ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Где-то неподалеку послышались беспорядочные выстрелы, потом застрекотали пулеметы.
— Что это? — спросил генерал.
— План господина Гаврилюка в действии. Рабы пошли в атаку на охрану. Тут уж никто ничего сделать не сможет. Нам остается только ждать, когда прозвучит последний выстрел.
И они ждали.
***
Зрелище было чудовищным. Мост прогибался под тяжестью бежавшей по трупам толпы. Пулеметы не прекращали огня. Охранники выскакивали из казармы в одних подштанниках, но с оружием. Те, кому удалось перейти мост и кто пытался захватить огневую точку, тут же погибали. Их косили пулеметы, установленные в окне казармы и на крыше продсклада. Четверо сообразительных зеков, успевших завладеть оружием, сумели ворваться в казарму, выбив окно с тыловой стороны здания. Они стреляли во всех, кто попадался им на пути. С озверевшими лицами они прорвались на третий этаж и врывались в каждую комнату. Тот, кто еще замешкался, был убит. Наконец они напали на огневую точку, где был установлен пулемет. Стрелявший из него Мамедов не ждал появления противника с тыла и даже не запер дверь. В него палили из четырех стволов. Не прошло и пяти секунд, как от Мамедова ничего не осталось. Его тело разлетелось на куски. Место у пулемета занял раб и тут же открыл огонь по охранникам.
Толпа начала теснить надзирателей к дороге. Группа из десяти человек бросилась к складу, другая к дороге, но их встретил плотный пулеметный огонь. Заработали новые точки. С двух сторон дороги из укрытий в толпу полетели трассирующие пули. Бежавшие впереди не могли отступить, их подпирали сзади. От безвыходности многие бросились врассыпную и бежали в лес, где их поджидала более коварная смерть. После десяти минут боя живых не осталось. Последних четверых зеков, захвативших пулемет в казарме, добили трое пулеметчиков — они имели достаточно опыта по захвату зданий и справились с задачей в течение десяти минут.
Когда они спустились вниз, то увидели одинокую фигуру, стоявшую на горе трупов, с зеленым огоньком от фонаря.
— Операция завершена, товарищ полковник, — доложил Паша Коблов. — Будем добивать? С разных сторон доносились стоны.
— Времени нет. Сбрасывайте всех в овраг, оттуда никто не выползет. Через час здесь должно быть чисто, будто ничего не происходило.
— Но кровь-то мы не смоем, — возразил Юсупов.
— Из машины ее не заметят. А где Мамедов?
— Рабы расстреляли.
— Жаль, крепкий был боец. Кто на первом посту?
— Фролов и Копытов. Они в курсе событий и ждут гостей.
— Подготовьте мне машину. За руль сядет Коблов, а Юсупов с Лобзевым отправятся в подвал. Ждите меня там. — Вдруг прораб что-то вспомнил и нахмурил брови. — А Харченко и Толстиков не возвращались?
— Никак нет. Очевидно, пошли верхом и нарвались на змей.
Гаврилюк ничего не ответил.
10. Сведение счетов
Двое оперативников ФСБ, одетых в форму автоинспекторов, прохаживались по шоссе чуть дальше поворота на Курнаково. У обочины стояла припаркованная патрульная машина, где сидели Виноградов и капитан. По шоссе курсировали еще четыре автомобиля с частными номерами. Одна из них подкатила к патрульной «волге» и, не выходя из своих «жигулей», водитель открыл окошко. Капитан сделал то же самое.
— Андрей, приближается колонна. Впереди идет вишневая «Ауди-А8», в ней двое — мужчина и женщина. Следом тянутся семь «ЗИЛов», бортовые, с брезентовым верхом. В кабинах только шоферы, что под брезентом — не знаю. Минут через семь будут здесь.
— Кто хозяин «ауди»?
— Будешь удивлен — Маркуша.
— Тут удивляться нечему. Мы об этом догадывались. Ладно, катайся поблизости.
Не успел отъехать один «жигуленок», как подкатил следующий, но с другой стороны дороги. И опять разговор проходил через открытые окна.
— Андрюша, тут к вам боевые ребята присоединились.
— Догадываюсь, говори — кто?
— Три автобуса, битком набитых ОМОНом, а впереди «волга». Я притормозил и подошел к машине. Дорогу в Ховрино решил выяснить. За рулем сидит сам полковник Чепурин при полном параде. А рядом молодая женщина, судя по фотографии, которую я видел, она очень смахивает на Наталью Шефнер. Метрах в трехстах обосновались.
