ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Когда поезд въезжает в тоннель, вы должны зажечь свечу, написать желание и сжечь листок. Но он должен успеть сгореть до того, как поезд выйдет из тоннеля. У меня не получается. Нескольких секунд не хватает.
Проводница рассмеялась.
— Вы верите в эти сказки?
— Это не сказки. Моя подружка успела и выиграла в лотерею машину. Скажете, совпадение? Может быть, но я никогда раньше не видел людей, выигравших что-нибудь по лотерейным билетам. А почему бы не попробовать? Я знаю, что у нас на пути много тоннелей. Вот если бы точно знать, в какое время въедешь в шахту, то можно подготовиться заранее. Нельзя же всю дорогу сидеть со спичками в руках и ждать.
— Я вас поняла. Что же, давайте попробуем прикинуть.
Она развернула карту и сняла со стенки деревянную рамку с расписанием.
— Так. И что мы имеем?… Вот. Между Сафоновом и Ярцевом четыре длинных тоннеля. Первый буквально через пять минут после отхода поезда от Сафонова, а в Сафонове мы прибываем в четыре утра десять минут. Пять минут стоянка плюс еще пять. Значит, в тоннель мы войдем в четыре двадцать. Следующий тоннель, если верить карте, через пять километров. Это самый длинный, очередной через три километра, и еще один через шесть километров. Тут время предугадать трудно.
— С какой скоростью идет поезд?
— Считайте сами. От Сафонова до Ярцева сто километров, поезд идет час тридцать минут без остановок. Примерно семьдесят пять километров в час.
— Хорошая арифметика. Мне нравится. У вас отлично работает голова. Студентка?
— Студентка. Заочный политех.
— Удачи вам. Советую гадать со мной вместе.
— В это время я буду спать, меня сменит напарник.
— Ну а я попытаю счастья. В каком мы вагоне, кстати?
— В девятом.
— Осталось чуть-чуть. Спокойной ночи.
Журавлев вышел в коридор.
— Увижу я наше купе? — возмутилась Настя.
— Конечно, но ненадолго. Идем.
Наконец они добрались до своего купе. Поезд уже погрузился в сон. Шел третий час ночи.
Вадим сидел у окна и что-то черкал на листке бумаги, потом вглядывался в темноту мелькавших пейзажей и следил за секундомером часов. Настя хотела спать, но она уже поняла, что этой ночью ей не удастся коснуться подушки. Она ошибалась, но о том, что ее ждет, даже не догадывалась. В какой-то момент Вадим обратил на нее внимание. Он долго разглядывал ее, будто видел впервые, и после продолжительной паузы произнес:
— На семь минут ты должна перевоплотиться в Наталью Шефнер. А теперь займись своими волосами. Твоя прическа не должна отличаться от ее. Колдуй, подружка, у нас не так много времени осталось, а я пойду к проводнику и позаимствую у него фонарь.
Настя вылупила на него свои огромные глазищи.
— Боже милостивый! Кажется, началось.
***
Расчет шел на секунды. Риск мог стоить жизни. Их спасал азарт и вера в успех. Но это скорее всего было естественным состоянием Журавлева, чем необычным. Настя подходила под ту же статью, но не имела столь богатого опыта, как ее партнер. В конце концов, ее никто не заставлял совать голову в пекло, и она поехала с Журавлевым по собственному желанию. Взялся за гуж, не говори, что не дюж. Нет, она не отказывалась, просто ей было немного страшновато, однако девушка старалась не показывать своих слабостей.
В четыре пятнадцать, как и положено по расписанию, поезд тронулся со станции Сафонове после пятиминутной стоянки. В ту же минуту Журавлев и Настя вышли из своего купе и направились в сторону шестого вагона. Через две с половиной минуты они достигли цели.
— У нас не больше сорока секунд, крошка, — сказал Вадим, когда они остановились в тамбуре. — Иди к купе и жди меня возле двери.
Настя кивнула и вошла в вагон. Журавлев достал ключ и открыл дверцу силового щита. Правую руку он положил на ручку рубильника, в левой держал фонарь. Секунды казались годами. На лбу выступили капельки пота.
