ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Свет выключился. Он прошептал несколько слов, оторвавшись от моих губ, и тут же зажглись свечи, оставшиеся после моей магической практики.
Мой смех прозвучал между наших губ.
– Выпендриваешься?
Он чуть отодвинулся и приподнял брови.
– Это называется быть романтичным, – он улыбнулся. – Ну может и выпендриваюсь. Чуть-чуть.
– Не надо. Это я тебя совращаю.
– Правда?
– Я же начала, не так ли?
– Так. Ну, тогда давай, действуй.
Используя ведьминский заговор, я затушила свечи, затем, опять же ведьминским способом, зажгла вновь. Кортес рассмеялся и снова притянул меня к себе. Мы целовались несколько минут. Когда он вытащил мою блузку из джинсов, я покачала головой и чуть отодвинулась, прерывая поцелуй.
– Я веду, забыл?
Я схватила его за рубашку спереди и потянула так, чтобы он сел. Затем я оседлала его бедра, встав коленями на пол и извивалась на нем, пока не почувствовала эрекцию. У него перехватило дыхание. Я улыбнулась и сняла с него очки.
– Они тебе требуются? – спросила я. Кортес покачал головой.
Я отложила очки в сторону и начала расстегивать ему рубашку. Справившись с тремя пуговицами, я прижалась губами к шее мужчины и повела по ней кончиком языка, почувствовала, как он сглатывает. Мои пальцы опустились к четвертой пуговице и расстегнули ее, язык пошел вниз, выписывая круги на груди Кортеса. Перед расстегиванием каждой следующей пуговицы я проводила пальцами по его голой груди. Добравшись до последней пуговицы, я изменила положение – отодвинулась назад и устроилась рядом с его коленями. Затем я склонилась вперед и стала дразнить его пупок губами, мой язык опускался все ниже и ниже, пока я не расстегнула пуговицу у него на брюках, а затем расстегнула и молнию. Я слышала его дыхание над собой, оно было неровным и хрипловатым, и мое собственное желание усилилось.
Я провела языком над самым верхом трусов мужчины, затем кончик языка забрался под край. После этого я переместилась вперед, опять лаская губами его грудь. Вскоре я снова его оседлала. Когда мои глаза оказались на уровне с его, Кортес запустил руки мне в волосы и притянул мою голову к своей, целуя меня. Потом его руки забрались мне под блузку, но я снова отодвинулась и улыбнулась.
– Пока нет, – сказала я.
Кортес открыл рот, но я приложила палец к его губам, отодвинулась назад, встала. Затем я сделала еще шаг назад, улыбнулась, гладя на него сверху вниз, и сняла блузку. За ней последовали носки, потом джинсы, свалившиеся кучей у моих ног. Я вышла из них и откинула их в сторону. Затем я не торопясь, стала снимать оставшееся – бюстгальтер и трусики.
Когда трусики упали, Кортес несколько секунд просто смотрел на меня, затем улыбнулся, поднялся на ноги и мгновенно преодолел расстояние между нами.
Я поднялась на цыпочки и поцеловала его, и мы чуть не рухнули на пол. Кортес подхватил меня и перенаправил наше падение на груду чистого белья. Я стянула рубашку у него с плеч, провела пальцами по спине вниз, запустила обе руки в его расстегнутые брюки и потянула вниз, оставив трусы на месте.
Он отбросил штаны в сторону, взялся за мои ягодицы и притянул меня к себе. Затем его правая рука куда-то передвинулась и уголком глаза я заметила, как он ее вытянул. Кортес что-то прошептал у моих губ – и включилась стереосистема Саванны.
– Гм! Это я тебя совращаю, – сказала я, отодвигаясь назад.
– Считай, что я уже совращен.
Кортес опустил свои губы к моим, и тут воркование мальчиковой группы наполнило помещение. Глаза Кортеса округлились, и он снова щелкнул пальцами, в поисках какой-то другой мелодии. Я рассмеялась. Он нашел джаз, затем, еще раз щелкнув пальцами, настроил звук, уменьшив его до шепота.
– Неплохо, – заметила я.
Я произнесла слова заклинания на вызов ветра, правда смягчила ударения в нужных местах, и кожу стал ласкать легкий бриз. Кортес поцеловал меня, затем провел губами у меня по подбородку и вниз по шее. Целуя мне шею, он опять что-то пробормотал и щелкнул пальцами. Пламя свечей превратилось в сотню ярких искр. Я рассмеялась и выгнула спину дугой, а его губы опустились мне на грудь. Я позволила себе наслаждаться этим минутку, затем оторвалась, изменила положение и уселась верхом ему на грудь.
