ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вскоре и я к вам присоединюсь Нам необходимо готовить резервные базы в районе Смоленска, покупать землю, расширять строительство, открывать действующие фирмы, а не заниматься пустой показухой.
— Теперь послушайте меня, уважаемые джентльмены, — подала голос Ингрид.
Она говорила долго и интересно. Но мы оставим на время их компанию, а о том, что предлагала женщина, мы узнаем чуть позже, когда наступит подходящий момент.
***
Ему надели резиновую шапочку, в ноздри вставили трубочки, чтобы он мог дышать, а потом весь череп обмазали гипсом. Так он должен был просидеть до тех пор, пока гипс не затвердеет. Впоследствии слепки будут разрезаны, сняты, опять склеены и залиты специальным воском. Так в гримерной одной из самых лучших киностудий делалась посмертная маска обычного смертного, а вовсе не звезды или просто популярной личности.
Метелкин сидел рядом, наблюдал за работой и не закрывал рта. Его не смущали посторонние уши, и вряд ли гримерам была интересна его сбивчивая болтовня.
— Гришка в сознание все еще не пришел. Врачи опасаются, что он впадет в кому — тогда ему уже не выкарабкаться. Ребят разрешили похоронить. Я был у следователя. У обгоревшего трупа все же взяли кровь и провели анализы для идентификации. За рулем «восьмерки» сидел Лёньчик. Я ничего не сказал, что он не умеет водить машину и никогда за руль бы не сел, даже под пистолетом. Авария подстроена. Крылов раскусил ребят и уничтожил. К сожалению, ты оказался прав. Одно мне непонятно: почему Степан ничего не делает по отношению к Крылову и Шефнеру? Он будто не слышит ничего, о чем я ему говорю.
Метелкин замолк, словно ждал ответа, но гипсовая голова не могла ничего сказать. Пришлось разговаривать с самим собой.
— Нам удалось купить сведения о недвижимости, которой владеет фирма Шефнера. Как это ни странно, но в Подмосковье у Шефнера есть только особняк, записанный на Наташу, о котором мы все знаем и где состоялось наше знакомство. А под Смоленском несколько участков земли. Их еще найти надо. Сведения скупые, есть только регистрационные номера. А почему бы нам не обратиться к Виноградову? Помнишь того майора из ФСБ? Ну да, мы как-то ему помогли. Помнишь дело с алмазной мафией? Ну да, он должен быть нам благодарен. По идее, иностранцами должно заниматься их ведомство…
Метелкин еще очень долго рассуждал, но, когда с головы Журавлева сняли гипс, получил на все свои идеи отрицательную реакцию. У Вадима вырос слишком большой зуб на банду Шефнера, как он выразился, и решил, что они сами, без посторонней помощи справятся с ними. Так, как те того заслуживают.
***
Появление оперативника в офисе ничуть не удивило Шефнера. Он встретил майора Марецкого у себя в кабинете и любезно предложил сесть. Марецкий сел и положил папку на колени.
— Слушаю вас, Степан Яковлевич. Чем могла заинтересовать моя персона?
— Не совсем так, господин Шефнер. Меня интересует ваша жена. Но, перед тем как с ней встретиться, я решил поговорить с вами. Речь идет об очень деликатных вещах.
— Это очень любезно с вашей стороны. Слушаю.
— Вы в курсе того, что ваша супруга позволила себе слабость и завела любовника?
— Мне об этом известно. Но почему такие вещи интересуют милицию, я не понимаю.
— Идет следствие, и подробности я вам изложить не смогу, но обстановку в целом разъяснить в состоянии. В Москве совершена серия убийств молодых женщин. Судя по почерку, действовала одна и та же рука. В ходе расследования выяснилось, что все жертвы в недавнем времени были разведены с мужьями либо оставлены ими. В дальнейшем мы установили, что причиной разрыва являлась супружеская неверность. Мало того, все женщины изменяли мужьям с одним и тем же человеком, который впоследствии через некое детективное агентство шантажировал мужей. Вам, очевидно, пришлось с этим столкнуться?
