ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Похожа на пьяного осьминога, – указал я мадемуазель Ливей на новорожденную галактику.
Ливей вздрогнула от неожиданности, ибо я подкрался к ней сзади вполне беззвучно. Стакан в подстаканнике дернулся, и порция горячего чая оказалась у меня на брюках.
– Ой, вы не обожглись? – заволновалась она. Полезла за салфеткой. – Давайте, я вытру.
– Само высохнет, – пообещал я, в душе радуясь тому, что практически без труда установил контакт с ученым секретарем. Ради такого и штанов не жалко.
– Никогда не видела пьяного осьминога, – оправившись от частичной потери чая, тяжко вздохнула Ливей и добавила: – Как, впрочем, и трезвого. Но, вероятно, вы правы…
И она бойко отстучала название новой галактики:
OCTOPUS MADIDUS
Ради солидарности я признался:
– Честно говоря, я тоже никогда не видел пьяного осьминога. Кстати, не всякий специалист-океанолог отличит пьяного осьминога от трезвого. Поэтому я мог видеть и пьяного, но принять его за трезвого. Помню, в океанариуме на Цейлоне… Это остров такой на Земле, знаете?
– В Индийском океане, знаю конечно!
– В самом деле, нашел у кого спрашивать. В общем, там жили осьминоги… – я замолчал, поскольку про тех осьминогов, кроме места жительства, ничего не знал.
– Почему «жили»? – коварно потребовала уточнить Ливей.
– Потом их отпустили обратно в океан, – совсем запутавшись, соврал я.
– Это небось вам так сказали. Когда из-за неправильного обращения животные гибнут, посетителям объясняют: «они убежали к себе в лес» или «они уплыли куда-то там домой» – за маленьких детей нас держат. Я с таким уже сталкивалась. Вам солгали, будьте уверены, – убеждала она меня с какой-то неожиданной горячностью.
– Неужели все так и было! – не менее горячо воскликнул я и сразу же переменил тему: – Ваш осьминог ни от кого не пострадает, он не из океанариума… Вы любите компьютерные игры?
– Да, но это секрет, – она кокетливо потупила свои умные карие глазки. – А вы?
– Наверное полюбил бы, если бы было на них время. Здесь не слишком удобно играть, – и я обвел взглядом помещение кафедры. Это была просторная светлая комната с несколькими столами, запруженными папками и дисплеями, с пыльными пластиковыми стеллажами, прогнувшимися под тяжестью книг, с портретами видных ученых и тиснеными золотом поощрительными дипломами на стенах – всё в умилительном, «академичном» беспорядке.
– Вы правы, совсем не удобно, – согласилась она. – Ведь нейросенсорный костюм на работе не наденешь.
– Что верно, то верно. Это «Шесть Дней Творения»? – я указал на экран.
– Они самые.
– Нравится?
– Пока не понятно – я только начала.
– Интересная игра. Конкурс, опять же, объявлен. Приз – миллион!
– Конкурс – это здорово, но вряд ли мне по силам опередить других. Да и опоздала я – никак не могла оторваться от прежней игры.
– Хорошая была игра?
Мадемуазель Ливей вся аж засветилась.
– Просто отличная!
– Как называется?
Ливей вдруг страшно смутилась.
– "ШДТ" гораздо лучше, – сказала она, покраснев. – Спасибо вам за нее!
– Простите, спасибо кому? – напрягся я.
– Погодите, вы ведь из «Виртуальных Игр»? – испуганно спросила она.
По моему лицу она уже поняла, что нет. А я-то думал, что это мое природное обаяние развязало язык ученому секретарю.
– Увы, нет, – сказал я обреченно.
– О Боже! – ужаснулась она. Отставила чай и быстро загасила экран. – Извините ради бога. Профессор Цанс сказал, что должны прийти… Ой! – страдальчески ойкнула она и прикрыла рот рукой. – Извините…
– Это вы извините. Я не представился. Федор, – я протянул руку чтобы пожать ее узкую сухонькую ладонь. Ладони я не получил.
– Вы к кому? – спросила она официальным тоном.
– К профессору Цансу, по личному вопросу. Он скоро будет?
– Вероятно, минут через десять. У него сейчас лекция. Вы можете обождать его… – она указала на дверь в коридор.