Я прошептала слова заклинания – и небольшой светящийся шар возник у меня на ладони. Кортес перевел взгляд с него на меня, склонил голову набок, глазами задавая вопрос, я улыбнулась и направила на ладонь выключающий заговор, чтобы затушить шар, остались мерцать лишь мои пальцы.
– Интересно, – заметил он. – Но я не понимаю… Я прижала горячие пальцы к его груди. Кортес резко вдохнул воздух, я провела пальцами по его груди, распространяя по ней тепло, затем запустила руку ему в трусы и погладила плоть. Он застонал, закрыл глаза и откинулся назад.
– Теперь все понимаешь? – спросила я.
– Научи меня этому, – хрипло сказал он.
– Может, и научу, – улыбнулась я.
Я стянула с него трусы и подвела одну горячую руку ему под яички, стала их гладить, другой рукой гладила его плоть.
Он изогнулся дугой, застонал. Я продолжала, прислушиваясь к его дыханию, пока не уловила как раз нужный темп, остановилась и крепко сжала его плоть.
– Я выиграла? – спросила я.
– Да. Боже, да, – он замолчал, затем высвободился, и его глаза открылись. – Нет.
– Передумал? – я улыбнулась, – Все в порядке. Ты прав, может это и не такая уж хорошая мысль. – Я стала с него слезать. – Нам стоит сохранять чисто профессиональные отношения. В конце концов…
Кортес бросился на меня, повалил на спину и растянулся на мне.
– Когда я сказал «нет», я имел в виду, что не признаю поражения. Пока нет.
Он сбросил трусы, затем схватил меня за бедра. Мы перекатились на бок и запутались в белье – оказались среди мягких простыней, вдыхая запах лимона. Когда мы целовались, я почувствовала движение губ Кортеса, открыла глаза и увидела, как его рука по дуге идет над нами. Послышалось тихое бренчание гитары, затем с пола поднялся туман пурпурного и голубого цветов.
– Скажи мне, что это не койут, – прошептала я у его рта. Кортес рассмеялся и завел пальцы между моих бедер, дразня меня.
Я изогнула спину и закрыла глаза. Когда я их открыла, туман плыл к нам. Вначале он коснулся моей руки, послав по ней покалывание энергии. Я резко вдохнула воздух. Кортес снова усмехнулся и ввел в меня пальцы. Туман окутал нас. Все волоски у меня на теле встали дыбом, я прижалась головой к простыни, наслаждаясь ощущением.
– Это… – я опять хватала ртом воздух. – Ты должен меня этому научить.
Кортес улыбнулся, вынул пальцы и лег на меня.
– Я научу тебя всему, что ты захочешь.
ДОБРОЕ УТРО
Прошло время – и я выпуталась из белья и его объятий и встала. Кортес поднял голову и нахмурился.
– Подожди, – сказала я.
Я отправилась в холодный погреб и достала оттуда бутылку вина. Когда я вернулась, Кортес все еще лежал, обернувшись чистыми простынями, и наблюдал за мной.
– Пойдет? – спросила я, протягивая бутылку.
– М-м-м? – он моргнул, затем посмотрел на бутылку. – О, да. Вино. Хорошо. Отлично.
Я рассмеялась.
– Наверное, я бы оскорбилась, если бы ты на самом деле смотрел на вино.
Тогда он улыбнулся, это была ленивая, медленно расплывающаяся по лицу улыбка, от которой у меня внутри вновь возникли приятные ощущения.
– Похоже, я все еще в шоке.
– Только не рассказывай, что я – первая попавшая в беду дамочка, которая тебя совратила.
– Я могу сказать с полной уверенностью, что ты – первая женщина, которая попыталась меня совратить во время ведения дела – да и вне работы тоже, – он протянул руку к бутылке. – А штопор для этой бутылки требуется?
– Конечно, нет, я же ведьма, – я произнесла несколько слов, и пробка вылетела из бутылки. – Не думаю, что ты умеешь создавать стаканы. Или подзывать их к себе.
– Прости.
– До кухни так далеко. А нам стаканы вообще требуются?
– Нет, совсем ни к чему.