— Вы правы, но я не назвал бы это шантажом. Агентство не занималось вымогательством. Они предлагали свои услуги — я их нанял и заключил договор. Все отношения строились на добровольных началах. У меня нет претензий к агентству. Правда, я не настолько импульсивен и разводиться с женой не стал. Ошибки молодости. Я даже ничего ей не сказал о том, что мне известно. Просто я постарался сделать так, чтобы она не встречалась со своим любовником, и отправил ее по делам фирмы в Германию.
— Не все мужчины способны на такое благородство. В России по-другому смотрят на измену жен и приравнивают такие поступки к предательству. Женщины легче переносят измену мужей. Но не будем отвлекаться. С определенного момента бывшие любовницы некоего донжуана начали погибать. Их зверски убивали. Тут трудно объяснить причины. Возможно, женщины объединились в общий кулак и решили отомстить шантажисту, который поломал им жизнь. Другое объяснение трудно найти, если он решился защищаться таким варварским методом.
— Я надеюсь, моя жена не входила в эту коалицию. Ее Две недели не было в России. Она вернулась два дня назад, пробыла в Москве ровно сутки, мы погуляли по красочной столице в День города, а вчера она уехала отдыхать… Кстати, — Шефнер выдвинул ящик стола и выложил перед оперативником несколько фотографий, — Утром принесли мне из фотолаборатории. Как видите, у меня с женой вполне хорошие отношения.
— Хотите вы того или нет, но мне придется с ней поговорить. Дело в том, что именно в День города небезызвестный донжуан был убит. Ему подлили яд в бокал с вином. Труп найден в его квартире. На столе стояли два бокала. Во втором яда не оказалось, но остались отпечатки женских пальцев. Теперь мы вынуждены взять отпечатки для экспертизы у всех женщин, которые так или иначе проходили по спискам отравленного.
— Вы можете снять их с посуды в моем доме.
— Речь вдет об убийстве, серии убийств. Я вас понимаю, но прокуратура ни на какие поблажки не пойдет. Если Наталья Шефнер сама не явится к следователю для дачи показаний и дактилоскопической экспертизы, то ее приведут под конвоем.
— Вряд ли я смогу вам помочь. Наташа уехала вчера на юг в отпуск с семейной парой на машине. Они собираются путешествовать вдоль морского побережья Кавказа от Адлера до Тамани. У меня нет ее адреса. Вся надежда на то, что она мне позвонит из Сочи или какого-нибудь другого крупного города. Но я даже не могу себе представить что ей сказать. Вернись, тебя вызывают в прокуратуру по делу об убийстве. Так?
— Следствие есть следствие. Ваши взаимоотношения с супругой тут ни при чем. В конце концов, если бы она была более осмотрительна и целомудренна, я в вашем кабинете не появился бы. За свои ошибки приходится платить. Вашей жене повезло. Она осталась жива и даже мужа не потеряла. Другие пять женщин лишились и мужа, и жизни. Теперь и главного героя придется хоронить. Может быть, он убийца и подлец, но родственники готовят ему пышные похороны, а мы в настоящее время вынуждены искать ту, которая стала виновницей этих похорон. К сожалению, нам не удалось взять его вовремя, и сейчас вместо одного подозреваемого их стало двадцать три.
Двадцать три женщины составляют список донжуана. Пятеро погибли. Но и мужей этих женщин нельзя не брать под подозрение. Одно дело — если ты бросил свою жену. Другое — если ее убили и ты можешь предположить, кто это сделал. Земля быстро слухами полнится. Об убийствах в Москве не писала только самая ленивая пресса, целиком поглощенная политическими сплетнями. А «МК» уже известил публику о похоронах знаменитого бабника. Похороны могут превратиться в манифестацию.
— Чует мое сердце, что неприятностей не избежать.
— Для вашей жены эта история кончится небольшим испугом, и не более того. Вы сказали, что она уехала на юг с супружеской парой. Кто они?
— Мои старые знакомые — Алексей Лучников и его жена Валерия. Они каждый год путешествуют по югу, и я подумал, что Наташе будет с ними интересно. Мне не хотелось, чтобы она оставалась в Москве. К тому же наступил бархатный сезон. Ей лучше отвлечься.
— Хорошо, не буду вас больше задерживать, но прошу проявить инициативу, и если Наталья Шефнер позвонит, то попросите ее вернуться в Москву. Если она откажется, то у следователя ее сопротивление вызовет определенные выводы. А вам это ни к чему.