– Там скучно, – я улыбнулся ей самой обаятельной улыбкой, на какую был способен. – А почему вы решили, что я из «Виртуальных Игр»?
– Обещали молодого человека приятной наружности.
– Ну я не так уж и молод.
– По поводу наружности вы не возражаете, – ехидно заметила она.
– А того, кого вы ждете, зовут, случайно, не Вейлинг?
Клянусь, она собиралась кивнуть. И кивнула бы, если бы в этот момент на кафедру не вошел невысокий, сутуловатый мужчина – профессор Казимир Цанс. Что ему шестьдесят три, я знал из биографической справки к одной из его работ. Густая шевелюра седых волос делала Цанса выше сантиметров на пять. На ходу он вытирал влажной салфеткой руки, испачканные фломастером для писания на доске. Одного взгляда хватило с лихвой, чтобы понять: Амирес мог ревновать Чарльза Корно к кому угодно – хоть к Хору с Сетом, он только не к Казимиру Цансу.
– Профессор Цанс? – осведомился я.
– Казимир Цанс, всегда к вашим услугам, – произнес он быстро, формально и как-то невпопад. Он вопросительно посмотрел на Ливей. Та пожала плечами и сказала:
– Господин Федррэ ждет вас около четверти часа. Говорит, по личному делу.
Цанс перевел взгляд на меня.
– По какому делу?
– Чарльз Корно, вы, вероятно, слышали… – начал я мямлить нарочно медленно. Он отреагировал мгновенно:
– Прошу! – и указал на дверь, противоположную той, что вела в коридор.
Мы вошли в небольшую комнатку с одним окном, служившую заведующему кафедрой личным кабинетом. Широкий письменный стол с монитором и застекленный шкаф занимали половину пространства. Кресло пребывало здесь в единственном числе, поэтому приглашения сесть я бы в любом случае не дождался, что, в свою очередь, позволило мне безо всякого приглашения усесться на подоконник, который приходился вровень с крышкой стола. Помедлив секунду, Цанс отодвинул кресло в сторону и присел на стол.
– Итак, господин Федрэ, я вас слушаю.
Я протянул ему визитную карточку, где было указано место работы – научно-популярный журнал «Сектор Фаониссимо» и профессия – репортер. Имя там тоже было указано, причем, настоящее.
– Господин Ильинский? – немного удивился он. – Но мадемуазель Ливей назвала вас… впрочем, понятно. Так чем обязан вниманию прессы? – спросил он, убирая визитку в боковой карман серого поношенного пиджака со следами фломастера на обшлагах.
– Наш журнал, «Сектор Фаониссимо»…
– Что-то никогда не слышал, – тут же вставил он.
Еще услышите, чуть было не ляпнул я.
– К сожалению, мы пока малоизвестны, – признал я. – Область наших интересов – естественные науки, в том числе компьютерные. Есть у нас и рубрика, посвященная виртуальным играм. Ближайший номер мы планируем посвятить памяти Чарльза Корно. Мы поместим его жизнеописание, интервью с друзьями, коллегами и известными учеными, работавшими вместе с ним над созданием компьютерных игр…
– Я с ним не работал, – резко прервал меня Цанс.
Не любит компьютерные игры, отметил я про себя.
– Зато вы крупнейший на Фаоне специалист в области математического моделирования. Вы могли бы дать, как говорится, научную оценку работам Корно. Ведь после него остались не только игры, но и масса теоретических работ по кибернетике.
– К сожалению, не так много, как я когда-то надеялся. Лет десять назад он подавал огромные надежды как кибернетик, но потом его увлек, если можно так выразиться, практический аспект.
– Материальный, вы хотите сказать?
– Ну, – Цанс сложил руки домиком, – о покойных, сами понимаете… Я-то надеялся, что из него выйдет крупный теоретик, а он… эх… – и домик развалился.
– Вы давно с ним знакомы?
Цанс посмотрел на меня как-то странно – как на человека, который ошибся дверью.
– Вообще-то он писал у меня диссертацию. Я думал, вы из-за этого пришли.
Вот это я упустил. Непростительно.
– Это действительно было давно, – оправдался я. – Но вы, насколько мне известно, продолжали с ним общаться. Вы консультировали его по самым различным вопросам – от математики до древней истории. Честно говоря, меня поразила ваша эрудиция. Лингвистика, история, антропология, космология, другие вселенные – десятки статей и все на разные темы.
