ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Что скрывается за твоей улыбкой, Bebe? – Ладонь Грегори легла на горло подруги, большим пальцем он нежно ласкал ее губы. – Тебе известно что-то, чего не знаю я? – Он скользнул в мысли спутницы, единение их сознаний напоминало по интимности слияние тел.
Карпатец позволял женщине самой определять границы вторжения и никогда не преодолевал установленные барьеры, хотя с легкостью мог это сделать. Они оба нуждались в единении сознаний. За мнимым заслоном девушка скрывала лишь то, что сама узнала о возлюбленном. Саванна посмотрела на Грегори невинным взглядом.
Он прижал большой палец к ее нижней губе, очарованный ее совершенством.
– Ты никогда не будешь охотиться на вампиров, ma cherie, никогда. И если я когда-нибудь увижу, что ты пытаешься это сделать, ты за это заплатишь.
Непохоже было, чтобы она испугалась. Его слова скорей развеселили ее.
– Я не боюсь тебя, Темный. – Она мягко рассмеялась, и звук ее смеха отозвался дрожью в его позвоночнике и каким-то непостижимым образом унес с собой острую боль всех прошедших столетий.
Древнейший резко поднял брови. Малышка егодразнила. Издевалась над темной сущностью. Нагло бросала вызов. Саванну вовсе не пугала перспектива быть навеки привязанной к монстру. Ее переполняла жизнь, веселье, радость. Темный хотел, чтобы это отразилось и на нем, чтобы изменило его, сделало более подходящим для нее спутником жизни.
– Тебе тоже следовало бы опасаться злого волка, mon amour, – нарочито серьезно пригрозил он.
Девушка, нежно улыбаясь, заглянула в глаза мужчины.
– Грегори, ты шутишь. Мы делаем успехи. Мы практически стали друзьями.
– Практически? – тихо переспросил он.
– Мы на пути к этому, – твердо сказала Саванна, вздернув подбородок.
– Разве можно дружить с монстром? – небрежно бросил карпатец, будто размышляя вслух, но в серебристых глазах промелькнула мрачная тень.
– Я просто ребячилась, Грегори, обвиняя тебя в этом, – мягко сказала иллюзионистка, глядя в глаза Темному. – Я хотела свободы и вела себя слишком безрассудно. К тому же я боялась. Но сейчас я прошу у тебя за это прощения…
– Нет! – отрезал он. – Mon Dieu, cherie, никогда не извиняйся передо мной за свои страхи. Я этого не заслуживаю, и мы оба это знаем. – Он прижал палец к ее губам. – И не пытайся казаться храброй. Я – часть тебя. Ты не сможешь скрыть от меня такое сильное чувство, как страх.
– Трепет, – поправила Саванна, прикусив его палец.
– Есть разница? – В глазах Древнейшего вспыхнуло пламя.
– Ты прекрасно знаешь, что есть. – Она рассмеялась. Этот смех разлился по его телу, задержавшись внизу живота знакомой тяжестью. – Возможно, небольшая, но очень весомая.
– Я постараюсь сделать тебя счастливой, mа petite, – серьезно пообещал Грегори.
Молодая женщина провела рукой по его густой шевелюре.
– Грегори, ты – моя вторая половина. У меня нет никаких сомнений в том, что я буду счастлива с тобой.
Древнейший отвел глаза. За долгие годы он стал самим воплощением тьмы; все доброе, что было в нем, ушло в землю вместе с кровью людей, чьи жизни он отнял. Мысль о том, что это невинное существо видит все темное, что есть в его душе, была невыносима. Великий карпатец не только убивал и нарушал закон – он совершил самое тяжкое из всех преступлений и заслужил самое страшное наказание. Темный сознательно вмешался в чужую судьбу.
Зная, что обладает достаточной силой, что его возможности переходят границы, установленные законом Карпат, он лишил Саванну свободы выбора, манипулировал ею так, чтобы она сочла, что он – тот, с кем ей суждено остаться. И вот наконец она с ним. И ее невинность противопоставлена многовековому опыту. Возможно, это и есть наказание, думал Грегори, вечное осознание того, что любимая женщина никогда не сможет по-настоящему полюбить его, никогда не сможет принять черную душу, всегда будет рядом и в то же время бесконечно далеко.