После ухода майора Шефнер отправился в кабинет Крылова. В последние дни он уже не вызывал к себе начальника службы безопасности, а ходил к нему сам, даже несмотря на то, что секретаршу отправили в месячный отпуск.
***
Как ни старались родственники скрыть от общественности тайну похорон Вадима Журавлева, но любопытных и пронырливых зевак все равно набралось немало.
Из морга судмедэкспертизы тело покойного решили не завозить домой, а отправили сразу в крематорий. Три автобуса и вереница машин длиной в четверть километра вытянулась вдоль дороги к последнему пристанищу бывшего виновника шумных убийств в Москве. К провожатым примкнули репортеры и даже телевизионщики. Пришлось подключиться автоинспекции и милиции. По просьбе родственников использовать видео — и фотокамеры запретили, а в зал прощания прессу вовсе не допустили. Нашлись недовольные крикуны, кто-то встретил похоронную процессию с транспарантами: «Убийцу в костер!», «Туда тебе и дорога!» — и прочими нелицеприятными лозунгами.
Никто не ожидал такого резонанса. Милиции пришлось поработать. Но у протестующих нашлись мегафоны, и покой на кладбище был нарушен злобными выкриками. Манифестантов пришлось оттеснить к воротам. Больше всех вопили женщины из общества «Равноправие всем».
Автобус подогнали прямо к дверям зала, и гроб с телом перенесли на каталку. Крышку сняли только после установки гроба на лифт. Народу набился полный зал. Кто родственник, кто друг, а кто враг — разобрать было невозможно. Процедуру прощания сократили до минимума. Короткое выступление Одного из друзей длилось две минуты. К гробу подпустили только шесть человек, после чего крышка была забита, и гроб под печальную музыку начал опускаться в шахту. Шторки из черного бархата задернулись, и входные двери раскрылись.
Толпа повалила на улицу. Никто не знал, что из стоявшего рядом с автобусом «РАФика» с опущенными занавесками шла съемка, и каждый выходивший попадал в объектив видеокамеры. Велась также и фотосъемка.
В основном люди шли молча, но иногда слышалось: «Лежит в гробу как живой» или: «Повезло мужику — уж лучше на тот свет, чем на пожизненное заключение». Шумные похороны, как смерч, пронеслись над кладбищем. Налетел вихрь, покружился с полчаса и прекратился. Всего этого можно было бы избежать, если бы организаторы спектакля не вложили столько усилий в рекламу. Но в каждом представлении имелись свои плюсы и минусы. Об этом речь шла уже на совещании в райотделе, где присутствовал виновник торжества.
Просматривая видеоматериалы, покойничек рассуждал вслух:
— Вы, ребята, перегнули палку. Завтра вся Москва будет знать, что Вадим Журавлев умер. А если я и на самом деле умру? Кого хоронить будете? Бомжа в общей могиле? И что делать мне? Остановит меня гаишник, покажу я ему права, а меня тут же заметут за использование подложных документов, подделку, угон чужой машины. Но ведь и не выпустят, пока не выяснят личность. А личность установить невозможно. Я умер. Меня нет. Мне легче доказать, что я Борис Ельцин, чем Вадим Журавлев. А как жить дальше?
— Да, малость переборщили, — согласился Марецкий. — Придется уговаривать высокое начальство выдать тебе новые документы на новое имя. Будешь ты у нас залегендированным агентом.
— Агенты работают на чужой территории, а когда возвращаются домой, то становятся самими собой. А я в собственном доме превратился в агента. Вернись я в свою квартиру — соседи милицию вызовут. Вон они, — Журавлев указал пальцем на экран. — Весь дом пришел на похороны. Люди меня знали, уважали, а тут убийца, маньяк…
— Но это же была твоя идея, Дик, — спокойно заметил Метелкин. — Мне она сразу не понравилась. Что теперь кулаками махать? Родственники обменяют твою квартиру в другой район, где ты будешь жить под именем Феди Тапочкина или Кости Забодайкина. Все замолчали.
— Стоп! — крикнул Метелкин. Сидевший у видеомагнитофона подполковник Самохин нажал на кнопку. На экране застыл кадр.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53

загрузка...