ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он кивнул и устроился рядом со мной.
– Что мы смотрим? – спросила Саванна, заходя в гостиную в ночной рубашке.
– Мы с Пейдж смотрим «Ночь оживших мертвецов». Ты идешь спать.
– Я только что наполнила все кладбище духами. Значит, я достаточно взрослая, чтобы посмотреть фильм ужасов. – Саванна устроилась в кресле. – А у нас есть чипсы или что-то еще?
– Ты думаешь, я в последнее время ходила по магазинам? – спросила я. – Скоро мы перейдем на консервы.
– Это что, зомби? – Саванна фыркнула. – Да они какие-то увечные!
– Это старый фильм, – сказала я. – Спецэффекты еще не достигли современного уровня.
– Какие спецэффекты? Что это за тип с размазанной под глазом тушью? Я видела более страшных в супермаркете.
– Пейдж говорила тебе, чтобы ты шла спать, Саванна? – подал голос Кортес.
– О, хорошо. В любом случае это глупый фильм, – она вышла из комнаты.
Через несколько минут я вздохнула.
– Это очень глупый фильм. Но я слишком возбуждена, чтобы спать.
– Мне… э… кажется, ты что-то говорила про новые колдовские книги?
Я села прямо.
– Да, все правильно. Я чуть не забыла. Я хотела сегодня ночью что-то попробовать.
– Ты вроде бы собиралась мне рассказать… – он не закончил предложение.
Я улыбнулась.
– Я собиралась тебе рассказать о них, не так ли? И я рассказала.
НАГНЕТАТЕЛЬНЫЙ КЛАПАН
– Это возможно, – объявил Кортес, когда я закончила рассказ о колдовских книгах.
– Возможно? Ты утверждаешь, что у меня проблемы с логикой?
– Я бы не посмел. Я просто говорю, что сказанное тобой имеет смысл, поэтому возможно. Ведьмы не из Шабаша уже на протяжении многих поколений используют магию колдунов. Было бы неплохо, чтобы они получили назад собственную.
Я улыбнулась.
– Правда? Ты понимаешь, что это будет означать? Эти заговоры и заклинания сравняют силы игроков.
– Так и должно быть.
Я откинулась на подушки.
– И это говорит тог же самый парень, который что-то там болтал про «наследственные ограничения» силы ведьм?
– Я изображал из себя личность, с которой, как я думал, ты будешь чувствовать себя наиболее комфортно. Я имел дело с достаточным количеством ведьм, чтобы не недооценивать их способности. Не каждый колдун ненавидит или недолюбливает ведьм. Хотя многие ненавидят и недолюбливают, даже те, кого считают приличными и высоконравственными мужчинами.
– Приличные и высоконравственные колдуны?
– Нет, это не оксюморон. Не каждый колдун злой. Говорить это сродни утверждению, что каждая ведьма слабая и трусливая, что, я уверен, тебе совсем не понравится. Стереотип становится стереотипом, когда значительный процент населения, как кажется, соответствует ему. К сожалению, нравственно коррумпированный колдун является стереотипом и это соответствует истине.
– Абсолютная власть коррумпирует абсолютно.
– Ваг именно. Те, кто гоняются за мечтой об абсолютной власти, как делают многие колдуны, находят, что это становится навязчивой идеей.
– Значит, ты не мечтаешь о большей силе? Он встретился со мной взглядом.
– Я мечтаю, как, думаю, и ты, о больших знаниях – самом лучшем из возможных наборе заговоров и заклинаний и силе, чтобы наилучшим образом их использовать. Я рад, что ты нашла эти колдовские книги, и должен признать, что смотрю на это, как возможность узнать новые заговоры и заклинания.
– А ты не думаешь, что, может, мы наивны? Раз считаем, что никогда не будем коррумпированы нашим собственным поиском силы?
– Возможно.
– Это не ответ.
– Разве не наивно думать, что я не могу быть наивным?
– Достаточно, – сказала я. – У меня от тебя голова кружится. Пришло время попробовать какой-то новый заговор или заклинание.
Кортес склонился вперед.
– А ты… не будешь возражать против зрителей?
– Совсем нет, – улыбнулась я.
* * *
Я взяла книги, и мы отправились вниз, в подвал.