— Три, два, один, ноль…
Поезд со свистом ворвался в черный коридор тоннеля. Вадим резко опустил ручку рубильника вниз. Свет в вагоне погас. Он включил фонарь и ворвался в коридор. Грохот стоял невозможный, тьма кромешная. В считанные секунды он оказался возле Насти. Вставив ключ в скважину, он погасил фонарь, сунул его в карман и открыл дверцу купе. Первой вошла Настя. Она тут же сорвала одеяло с человека, лежавшего на полке слева, и прижала одеяло к груди. Вадим схватил на руки спавшего и тут же вышел из купе. Настя закрыла за ним дверь и легла на освободившееся место. Накрывшись одеялом, девушка повернулась к стене и уткнулась лицом в подушку. Вадим вошел в тамбур с девушкой на руках. Включив фонарь, он прижимал ее тело к стене и поддерживал коленом, чтобы не выронить и высвободить правую руку. Поезд вновь дал длинный протяжный гудок, и состав вырвался из тоннеля на просторы русских полей. Журавлев поднял рубильник вверх. В вагоне вспыхнул свет. Ни секунды не медля, он перешел из шестого вагона в седьмой. До купе надо пройти пять вагонов со спящей женщиной на руках. Наташа ничего не чувствовала — безвольная, мягкотелая кукла, утопающая в снах. Только бы не наткнуться на проводников, молил Бога похититель.
Когда в купе зажегся свет, Ингрид открыла глаза. Она плохо переносила поезда и скорее дремала, чем спала. Пока поезд грохотал по тоннелю, ей казалось, что в купе что-то происходит. Увидеть или услышать что-либо не представлялось возможным, но ей почудилось, будто колышется воздух и что-то двигается.
Она приподняла голову и глянула на соседнюю постель. Наташа спала. Ингрид села, скинув ноги на коврик и налила себе в рюмку ликера. Плоская серебряная фляжка и любимая рюмочка всегда путешествовали вместе с ней. Одной рюмки ей показалось мало, и она выпила еще. Что-то нервишки начали сдавать после московских приключений с женскими трупами. Ингрид вновь легла. Может быть, теперь ей удастся заснуть. Ночник почему-то не выключался, и она тоже отвернулась лицом к стене.
***
До своего купе Журавлев добрался без приключений. Наташа здорово похудела и превратилась в пушинку. Бледная, синегубая — как покойница. Он положил ее на свое место и глянул на часы. Пора возвращаться. Он вышел в коридор и запер дверь. Теперь пора вторую птичку доставать из клетки.
В шестом вагоне он очутился за полминуты до въезда в следующий тоннель. И вновь его рука легла на рычаг. Все повторилось, но только теперь он не заходил в вагон, а лишь приоткрыл дверь и пустил луч фонаря вдоль ковровой дорожки.
Состав ворвался в черный коридор, издавая душераздирающий гудок. В ту же секунду Настя соскочила с полки и вышла в коридор. Дверь она закрыла тихо и повернула ключ, который так и остался торчать снаружи. Она прихватила его с собой, подняла фонарь с полу и по освещенной дорожке побежала в тамбур, где ее поджидал напарник.
На этот раз Вадим не стал врубать свет, а оставил рубильник выключенным. Настя передала ему ключ, и он запер дверцу щита. Поезд еще не выехал из тоннеля, а они уже неслись по вагонам к своему убежищу.
— И что будем делать дальше? — спросила Настя, глядя на спящую Наташу.
— Обмотай ей полотенцем голову, чтобы не разбилась.
— О чем ты?
— Через минут десять ее начнут искать, и если она останется в поезде, то ее найдут. Я буду с ней прыгать на ходу. Встретимся в Смоленске в гостинице, как договорились.
— Скорость семьдесят пять километров. Сам считал.
— Для меня пустяки, а ее надо упаковать, чтобы не покалечилась.
— Может, сорвать стоп-кран?
— И поднять панику, скинуть людей с полок? Нет, этим мы только обозначим для всех точку, откуда следует начинать поиски. А мне еще погони не хватает с живым манекеном под мышкой. Делай, что говорю.
Наташу обмотали. Вадим вынес ее в тамбур, открыл дверь, и ему в лицо ударил сырой холодный воздух.
Он откинул подножку, надел на спину свой рюкзак, взял девушку на руки и опустился на самую нижнюю ступеньку. Настя поддерживала его, чтобы Вадима не снесло ветром.
Журавлев склонился вниз, как только мог. До земли оставалось сантиметров тридцать, и тут он отпустил Наташу, немного толкнув ее в сторону от поезда. Падение не могло быть слишком опасным. Еще мгновение — и он сам спрыгнул следом. Несколько раз перевернувшись, он уперся в соседнюю колею и застыл.