Кортес обнял меня за талию и притянул к себе, потом усадил к себе на колени. Мы по очереди хлебнули из горлышка.
– Мне жаль, что так получилось с твоим мотоциклом, – сказала я.
– Моим?.. О, да. Нет проблем. Он застрахован.
– Все равно мне жаль. Я знаю, что замена будет уже не тем, если ты сам его отремонтировал.
– Если я его отремонтировал?
– Я не имела в виду… Он усмехнулся.
– Не нужно объяснять. Я прекрасно понимаю, что вряд ли похожу на типа, способного разобраться с коробкой передач и карбюраторами. Если честно, за исключением именно этого хобби, мои способности к механике равны нулю.
– Но ты же умеешь замыкать накоротко провода в машинах для запуска двигателя без ключа зажигания.
Кортес снова усмехнулся.
– Да, у меня есть такая способность. Что касается мотоциклов, то один из приятелей моей матери заинтересовал меня их ремонтом, когда я был в возрасте Саванны. И вначале я усердно этим занимался, надеясь, что это приятно выделит меня среди других молодых людей.
– Ты надеялся, что это поможет тебе знакомиться с девчонками? И как?
– Едва ли. Я быстро избавился от иллюзии. Или, по крайней мере, я так думал, хотя должен признать, что, выбрав мотоцикл для поездки к похоронному бюро, я частично руководствовался полубессознательным желанием представить себя в более привлекательном свете.
– Это произвело на меня большое впечатление. Он завалился на белье и расхохотался, чем удивил меня.
– О, да, я это видел. Это произвело на тебя на самом деле очень большое впечатление. Примерно такое же, как когда ты обнаружила, что я – сын известного и пользующегося дурной славой главы Кабал-клана.
– Наследник известного и пользующегося дурной славой главы Кабал-клана.
Я сказала это шутя, но из его глаз ушло веселье. Он кивнул и потянулся к бутылке с вином.
– Прости, – поспешила извиниться я. – Меняем тему. Так, где ты живешь?
– Вначале вернемся к вопросу о наследстве. Это правда и я не намерен избегать эту тему. Я хочу быть с тобой честным, Пейдж. Я хочу… – он колебался. – У моего отца есть очень веские причины называть меня наследником, причины, которые ко мне самому не имеют никакого отношения и связаны только с политикой наследования и преемственности. Он также использует это, чтобы держать в узде моих старших братьев.
– Чисто стратегическое решение? Не могу, а это поверить.
– Мой отец несколько заблуждается относительно природы моей мятежности. Он неправ. Я никогда не стану нанятым сотрудником – или главой – какого-либо Кабал-клана. Я также не наивен, чтобы брать на себя бразды правления в надежде реформировать Кабал-клан или преобразовать его в действующую только по закону организацию.
– Это правда?.. – я покачала головой. – Прости, я не хочу лезть не в свое дело…
– Ты не лезешь не в свое дело, Пейдж. Меня бы гораздо больше беспокоило, если бы тебе было наплевать. Спрашивай. Пожалуйста.
– Насчет награды. Это правда? Я имею в виду, если тебе угрожает опасность…
– Нет, не угрожает. А если и угрожает, то постоянно и никак не влияет на сложившуюся сейчас ситуацию, как и она на нее. Никто из организации Наста не посмеет обращаться за этой наградой. Должен сказать, что Лия склонна путать факты. Не все мои родственники – а Лия называла жену моего отца и трех сводных братьев – назначили за меня награду, В последний раз я слышал, что ее предлагали только Делорес и мой старший брат. Карлос, младший из сыновей Делорес, одно время тоже предлагал, но теперь он набрал долгов и поэтому ему пришлось снять предложение. А Уильям никогда не пытался никого нанимать, чтобы убить меня – вероятно потому, что у него просто не хватит мозгов это придумать.
– Ты серьезно?
– Об Уильяме? К сожалению да. Он достаточно умен, но абсолютно безынициативен.
Я ткнула его кулаком в плечо.
– Ха-ха! Ты знаешь, что я имела в виду. Ты серьезно говоришь, что твои братья назначили награду за твою голову?
– Да, хотя не советовал бы тебе упоминать это моему отцу. Он уверен, что разобрался с этим вопросом много лет назад. Убивать незаконнорожденного наследника категорически воспрещается. Любой член семьи, который попытается это сделать и будет пойман, подвергнется суровому наказанию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...