Если эта девушка когда-нибудь узнает, на что он пошел ради того, чтобы сделать ее своей, она будет презирать его. И все же он никогда не позволит ей уйти. Карпатец сжал зубы и, посмотрев в окно, вырвался из мыслей Саванны, не желая делиться воспоминаниями о своем преступлении. Древнейший мог пережить тысячелетнюю изоляцию и одиночество, вынести тяжесть собственных грехов, но ненависть этой девочки была для него невыносима. Бессознательно он ухватил ее ладонь с такой силой, что Саванна задержала дыхание, но, взглянув на Грегори, не стала отнимать руку.
Темный не верил в то, что карпатка предназначена ему судьбой. Он верил лишь в то, что поступил нечестно, манипулируя их судьбами, и что где-то Саванну, возможно, ждет другой карпатец, которому суждено быть с ней. Грегори и не предполагал, что эта неопытная девушка могла с легкостью читать самые его потаенные мысли. Но Саванна могла, и древний ритуал лишь усилил связь между ними.
Глава 8
Прах Питера Сандерса был погребен на территории особняка, который Грегори построил, ожидая прибытия Саванны в Сан-Франциско. Команда иллюзионистки и детектив Дэвид Джонсон, прибывшие на панихиду, с трудом сумели разыскать этот дом. Его расположение держалось в тайне от прессы, и из репортерской братии появился только Уэйд Картер, но и его не пустили за ограду. Фотограф, работавший в паре с Картером, отказался приехать; что-то в супруге знаменитой фокусницы до смерти его напугало. Репортеру пришлось остаться один на один с неуправляемой камерой на шее и чувством страха в душе. Особняк был окружен высокой оградой, за которой резвились волки.
Грегори держал руку на плече Саванны, пока она объявляла своим людям, что шоу закрыто. Каждый из членов команды получил от карпатки в качестве утешения конверт с внушительной премией. Детектив, убедившись в том, что новой информации ему здесь не получить, покинул особняк.
Саванна задержалась у могилы, глядя на красивое мраморное надгробие, которое Грегори заказал для Питера. По ее щекам текли слезы, вызванные не только потерей друга, но и трогательной заботой.
Грегори, который облегчил для нее этот день настолько, насколько было возможно при сложившихся обстоятельствах.
Девушка уже направлялась к дому, когда волки вдруг подняли головы к небу и взвыли. Грегори взял ее за руку и притянул к себе.
– Думаю, это Айдан Свирепый, – мягко сказал он. – Встретим его в доме, чтобы Картер не увидел.
– Я считала это место безопасным.
– Если бы кто-то из членов команды или полицейских проявил излишнее любопытство и забрел, куда не положено, то непременно пострадал бы. – Темный провел ладонью по волосам любимой. – Я знаю, ты устала. Тебе нужно пару часов поспать. Мы очень рано встали сегодня.
Карпатка оперлась на руку мужчины и прочла в его мыслях сожаление о том, что случилось с Питером.
– Тебе не за что себя винить.
– Я знаю. – Внимание Грегори привлекли внезапные порывы ветра, предвещавшие появление карпатца. – Но если бы той ночью я не был охвачен страстью и вожделением, то догадался бы, что тебя преследует вампир. Я должен был о тебе позаботиться.
– Не суди себя так строго, – ответила Саванна со вздохом. – Ты не можешь отвечать за поступки других карпатцев, так же как и людей. Если кто и виноват в смерти Питера, так это я. В своем стремлении к свободе я вела себя слишком беспечно, не задумывалась о возможных последствиях для тебя и других мужчин нашей расы. И уж тем более мне и в голову не приходило, что я подвергаю опасности Питера. Хотя, конечно, я должна была это предусмотреть. Мне следовало знать, что на меня будут охотиться.
Темный крепко сжал возлюбленную в объятиях.
– Ты все сделала правильно, cherie, – с жаром сказал он. Они пошли к дому, где наконец смогли бы чувствовать себя в полной безопасности.
Внезапно среди деревьев возникла, переливаясь, радуга. Карпатец покачал головой, наблюдая за тем, как свет принимает осязаемую форму. Саванна знала, что Грегори привязан к этому человеку.
– Ты всегда отличался позерством, Айдан, – поприветствовал гостя Древнейший. – Пойдем в дом.
