ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Я увидела, как Лия копирует его движение, сжимая левую руку в кулак. Кортес тем временем стукнул кулаком по полу и жестом велел мне упасть. Я рухнула и тут мимо пролетела еще одна безделушка и разбилась, ударившись в стену. Вот он – предупредительный сигнал! Движение руки являлось предупредительным сигналом Лии.
Я вскочила на ноги и скова направила на нее заклинание на остановку дыхания. Резко вдохнув воздух, Лия в очередной раз сжала левую руку в кулак. Я упала на пол и откатилась в сторону, не теряя концентрации. Глиняный горшок пролетел мимо. Она снова сжала руку в кулак, а я ушла в сторону, правда по мне едва не попала оттоманка, которая прилетела из гостиной.
– Заканчиваются вещи? Кидаться нечем? – спросила я. – Может, нам перебраться в кухню? Там много кастрюль и сковородок. Может и парочка ножей найдется.
Лицо Лии исказилось от ярости, она продолжала хватать ртом воздух. Левая рука опять сжалась в кулак, но на этот раз ничего не произошло.
– Мы бессильны? – воскликнула я. – Очень плохо.
Она снова сжала кулак. И снова ничего не произошло. Теперь лицо Лии побагровело, она пыталась дышать, но тщетно. Женщина прыгнула на меня и ударила меня в грудь, и мы обе повалились на пол. Она попала мне кулаком по щеке и действие заклинания прекратилось. Я заново направила его на нее, чуть не перепутала слова, так как очень торопилась, но все сработало, и ей удалось только резко вдохнуть воздух перед тем, как я в очередной раз перекрыла ей подачу кислорода.
Лия стала задыхаться. Я схватила ее за плечи и сбросила с себя, прижав к полу. Ее глаза стали вываливаться из орбит. Теперь она задыхалась и умирала.
Меня охватила неуверенность. А я имею право это сделать? Я должна. Вокруг нас стонал дом, куски штукатурки падали со стен, а мне еще требовалось вывести отсюда Кортеса и Саванну. Мы предоставили Лии шанс уйти, и она отказалась. А она не даст нам уйти живыми. Я должна убить ее. Тем не менее, я не могла смотреть ей в глаза и видеть, как она умирает – просто не могла. Поэтому я закрыла глаза, сконцентрировалась и ждала, пока ее тело не прекратит шевелиться. Когда это произошло, я подождала еще тридцать секунд, затем слезла с нее, не оглядываясь, и шатаясь, отправилась к Кортесу. Он поднялся на четвереньки. Я открыла рот, но тут дом опять содрогнулся и мои слова заглушил раздирающий барабанные перепонки вой. Кортес пальцем показал на входную дверь. Я покачала головой, но он поднялся на ноги, схватил меня за руку и потащил к двери. Когда мы добрались до крыльца, дом загрохотал. Поддерживавшая крышу над крыльцом балка треснула и мы нырнули в траву как раз, когда крыша рухнула. Затем дом замер, а вой превратился в приглушенный гул.
ВЫЗОВ ЕВЫ
– Это Саванна, – сказала я. – Она пытается вызвать дух матери.
– Она не может этого сделать.
– Я знаю, но она не желает останавливаться. Похоже, она даже не осознает, что я здесь. Я не могу к ней подобраться.
Дом застонал и содрогнулся. Когда я собралась бежать назад, Кортес схватил меня за руку, затем стал беспрерывно кашлять, выплевывая окрашенную кровью слюну и мокроту.
– Мне нужно остановить ее, – заявила я. – До того, как она вызовет какое-то чудовище или рухнет дом.
– Я знаю заклинание… – из-за кашля я не услышала следующие слова. – …выглядеть, как Ева.
– Что?
– Заклинание, благодаря которому ты будешь выглядеть, как Ева. Оно не идеальное. Успех зависит оттого, склонен ли смотрящим поверить в обман. Саванна, очевидно, склонна.
– Исполнить роль ее матери? – я покачала головой. – Это… это… я не могу сделать. Я не стану ее так предавать. Это неправильно.
– Ты должна. Сейчас в любую минуту дом может рухнуть. Ева предпочла бы, чтобы ты позволила ее дочери умереть под обломками? Да, это неправильно, но это оправдано. Мы никогда не откроем Саванне правду. Ты обеспечишь ей последнюю встречу с матерью, Пейдж. Ты ведь понимаешь, насколько это для нее важно.
– О боже! – я потерла лицо руками. – О-о… ладно. Сделаю. Но давай побыстрее.