Не прошло и минуты, как поезда и след простыл. Черные тучи скрывали луну и выжимали из себя слезы, падавшие на землю в виде мелкого дождя. Он встал, включил фонарь и зашагал назад. Скудный пучок света выхватывал из темноты отдельные крохотные островки шпал, рельсов и гравия.
Его поджидал неприятный сюрприз. Шум приближавшегося поезда нарастал. Шел встречный, по той самой колее, куда должна была упасть Наташа. Рельсы гудели громче и громче. Вадим уже бежал, но Наташа словно растворилась. Трагедия не произошла благодаря мощному прожектору приближавшегося состава. Девушка лежала на шпалах между рельсами. Пришлось устраивать гонки с поездом. Вадим бросился вперед что было сил. Десяток метров отделяли его от бесчувственной жертвы, а поезд буквально наступал ему на пятки.
Он успел, он добежал. Схватив девушку, Вадим отпрыгнул в сторону и полетел под откос вместе с Наташей. Гигантский локомотив занял его место. Длинная черная кишка товарного состава грубо и нагло стучала по рельсам, напоминая о величии хозяина железных путей. И вновь все стихло. А что теперь? Он сидел в яме, весь поцарапанный, а рядом лежала она и стонала. Главное — жива, а остальное пустяки. Где наша не пропадала! Пожалуй, только здесь, в Смоленской области. Пути Господни неисповедимы.
Журавлев вздохнул. Придется ждать рассвета. А Настену поезд нес в Смоленск. Она осталась одна с врагами, поиски Наташи уже начались.
2. Смоленск
Поезд прибыл в Смоленск точно по расписанию. Настя чувствовала себя усталой и разбитой. За ночь ей не удалось заснуть и на пять минут. Одно успокаивало — им удалось сделать важный шаг в ходе намеченного следствия. А главное, Вадим с Наташей вовремя покинули поезд. Все же у Вадима отлично развито чутье, он словно в воду глядел. Не прошло и получаса, как в поезде началась суета. Здоровяки, сопровождавшие Наташу, рыскали по вагонам не стесняясь. С фонарями проверяли каждый закуток, совали в лицо возмущенным пассажирам красные удостоверения, в которых было непонятно что написано. Ее купе тоже подверглось обыску. Нахалы потребовали от девушки встать и показать багажное отделение. До конечной станции оставалось совсем немного, и они не смогли дать встряску всем проводникам. Тот, которого Вадим называл Счастливчиком, начал с последнего вагона, а Жорж с первого. Они требовали от проводников показывать им билеты пассажиров и проверяли, все ли на местах. К счастью, до проводников ее вагона они не успели добраться, времени не хватило. Но радоваться не приходилось. Когда Настя вышла на привокзальную площадь, к ней подошел один из тех кошмарных мужиков.
— Простите, дамочка, а где ваш спутник?
Настя сделала гордый вид и осмотрела его с ног до головы. Ей очень хотелось послать нахала куда подальше, но она понимала, что ей не следует привлекать к себе внимание и застревать в памяти этих людей.
— Кого вы имеете в виду? Я ехала одна. И вы это видели, когда врывались в мое купе.
— Вчера вечером вы сидели в вагоне-ресторане с мужчиной. Только не говорите мне, что вы его не знаете. У вас шла достаточно оживленная беседа.
— Ах вот вы о чем! Сосед по купе. Это он пригласил меня на ужин. Очень приятный интеллигентный мужчина, в отличие от некоторых. Но все дело в том, что он сошел в Сафонове. Я в это время спала. По-моему, он ехал к брату в отпуск. Даже не запомнила, как его зовут.
— Мы это сами выясним, — рявкнул здоровяк и ретировался.
Настя пошла за ним следом. Зачем она это делала, вопрос сложный, отчета она себе не давала. Просто надо было что-то делать, а не сидеть в гостинице и ждать у моря погоды. Кто его знает, когда Вадим доберется до Смоленска и приедет ли он вообще. Теперь его планы не от него зависели. Такую обузу взвалил себе на плечи.
Следить за Жоржем не составляло труда, потому что он и его напарник имели рост под метр девяносто. Такие люди в толпе не затеряются. Жорж привел ее к стоянке машин.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53

загрузка...