Молодая карпатка была наслышана об Айдане Свирепом, охотнике за вампирами. Еще до ее рождения он оставил родину и поселился в Соединенных Штатах. Телосложением он был похож на Грегори – такой же высокий и мускулистый, но в отличие от остальных карпатцев, которые в большинстве своем были темноволосыми, волосы Айдана были светло-русыми; его янтарного цвета глаза отливали золотом.
Последние пять лет за иллюзионисткой присматривал брат-близнец этого мужчины, но Саванна ни разу за это время его не видела и даже не ощущала его присутствия. Каким-то непостижимым образом Джулиану удавалось держаться в тени, хотя его при всем желании нельзя было назвать неприметным. Так же как и его брата Айдана, который за столетия охоты приобрел необычайную уверенность в себе, силу и власть.
Грегори положил руку на плечо спутницы, демонстрируя, что эта женщина принадлежит ему.
Карпатка рассмеялась про себя: все-таки мужчины в своих инстинктах недалеко ушли от животных.
– Я все слышу, топ amour. – Мягкий голос Грегори проник в ее мысли, и внизу живота пробежала теплая волна возбуждения. Слова Саванны задели его, но он не убрал руки с ее плеча.
– Айдан, мы не ждали тебя так рано. Солнце еще высоко, – громко сказал Темный, как только они оказались в доме.
– Я должен извиниться за отсутствие на панихиде, – мягко ответил Айдан. – Не мог рисковать, но хотел, чтобы вы знали, что не одиноки в этой стране, – добавил он, обращаясь к спутнице Древнейшего.
– Саванна, это Айдан Свирепый. Мой близкий друг. Он предан твоему отцу. Айдан, это моя спутница жизни, Саванна, – познакомил их Грегори.
– Вы очень похожи на свою мать, – заметил Айдан.
– Спасибо. Для меня это комплимент, – сказала девушка, вновь пожалев, что матери нет рядом. Она очень скучала по родителям. – Вы оказали мне честь тем, что пришли сюда, чтобы разделить мое горе.
– Твоим близким грозит опасность, Айдан, – предупредил Грегори. – Здесь действуют мясники, которые состоят в том же тайном обществе, что процветало в этих местах тридцать лет назад.
Лицо гостя помрачнело. Его семья действительно нуждалась в защите. Его янтарные глаза приобрели насыщенный золотой оттенок.
– Репортер, – тихо прорычал Айдан.
Грегори кивнул.
– Сегодня вечером я постараюсь вытянуть информацию из господина Картера. А потом переключу на себя внимание этих людей, и мы с Саванной покинем город. – Они были укрыты от любопытных глаз, но даже несмотря на это Грегори ощущал присутствие репортера на своей территории. – А я ведь предупреждал тебя, Айдан. – В голосе карпатца послышалось недовольство.
– Это мой город, Грегори, и моя семья. Я сам могу позаботиться о том, что мне принадлежит.
Саванна закатила глаза.
– Знаете, вы могли бы с таким же успехом бить себя кулаком в грудь, как Кинг-Конг.
– Ты проявишь уважение, – приказал Грегори. Саванна рассмеялась, нежно прикоснулась к его напрягшемуся подбородку.
– Не теряй надежды, любимый, возможно, когда-нибудь тебе и будут повиноваться.
Айдан усмехнулся, удивленно окинув Грегори взглядом.
– Она унаследовала от матери не только хорошенькое личико, я прав?
– Она невыносима, – тяжело выдохнул Древнейший.
– Думаю, они все такие, – рассмеялся Айдан, не обращая внимания на угрозу во взгляде карпатца.
Саванна выскользнула из-под руки любимого, подошла к креслу и села, поджав под себя ноги.
– Конечно, мы невыносимы. Это единственный способ оставаться в своем уме.
– Я взял бы с собой Александру, чтобы познакомить вас, но счел более благоразумным оставить ее дома. – В голосе Айдана звучало самодовольство.
Он демонстрировал, что его спутница жизни беспрекословно ему повинуется.
Саванна лишь усмехнулась в ответ.
– И как вы поступили? Смылись, пока она спала? Готова поспорить, у нее найдется для вас пара ласковых по возвращении.
– Твоя спутница – не из податливых, Целитель. Я тебе не завидую, – обратился Айдан к Грегори.
– Он без ума от меня. Не позволяйте ему вас одурачить, – расхохоталась, ничуть не раскаиваясь в своих словах, несносная карпатка.
– Я тебе верю, – согласился Айдан.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...