Когда я говорила, что надеюсь освоить новый заговор или заклинание, я имела в виду именно это: один новый заговор или одно новое заклинание. Как бы мне ни хотелось попробовать все, описанное в книгах, даже надежда освоить за вечер один заговор может оказаться слишком смелой. Чтобы у меня получился заговор или заклинание из книги третьего уровня, вначале нужно освоить что-то из колдовской книги второго уровня, а это отнимет время.
Я еще немного приглушила собственный энтузиазм, настояв, чтобы мы продвигались вперед логически. Сегодня я хотела не только выучить что-то новое, но и попробовать на практике свою теорию. Есть ли необходимость осваивать соответствующие заговоры и заклинания второго уровня перед тем, как сможешь освоить заговоры и заклинания третьего?
Чтобы проверить это я выбрала заклинание на остановку дыхания. Поскольку я уже много часов тренировала его и безуспешно, это казалось идеальным выбором. Если оно у меня получится после того, как я освою заклинание второго уровня, то это подтвердит мою гипотезу. Заклинание на остановку дыхания относилось к стихии воздуха, пятому классу.
Я пролистала книгу второго уровня и выяснила, что не учила никаких заклинаний, связанных со стихией воздуха.
Соответствующее заклинание второго уровня, связанное со стихией воздуха, вызывало икоту. Может в начальной школе это и было бы весело, но для любой ведьмы старше десяти лет заклинание казалось очень глупым. Однако логически все имело смысл: и икота, и остановка дыхания являются видами перебоя с дыханием. Впервые просматривая эти колдовские книги, я попробовала это заклинание, просто для забавы, но остановилась, не освоив его. Если я разработала правильную теорию, она может объяснить, почему при освоении заклинания на остановку дыхания мне показалось, что оно, в конце концов, может сработать – потому что я частично освоила заклинание второго уровня.
После того, как мне в голову ударила эта мысль, я достала колдовскую книгу с санкционированными Шабашем заговорами и заклинаниями и нашла страницу почти в самом конце, где значился заговор для снятия икоты, который я освоила много лет назад. Этот относился к заговорам, задействующим стихию воздуха, класс: 5. Заговор первого уровня. Вначале учишься лечить икоту, затем вызывать ее, затем полностью перекрывать дыхание.
– Не возражаешь, если заставлю тебя икать? – спросила я у Кортеса.
– Что?
– Икать. Мне нужно заставить тебя икать. Не возражаешь?
– Не могу сказать, что когда-либо встречал девушку, которая предложила бы мне это.
– Это магическое действие, – пояснила я. – Не беспокойся. Я также знаю, как от нее избавлять.
– Тебе придется меня этому обучить. Избавлению, не вызыванию. У меня никогда не получалась задержка дыхания.
– Нет? Потерпи немного и увидишь, что я собираюсь попробовать следующее.
До того, как можно было надеяться на успех, мне требовалось попрактиковаться. Присутствие Кортеса меня не отвлекало, вероятно, потому, что он проявил предусмотрительность и устроился позади меня. Таким образом, у меня не создавалось ощущения, будто я перед кем-то выступаю.
Через двадцать минут работы я почувствовала, что поймала нужный ритм, поэтому попросила Кортеса пересесть так, чтобы оказаться передо мной. Он пересел, и смотрел в стену, а не прямо на меня. Так мне было легче. На самом деле так легко, что заклинание сработало со второй попытки. Затем, конечно, мне пришлось попробовать его еще раз шесть, чтобы удостовериться, все ли я делаю правильно. Когда я раздумывала, не попробовать ли еще разок, Кортес объявил, что я полностью освоила вызывание икоты, и попросил дать ему передышку, чтобы перевести дыхание.
Следующим этапом я перешла к заклинанию на остановку дыхания. Я начала, направляя его на саму себя. Лукас сегодня ночью и так достаточно натерпелся. Потребовалось двадцать минут, чтобы я могла произносить заклинание. Оно не было сложным. Использовалась латынь, язык заговоров и заклинаний, который я знала лучше всего. Отсрочка произошла по одной простой причине: нервы. Я возлагала такие надежды на это заклинание, что путалась в словах. Я пыталась говорить себе, что его освоение не имеет такого уж большого значения, и если у меня ничего не получится на этот раз, то я найду другой способ, но – без толку. Я знала, насколько это важно, и не могла убедить себя в обратном. Я едва смела, произносить слова, опасаясь провала, словно, если я провалюсь на этот раз, магия каким-то образом исчезнет, и я никогда не смогу восстановить свои магические способности.
