальней Назара. Грудов не стал заходить к ней в гости — тем более что он ее не знал — и стал спускаться дальше. На первом этаже в коридоре тоже никого не было. Но из холла доносилось мужское многоголосье, и Грудов понял, что там полно охранников. По крайней мере, трое. Они что-то громко обсуждали. Кажется, смотрели какой-то боевик и комментировали похождения героя. С ними ему встречаться совсем не хотелось, и выяснять, что они там смотрят, тем более.
— Ну, чего стоишь, давай шагай! — ворчал Кучер, глядя на притаившегося за углом беглеца.
— Подожди, дай ему подумать! — смеялся Назар. — Он должен сообразить, в какую сторону идти.
— Да иди на кухню, дурак, там запасной выход есть! — подсказывал дорогу беглецу сердобольный Лелик.
Вот только Грудов его не слышал. Потому как был занят своими мыслями. Направленными в сторону главного входа, в который можно было попасть только из холла, где сидели охранники, чьи голоса доносились оттуда. Из-за нервного напряжения он не мог толком разобрать, о чем они базарят. Тогда он осторожно добрался до холла, выглянул из-за угла и увидел, что трое мужчин сидят перед монитором пульта охранной сигнализации и что-то там смотрят. Причем один из них — сам Назар, а другой его подручный. Если они его заметят, решил он, то ему точно не поздоровится. На счастье, они сидят спиной к нему, поэтому и не замечают его появления.
Грудов отпрянул назад и понял, что ему через холл не пройти. Он вернулся в конец коридора и попробовал открыть фрамугу окна. Открыть-то он ее открыл, да только за ней была стальная решетка, которая предотвращала проникновение в жилище авторитета с улицы. В это время мужички встретили радостными возгласами его неудачу.
— Что, попался! — усмехнулся Назар. — Хрен отсюда вылезешь!
— Может ему сказать, что у нас все окна на первом этаже зарешечены? — спросил Лелик.
— Сиди! — огрызнулся Кучер. — Пускай сам кумекает!
Поэтому Грудову пришлось соображать самому. Он дернул ручку первой же двери, но она оказалась заперта. Он попытался открыть следующую дверь. Она была не заперта, и он заглянул в комнату. На окнах висели решетки, и Грудов понял, что через окна ему не выбраться из этого проклятого особняка. Он увидел в дальнем конце коридора освещенное сбоку пятно — а это означало, что дверь в комнату открыта. Только вот что это за комната — кухня или столовая? Можно попытаться проникнуть туда и, вполне возможно, там будет запасной выход, запертый изнутри обычным крючком. Но для этого надо проскользнуть незамеченным мимо холла, где сидят охранники. А это слишком рискованно. Да, замкнутый круг! Если только попытаться как-то незаметно проползти за спинками кресел. Что ж, попробуем!
Грудов вернулся к холлу и выглянул из-за угла. Трое мужичков все также пялились в экран монитора и не обращали, как ему казалось, на него никакого внимания. Он плюхнулся на карачки и пополз к противоположному углу. Он был уверен, что мужички его не замечают. Хотя они с интересом наблюдали, как он ползет за их спинами.
— Взял бы сейчас, да и пристрелил его! — заметил как бы про себя Кучер.
— Да тебе бы только людей стрелять! — проворчал Назар. — Пускай человек немного помучается.
Грудов, естественно, услышал эти замечания, но отнес их на счет экранного героя, а никак ни на свой. Он продолжал ползти дальше и, наконец, достиг другого угла и спрятался за ним. Там он отдышался. Кажется, ему удалось пройти незамеченным к цели. А целью его была кухня. Несколько шагов, и он оказался там. К счастью, на кухне никого в это время не было. Он огляделся и увидел запасной выход, то есть дверь на улицу. Конечно, она была заперта. Но, как оказалось, совсем ни на ключ, а на щеколду, которая легко откидывалась. Грудов отодвинул ее в сторону, и дверь отворилось. У него радостно екнуло сердце. Вот она, свобода! Он выскочил наружу и закрыл за собой дверь. Открытая дверь ведь может вызвать ненужные подозрения. Он не хотел оставлять явные следы своего побега, боясь погони.