– Неужели вы проштудировали мои статьи! – всплеснул руками Цанс, вышло весьма театрально.
Черт, а чем я, спрашивается, занимался всю ночь и еще, вдобавок, утро?!
– Ну, слово «штудировать» здесь вряд ли уместно. Скорее, просмотрел. Безумно интересно, кое что даже понятно.
– Понятно?! – возмутился он. – Да вы не поняли самого главного: все мои работы посвящены одной и той же теме, потому что в глубине, в основе всего того, что мы наблюдаем или переживаем лежат одни и те же принципы. У разума и у вселенных одни законы, о них-то я и писал!
– Всеобщие законы – это божественный модус операнди, – вставил я, ошибочно полагая, что цитирую статью Цанса.
Цанс вскинул руки:
– И имя того бога – Хаос!
– Помесь Хора и Сета?.
– Какой Хор! – Цанс, похоже, впал в отчаяние. – А ведь я старался сделать мои идеи общедоступными. По этой причине я брал в качестве примеров не только физические процессы, но и процессы, происходящие в обществе, искусстве, да где угодно! Везде найдется место хаосу, хотя, конечно, правильнее сказать, что иногда место находится детерминизму. Уж лучше бы вы не говорили, что читали…
Он сложил руки на груди замком и потупился в пол. Я его разочаровал и расстроил. Интервью срывалось. Я осторожно сказал:
– Про другие вселенные я точно понял.
– И что именно вы поняли?
– Другая вселенная может быть только одна, и время там течет вспять. Я даже знаю одно доказательство этого замечательного факта. Совсем простое.
– Вы?! Доказательство?! – изумленно вскричал он. – Доказательство никем не доказанной гипотезы? Потрясающе! Просто потрясающе! Ну так я слушаю вас, молодой человек…
Он переместился в кресло, закинул ногу на ногу и состроил гримасу типа «я весь внимание».
Конечно, никакого доказательства про Другую Вселенную я не знал. Полгода назад «Сектор Фаоннисима» опубликовал одну статью с какими-то измышлениями на эту тему. Статья была подписана Ларсоном, но писал ее не он, а некто Редактор . Мы, то есть рядовые сотрудники, статей не пишем, но зато подписываем, ведь, как ни как, а «Сектор Фаониссимо» – это наше прикрытие. Кто-то пустил слух, будто бы статьи пишет сам Шеф, пока его подчиненные в поте лица гоняются за преступниками. Проверит этот слух мне не удалось. Статью «Другой взгляд на Другую Вселенную» никто всерьез не принял, но идти на попятную было поздно, и я стал ее пересказывать:
– Все очень просто. Все мы склоняемся к мысли, что любая вселенная – наша или «Другая» – произошла в результате Большого Взрыва. Для определенности предположим, что Наша Вселенная возникла раньше, и время – и в Нашей Вселенной и в Другой идет в одну сторону. Спрашивается, как с нашей точки зрения должен выглядеть Большой Взрыв, породивший Другую Вселенную. Ответить на этот вопрос крайне затруднительно. Если учесть релятивистское ускорение времени, получается, что Другой Большой Взрыв обязан, с нашей точки зрения, длиться бесконечно долго. Любой здравомыслящий человек способен вообразить себе бесконечно долгое сжатие , но вообразить бесконечно долгий взрыв невозможно. Бесконечно долгий взрыв, это все равно что вообще никакого взрыва. Мы приходим к противоречию – взрыв есть, но его нет. Следовательно, мы видим не расширение Другой Вселенной, а ее сжатие, то есть время в Другой Вселенной идет в противоположную сторону. Поскольку противоположных сторон существует только две, то и Вселенных на свете только две – Наша и Другая. Вот и все доказательство.
Уже задолго до финального аккорда, я заметил, что с физиономией Казимира Цанса стали происходить какие-то странные метаморфозы: он сморщил нос и все, что было у него вокруг носа – как если бы на нос к нему уселась оса. Затем он стал мелко трясти головой – очевидно, чтобы согнать невидимую осу. При этом он издавал частое прерывистое сопение. Внимательно приглядевшись, я понял, что Цанс попросту смеется.
– Браво, браво! – различил я сквозь сопенье.
– Может, на бис?
– Увольте, – затряс он руками так же часто, как головой. – Но ваше так называемое доказательство меня искренне повеселило.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...