Кортес произнес слова заклинания. Казалось, превращение в Еву заняло вечность. Два раза Кортес начинал кашлять, а у меня от беспокойства за него болело сердце.
Он сильно пострадал? А что если он… Нет, об этом я даже думать не могла. Не сейчас.
Наконец он закончил. Я открыла глаза и осмотрела себя, и увидела собственные короткие пальцы и серебряные колечки на них.
– А оно… – я подняла на него глаза. – А оно сработало?
– Если тебе приходится спрашивать, ты ничего не увидишь. Иллюзия зависит от готовности и желания смотрящего в нее верить.
Я закрыла глаза и попыталась отделаться от сомнений. Это должно сработать. Мне нужно, чтобы это сработало. Мне требовалось стать Евой.
Когда я снова осмотрела себя, пальцы мои стали тоньше и вытянулись, на них появились длинные ногти с маникюром, кольца исчезли. Я поднялась на ноги, ожидая дезориентации, но ничего не случилось. Тело двигалось, как и обычно. Как и сказал Кортес, иллюзия зависит от глаз смотрящего.
Поскольку через парадный вход теперь было не зайти, я обежала дом к черному ходу. Уже на ступеньке я обернулась и увидела хромающего Кортеса, держащегося за стену дома.
– Иди, – сказал он. – Встретимся внизу.
– Нет. Ты должен остаться здесь.
– Я не покажусь Саванне на глаза, Пейдж. Иллюзия будет полной. Я только тебя подстрахую, на случай непредвиденных обстоятельств.
Я поспешила к нему и приложила руку к его груди, останавливая его.
– Пожалуйста, оставайся здесь. Ты и так сильно пострадал.
– Я могу наколдовать…
– Нет, пожалуйста, – я встретилась с ним взглядом. – Если что-то пойдет не так, ты не сможешь вовремя выбраться. Я должна знать, что ты снаружи. Со мной все будет в порядке.
Дом заскрипел. Отлетели куски кровельной дранки, один попал мне по плечу. Кортес подтолкнул меня в дом. Мне не требовался второй намек. Один раз, взглянув на Лукаса через плечо, я исчезла внутри.
* * *
Я побежала вниз в подвал. Изнутри помещения с печью доносились просьбы Саванны, ее голос становился то громче, то тише.
Я прижала руки к лицу, сделала глубокий вдох, пытаясь замедлить сердцебиение. Я должна верить. Она должна поверить.
Когда я обогнула угол и зашла в комнату, Саванна резко замолчала. Она застыла на месте, полностью застыла, словно почувствовала меня, но боялась повернуться и разочароваться.
– Саванна? – произнесла я.
Для моих ушей голос все еще звучал, как мой собственный, и когда девочка повернулась, я чуть не бросилась бежать. Но вместо этого я задержала дыхание и ждала. Мы встретились глазами. Саванна моргнула, затем потерла ладонями глаза.
– Мама?
– Я услышала, как ты меня зовешь.
– Мама! – она вспрыгнула с колен и бросилась ко мне, обхватила меня руками, затем спрятала лицо у меня на плече и разрыдалась. – О, мама, что тут произошло! Я… все сделала неправильно.
Я инстинктивно подняла руку и погладила ее по волосам, забыв, кем должна представляться, и заговорила от себя самой.
– Ты ничего не сделала неправильно. Совсем ничего.
– Нет, сделала. Я заставила Пейдж остаться здесь со мной, а теперь ее нет, – Саванна опять всхлипнула. – Я… я думаю, она умерла, мама. Это моя вина. Я заставила ее остаться, и они ее убили.
– Нет, – резко сказала я и взяла ее за подбородок. – С Пейдж все в порядке. А тебе нужно уходить из дома, Саванна, пока он не рухнул.
Словно в подтверждение моих слов, дом снова затрясло. С балок над головой вниз полетели щепки.
– Я… я не собиралась делать ничего подобного. Я просто продолжала произносить заклинания, снова и снова, появлялись всякие существа, но не ты. А я хотела увидеть только тебя.
– Сейчас я здесь, – я поцеловала ее в лоб. – Но тебе нужно идти, Саванна. Я тебя очень люблю, но не могу остаться. Ты это знаешь.
– О, мама! Мне тебя так не хватает.
У меня перехватило дыхание.
– Я знаю. Мне тебя тоже не хватает. Очень. Над печью сломалась балка, затем еще одна. Куски дерева упали вниз.