— Понял. Катайся дальше, но далеко не уезжай.
Андрей закрыл окно.
— Неужто Чепурин сменил окрас? Или мадам Шефнер обещала ему больше?
— Ты говорил, что к Чепурину утром приходил Крылов.
— Совершенно верно. Мало того: они встречались дважды. Я уверен, что Чепурин отдаст предпочтение Крылову. Девчонке он попросту не поверит.
— А зачем гадать? Мы все увидим сами. Но только у полковника ОМОН, и если он почувствует свой крах, то может отдать неразумный приказ. А нам только еще с омоновцами схлестнуться не хватает. Придется нам побеспокоить начальника УВД Смоленска. Все зависит от того, куда Чепурин поведет грузовики, когда их перехватят.
— Вы хотите сказать, Олег Петрович, что мешать им не будем?
— Ни в коем случае. Пусть доведут дело до конца.
— У Чепурина должен быть человек возле зоны. Он засел слишком далеко. Отсюда до леса больше восьми километров.
— Человек есть наверняка, а перехватит он их на полпути, но тогда, когда они пойдут с грузом обратно. Сейчас ему дергаться нет резона. И нам тоже.
Появилась автоколонна, шедшая со стороны города. Машины включили мигалки на поворот.
— Сворачивают на Курнаково! — воскликнул капитан.
— Вижу, Андрюша. Меня больше волнует вопрос: куда они свернут на обратном пути — в Смоленск или на Оршу. Свет мигалок и определит дальнейший ход нашей операции.
***
Колонна автомашин подошла к лесу и остановилась. Перед шлагбаумом стоял серебристый «мерседес».
— А это кто? — спросил Маркуша, поворачиваясь к Ингрид.
— Мой дорогой шеф Ханс Шефнер. Успел-таки к разделу пирога.
— Но он же один. На что он рассчитывал?
— На свой авторитет. Будем действовать так, как задумали. Не надо с ним ссориться. Он должен мне поверить, а убрать его мы всегда успеем. Нужно сначала убедиться, что за ним никто не стоит. К чему нам лишние неприятности и заботы.
Шефнер, Ингрид и Маркуша вышли из машин одновременно. Они сошлись на середине, где перехлестывались лучи автомобильных фар.
— Я рада, что ты приехал вовремя, Ханс.
— Рада? Верится с трудом!
— А зря. Мне тут тяжко было воевать одной против Крылова. Ведь этот подонок решил, что архив принадлежит ему одному. Змею на груди грели. Пришлось преподать ему урок при помощи моих друзей. Правда, это нам обойдется в круглую сумму, но иначе я поступить не могла. Они же мне и машины достали, и путь расчистили.
— Куда ты намеревалась вывезти архив?
— На нашу базу под Оршу. А куда же еще? Мне хотелось сделать тебе сюрприз и позвонить в Москву, когда все лежало бы на месте. Но сюрприза не получилось. Извини.
— Когда же мы поедем на объект?
— Сейчас за нами придет машина, тут ведь иномарки не проедут.
Там, где лес срастался, а дорога уходила в черноту, появились огни фар. Они становились все больше и ярче, и наконец к шлагбауму подъехал «УАЗик».
Гаврилюк вышел из машины и подошел к постовым.
— Автопоезд пропустить через десять минут после моего отъезда. Сами сядете в первую машину и подгоните колонну к особняку, но до моего появления никого туда не пропускать.
— Как на объекте, шеф? — спросил один из постовых.
— Чисто — как над облаками. В машины не садитесь. Оба поедете на подножках с обеих сторон на головной машине.
— А шлагбаум?
— Он уже никого не интересует. Конец зоне.
Гаврилюк вышел на дорогу и приблизился к стоявшей в лучах фар троице.
— Рад видеть вас, господа, — он склонился и поцеловал даме руку — Прошу убрать с дороги ваши шикарные кабриолеты и перейти в мою скромную тележку. Троих я вполне могу с собой взять. Грузовики пойдут следом, как только им поступит команда от охраны. Сейчас мои люди сдадут пост сменщикам и сопроводят колонну на место под погрузку. Рабочей силы понадобится много. У меня ее нет. Все рабочие — в своих кроватях, и вставать им с места запрещено. Впрочем, они и не смогут этого сделать.
Гаврилюк повернулся и зашагал к «УАЗику». Марк подозвал к себе шофера первой машины.