— Ты смотри, вышел! — откомментировал его удачу Назар. — А я уж и не надеялся!
— Сообразил все-таки! — проворчал Кучер. Лично он вообще сомневался, что Грудову удастся выбраться из особняка.
— Только ему еще через забор лезть! Вот тут-то он и сядет в лужу! — заметил Лелик.
Болельщики уставились в другой монитор, от наружной камеры, которая была установлена на заборе и наблюдала за участком. Кино продолжалось. Причем, документальное, в реальном времени. И сюжет выигрышный — о побеге пленника из хорошо охраняемого особняка. Такое ни одному режиссеру не под силу.
Ярко светило солнышко. Было по-осеннему тепло. Так хотелось жить! До свободы оставалось совсем немного — несколько метров участка и высокий бетонный забор. Который еще надо было как-то перелезть. О том, чтобы выйти через калитку в воротах, Грудов даже и не мечтал. Скорее всего, она закрыта на замок, и даже если его открыть, наверняка, на охранном пульте запоет сигнализация. Грудов был предусмотрителен и не лез на рожон. Он обошел здание, прижимаясь к стене и стараясь не поднимать головы. Выглянул на лужайку перед главным входом в особняк. Там все еще стоял его разбитый «Мерседес». У директора тут же мелькнула в мозгу дерзкая мысль, что ключи могут торчать в замке зажигания. И если незаметно пролезть в машину, то можно быстро завести ее, разогнаться и долбануть ворота передком. Вдруг они не выдержат удара и раскроются. И тогда дать скорость двести сорок и уйти по дороге на своей же машине! Но эту мысль тут же сменила другая, более трезвая. А выдержит ли такой удар сам «мерседес»? Ворота все-таки стальные и прочные, это не какая-нибудь деревянная калитка, машина может разбиться в лепешку, но ворота устоят. И что тогда? Мало того, что его сразу обнаружат, так еще начнут палить из стволов. А жизнь все-таки одна, и прожить ее надо так, чтобы потом не было мучительно больно за бесцельно проведенные часы в гостях у авторитета.
Нет, все-таки лучше исчезнуть отсюда, не поднимая шума, решил беглец. По своей натуре он не был способен на дерзкие поступки и привык действовать тихо и незаметно. Он вернулся обратно и стал размышлять, как ему перелезть забор, причем в укромном месте, чтобы его ненароком не заметил кто-нибудь из окна. Где ж в такой суматохе сообразить, что его давно заметил объектив одной из четырех видеокамер, установленных так, чтобы в поле зрения охраны был весь участок целиком? Грудов внимательно осмотрел весь участок, но так и не увидел, с помощью чего можно осуществить задуманное.
Болельщики откровенно заскучали.
— Ну, давай, соображай быстрей! — проворчал Кучер. — Долго ждать-то!
— Погоди, — заметил Назар. — Дай человеку подумать!
— Да чего тут думать! — хохотнул Лелик. — Разбегайся и прыгай!
Но Грудов прыгать явно не собирался. Он был плохой прыгун, и трехметровый забор вряд ли перепрыгнул бы, даже с шестом. Но зато он мог влезть на дерево. Если поднапрячься. Один большой клен рос в метре от забора, и если взобраться на него, а потом перелезть по суку, то можно оказаться прямо на заборе. Этот вариант вполне устраивал Грудова, и он тут же приступил к его осуществлению. Правда, снизу, метра на три, ствол был гол, как полено. Директор обхватил его руками и ногами, и яростно работая конечностями, стал лезть вверх. Примерно метра на полтора от земли он влез, но дальше не хватило сил. И он съехал вниз.
— Вот черт, сорвался! — искренне переживал за него Назар.
— Слабак! — пренебрежительно бросил Кучер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64

загрузка...