– Ты должна уходить, Саванна, – сказала я. – Пожалуйста.
Я крепко ее обняла, так сильно, что у нее протестующе затрещали ребра. Она рассмеялась, икнула, затем потянулась, чтобы поцеловать меня в щеку.
– А я смогу снова тебя увидеть? – спросила она. Я покачала головой.
– Мне очень жаль, дорогая, но это срабатывает всего один раз. Однако я буду с тобой, даже если ты не сможешь меня видеть. Ты это знаешь. – Я снова ее обняла и зашептала ей в ухо, слова возникали сами, но себе, словно их произносил кто-то другой. – Ты была для меня всем, Саванна. Самым лучшим в моей жизни. Самым лучшим, что я когда-либо сделала.
Она очень крепко меня обняла, затем шагнула назад. Потолки стонали.
– Иди, – сказала я. – Я останусь здесь, и буду смотреть. Давай.
Она пошла спиной вперед, не отводя взгляда от моих глаз. Балки над головой стали ломаться, подобно спичкам.
– Быстрее! – крикнула я. – Вверх по ступенькам. Беги!
– Я люблю тебя, мама.
– Я тоже тебя люблю, малышка.
Она послала мне поцелуй, затем развернулась и побежала. Я подождала, прислушиваясь к звуку ее шагов, мне требовалось удостовериться, что она ушла, перед тем, как убегать отсюда. Я услышала крик Кортеса и ответ Саванны.
Затем рухнул потолок.
ВОСЬМОЙ ДЕНЬ
Я до сих пор не понимаю, как выбралась. Наверное, просто повезло. Наверное, мне полагалось одно чудо. Мне удалось нырнуть в какую-то дыру, когда дом рухнул вокруг меня. После этого я помню все не очень четко, словно ползла в тумане, но выбралась лишь с порезами и синяками.
Саванна не догадалась, что я играла роль ее матери. Она решила, что я попала в ловушку в доме, пока ее искала. Как и сказал Кортес, мы ей никогда не откроем правду. Девочка заслужила эту фантазию, и я ей завидовала – несколько последних минут с той, которая значила для нее больше, чем кто-либо другой в этом мире.
Нам все еще требовалось провести церемонию для Саванны – через несколько дней. После смерти Лии и Наста никто не станет нам мешать. Все закончилось. Закончилось! От этих слов мне следовало бы чувствовать облегчение, но я не могла, потому что на самом деле все закончилось. Моя жизнь, такой как я ее знала.
Никаких счастливых концов не получилось. Может, я видела слишком много голливудских фильмов, но я честно верила, что все будет хорошо. Если я выживу, если спасу Саванну, то получу кармическую награду. Моя разбитая жизнь чудесно войдет в привычное русло. Средства массовой информации забудут обо мне в одну ночь. Город простит меня и примет обратно. Шабаш свергнет Викторию и восстановит меня в роли Главной Ведьмы. Я вернусь и обнаружу, что мой дом не сгорел дотла, только чуть-чуть пострадал, а все мое имущество цело.
Но от дома практически ничего не осталось, лишь пустые обгоревшие стены. Все, что не сгорело, растащили люди-стервятники. Когда мы подъехали к месту, чтобы осмотреть урон, на нас набросились журналисты. Заголовки гласили: «Суд толпы: бдительные граждане пытаются сжечь ведьму из Массачусетса». Кто-то утверждал, что пожар случился по моей вине: я случайно его спровоцировала во время проведения сатанинского ритуала, используя части выкопанных на кладбище предыдущей ночью тел. Орды орущих незнакомцев стучали в окна такси и гнались за нами по улице. На первых страницах всех бостонских газет поместили рассказ о пожаре, а также новости о «новых усилиях» горожан по очищению Ист-Фоллса от моего присутствия. Не прошло и дня, как наиболее предприимчивые журналисты начали искать связь между мною и «дьявольским» разрушением фермы в тридцати милях от города.
Я позвонила всем членам Шабаша и заверила их, что Наст навсегда ушел из нашей жизни. Я рассказала им, что сделала Виктория. Это не имело значения. Я запятнала Шабаш. Только несколько ведьм раздумывали о том, чтобы принять меня назад.
Мы недолго оставались в Массачусетсе – только для того, чтобы получить страховку. Есть считать страховку и то, что у меня все еще оставалось от матери, у меня набиралось достаточно денег на переезд в другое место и начало новой жизни. Для большинства женщин моего возраста это стало бы воплощением мечты. Но это не было моей мечтой, однако я сделаю это ею.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...