— Отгони наши легковушки в сторону. На место вас будут сопровождать постовые, а мы поехали вперед. Без моего приказа ничего не предпринимать.
— Все понял, Маркуша.
Марк догнал Ингрид и Шефнера и сел с ними в «УАЗ».
— А что случилось с рабочими? — спросил Шефнер.
— Эпидемия. Малярия. Охранников — тех, кто ее подцепил, мы отправили в больницу, а рабочих нельзя. Причины вы сами знаете.
— Почему вы мне утром ничего не сказали? — спросил Шефнер.
Ингрид удивленно посмотрела на Николая.
— Не хотел вас пугать. По этой причине я не пустил вас в зону. Забирайте свои ящики — и, как говорится, закрываем засов. Здесь находиться больше нельзя.
Машина неслась на огромной скорости. Дорога имела гладкую, ровную поверхность, и, почему здесь нельзя ездить иномаркам, было непонятно. Но сейчас у всех голова была забита другим. Они рвались к цели — столь долгожданной и в то же время призрачной, что им не терпелось потрогать все своими руками, взглянуть и убедиться в существовании несметных сокровищ.
Машина чуть ли не на крыльях взлетела на мост и, проскочив его, помчалась по котловану. На освещенном луной горизонте чернел контур мрачного особняка, гордо стоявшего в одиночестве среди бескрайней равнины.
Шофер затормозил у крыльца с высокими колоннами. Гаврилюк достал из багажника мощные фонари и дал по одному каждому.
— Идите за мной.
Длинные черные анфилады, лестницы, высоченные своды потолков, и, наконец, подвал. Вокруг люка были выставлены фонари — десятка два, не меньше. Николай их зажег, и в подвале стало светло как днем. Над люком висел кронштейн с тросами, крюки которого были прикреплены к небольшой бетонной плите размером метр на метр. Гаврилюк опустил свой фонарь, и луч упал на груду ящиков в склепе.
— Вот ваше добро.
Все подошли к краю и посмотрели вниз.
— Отсюда ни черта не видно! — сказал Марк.
— А как нам взглянуть на них поближе? — спросил Шефнер. — Тут нет лестницы.
— Зато есть лебедка. Если не терпится, я могу опустить вас туда на этой плите.
— Отличная мысль! — воскликнул Шефнер. — Так давайте же не будем терять времени.
Все трое встали на плиту и ухватились за канаты. Гаврилюк взял Ингрид за руку.
— Там грязно, мадам. Вам лучше остаться здесь. Вы их увидите чуть позже.
Ингрид почувствовала, как Николай с силой сжимает ее руку.
— Ну хорошо. Я терпеть не могу грязи на туфлях.
Она сошла с плиты.
Прораб нажал черную кнопку на огромном пульте, и плита оторвалась от земли. Он подвел женщину к зияющей дыре и начал опускать плиту вниз.
— Попрощайся с ними, Ингрид. Теперь у тебя нет конкурентов.
Она не сразу поняла, что он хотел сказать, но ужасный вопль, раздавшийся из ямы, заставил ее вздрогнуть.
— Здесь змеи! — послышался голос Марка, и следом раздался крик.
— Я не советую тебе смотреть туда, — ухмыльнулся Николай. — А теперь пойдем встречать машины. Сколько человек приехало с колонной?
— Семь шоферов и семеро — в кузовах. Люди Марка. Они вооружены.
— Ясно. Без вожака волчья стая превращается в стадо баранов.
Они вышли из помещения на свежий воздух. Колонна машин уже выстроилась в ряд, подав задом к зданию. Шоферы стояли все вместе и курили.
Из-за колонн вышли люди Гаврилюка.
— В каждом кузове находится вооруженный человек! — встав посреди ступеней, громко заговорил Николай. — Теперь здесь командую только я. Так было и так будет впредь. Советую не дожидаться пули в лоб, а спрыгнуть на землю и отбросить оружие в сторону. У меня вооруженная бригада десантников, и лучше с ними не связываться. Считаю до трех.
Братва испытывать судьбу не стала. Повыпрыгивали все. Ножи, пистолеты и автоматы полетели под ноги к новому пахану.
— А теперь всем построиться в одну шеренгу. Шоферов это тоже касается.
И эта команда была выполнена.
— В подвале сорок ящиков. Нам хватит четырех машин. Первая тройка слева выгружает деревянные короба из машины. Шесть человек снимают баки с бензином с трех автомобилей, стоящих слева.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53

загрузка...