Несколько раз, сделав ошибки в словах, я измелила тактику и начала со второй строки. Исключив начальную строку, я гарантировала несрабатывание заклинания, чтобы сконцентрироваться на декламации. Я много раз пыталась добиться успеха с этим заклинанием в прошлом, и поэтому быстро нашла нужный ритм.
Слова текли, изменения интонации, и тона, словно сами срывались с языка. Правильно произнесенный заговор и заклинание – это истинная музыка. Это не монотонное пение и не обычная песня, а музыка языка, музыка Шекспира и Байрона. Добавьте к этим словам эмоции и уверенность – и он приобретет силу оперы. Даже не понимая слов, вы почувствуете их значение.
Я закрыла глаза и добавила души, вливала в заклинание каждую унцию страстного желания, разочарования и амбиций. Мой голос усиливался, пока я не перестала чувствовать, как слова вырываются у меня из горла, я только слышала, как они эхом отдаются вокруг меня.
Я снова и снова повторяла заклинание. Затем я услышала первую строку, она появилась как бы сама по себе. Слова достигли пика, и с последней строкой у меня из горла вылетел и воздух. Я стала резко хватать его ртом и чуть не задохнулась.
Как только я снова смогла дышать, слова стали повторяться, словно сами по себе. Когда я декламировала заклинание, у меня над головой задрожало окно. Розовые кусты бились и царапались о раму. Когда слова закончились, у меня изо рта вылетели брызги слюны, я едва могла дышать.
И снова я стала повторять слова. Щеколда слетела с секционных дверей, и они застонали. Когда заклинание подходило к концу, двери внезапно резко распахнулись. В помещение ворвался порыв ветра и уронил корзины с чистым бельем. С последним словом из меня было вытянуто дыхание, причем с такой силой, что я рухнула лицом вперед и потеряла сознание.
Следующее ощущение – руки Кортеса у меня на плечах.
– С тобой все в порядке? – спросил он, когда я открыла глаза. Я медленно улыбнулась.
– Я думаю, что оно сработало.
– Сработало, – ответил он, осматривая разбросанное вокруг нас выстиранное белье. – Теперь, после того, как ты доказала, что заклинание срабатывает и ты успешно можешь его использовать, наверное, ты не станешь возражать, чтобы и я его попробовал.
Я отдернула от него колдовскую книгу.
– Нет. Моя.
Я рассмеялась и размахивала колдовской книгой вне пределов досягаемости Кортеса. Он улыбнулся и попытался ее у меня забрать, но я вырвала ее и сама чуть не рухнула на спину. Кортес прыгнул за ней. Его лицо оказалось совсем рядом с моим, он замер и моргнул. Я знала, что он думает. И я также знала, что он этого не сделает. Поэтому сделала сама.
Я приблизила свои губы к его губам и поцеловала его.
Глаза Кортеса округлились. Я рассмеялась, чуть не прервав поцелуй, но до того, как я успела отпрянуть, Кортес притянул меня к себе и удивил силой своего поцелуя. Все недостатки в технике Кортес с лихвой компенсировал рвением и энтузиазмом, и в его поцелуе я почувствовала что-то, от чего у меня закружилась голова, внутри все загорелось огнем и я вспомнила все романтические клише, над которыми когда-либо смеялась. Опьянение от магической практики все еще оставалось, и тут к нему добавилась свежая страсть и возбуждение от осознания, что на твою страсть отвечают. Голова так и кружилась, я вся сделалась наэлектризованной, и впервые за много дней я почувствовала себя такой, какой всегда себя считала – неуязвимой.
Мы рухнули на груду чистого белья. Кортес перекатился на спину, а меня положил на себя. Его руки передвинулись мне на затылок и пытались расстегнуть заколку. Я подняла руку и сама ее расстегнула. Когда мои волосы рассыпались по плечам, Кортес запустил в них пальцы и поцеловал меня еще сильнее, затем высвободил одну руку из моих волос и щелкнул пальцами у нас над головами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...