ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как раз наоборот — цепляться за него она не намерена, и как только он выполнит свои обязательства, она спровадит его назад в Бостон.
«Не беспокойтесь, сэр, — думала она с пренебрежительной усмешкой, — я не имею ни малейшего желания провести остаток дней моих с анемичным бухгалтером, который все время проводит в четырех стенах, сосредоточившись на фактах и цифрах. Ровно через шесть месяцев вы будете избавлены от меня как от жены. Наше деловое партнерство может просуществовать и дольше, но бременем для вас я не стану. Как и для любого другого мужчины».
Абсурдность положения на мгновение вызвала у Тринити приступ страха, как это было уже не раз во время бессонных ночей с тех пор, как Рассел Брэддок рассказал ей о Райерсоне. Может ли она по-настоящему положиться на совершенно чужого человека, пусть и получившего самые лучшие рекомендации профессионального брачного агента? Можно ли верить, что этот незнакомец поведет себя деликатно? Вполне благоразумно? И что наиболее важно, можно ли верить в эту безумную сделку?
«Он волнуется не меньше твоего, — напомнила себе Тринити в который уже раз. — Неужели ты полагаешь, что преуспевающий бостонский бизнесмен захочет поставить под угрозу краха все, что сумел создать для себя, если женится на чужой ему, обедневшей девушке? Держи себя так, словно ты представляешь собой достойную награду! Вообрази себе женщин, каких он должен обожать, — леди из высшего общества с безупречным воспитанием, вполне удовлетворенных тем, что они занимаются в гостиной своим вязанием, в то время как он корпит над своими счетами. Это не то что дочь какого-нибудь кругосветного бродяги и, уж конечно, не та женщина, которая хочет пойти по стопам своего отца, — объехать весь белый свет, прежде чем обзавестись семьей».
Тринити точно знала о Джеке Райерсоне лишь одно: семья для него самое важное в жизни, и он даже привезет с собой из Бостона двух маленьких сестер и кузину! Это произвело на Тринити большое впечатление, но вместе с тем лишний раз напомнило ей, как мало общего у нее с будущим нареченным.
В отличие от Райерсона она совершенно не интересовалась воспитанием детей. И тем не менее ее радовало, что Райерсон так серьезно относится к своим обязанностям. К тому же ей думалось, что присутствие детей будет достаточной препоной попыткам новобрачного проявлять нечто большее, чем видимость интимных отношений с ней.
Размышления Тринити были самым шумным образом прерваны донесшимися со двора истошными криками поварихи на ранчо Элены:
— Приехали! Я вижу карету!
— О Боже!
Тринити поспешила к открытому окну и выглянула из-за занавески; вгляделась в облако красноватой пыли, которое приближалось к ранчо с восточной стороны. При такой скорости приезжие будут у дверей минут через десять или даже меньше, а это значит, что ей надо забыть о своих бесполезных треволнениях и спуститься вниз, чтобы поздороваться с гостями.
Она уже собиралась отойти от окна, как вдруг заметила кое-что еще: по проселку, пересекающему проезжую дорогу, двигался наперерез экипажу человек верхом на лошади. Всадник прямо держался в седле, одет он был в длинную запыленную куртку, на голове широкополая шляпа. Тринити увидела, как он поравнялся с экипажем и вступил в разговор с пассажирами, причем он явно выкрикивал что-то. Видимо, удовлетворенный услышанным, всадник обогнал экипаж и поскакал галопом по направлению к дому; карета следовала за ним в некотором отдалении.
Загадочный всадник пробудил любопытство Тринити.
Она не могла разглядеть его лицо, но ей чудилось, что он загорелый и мужественно красивый. Ковбой или представитель закона, рожденный для долгих поездок верхом по просторам Дикого Запада и привыкший спать на земле при свете звезд.
Кто же он? Тринити охватило возбуждение, и она не задумываясь подошла к зеркалу посмотреть, как выглядит, но тотчас опомнилась и даже застонала с досады на себя.
Что она, совсем утратила разум? Фантазирует насчет какого-то незнакомца, в то время как другой, куда более важный для нее человек вот-вот ворвется в ее жизнь! В карете, а не на вороном скакуне, но ведь это не его вина.
«Немедленно прекрати весь этот вздор! — приказала она себе. — Этот всадник, ясное дело, приятель Клэнси, скорее всего старый и уродливый, в нем нет ничего героического. Джек Райерсон, при всей своей анемичности, — это мужчина, встречи с которым ты ждешь с трепетом душевным, и, если ему удастся спасти „Шпору“, он будет настоящим героем, не важно, на коне ли он сюда приедет, в экипаже или на черепахе».
Пригладив волосы в последний раз, Тринити спустилась по лестнице и вышла на широкое деревянное крыльцо, на котором уже собрались обитатели ранчо.
Элена неодобрительно вздернула бровь:
— И в таком вот виде леди собирается встречать своего нареченного?
— Это не твое дело. Ты знаешь, кто этот всадник?
— Никогда его не видела.
Тринити обратилась к старшему рабочему:
— Клэнси, ты его узнаешь?
— Нет, мисс. — Глаза у пожилого человека весело заискрились. — Не могу сказать, что узнаю вас.
Тринити рассмеялась ласковой шутке.
— Но ведь я в трауре, не так ли?
— Вы думаете, это платье обескуражит вашего новобрачного? Не похоже, милочка. Скромный наряд, выходит так, возбуждает воображение у парней самым неожиданным способом.
Тринити хотела было прикрикнуть на Клэнси, но тут ее внимание снова привлек все тот же незнакомый всадник: он находился уже совсем близко, и она убедилась, что он вовсе не старый и не уродливый. Он был очень красив, с кожей загорелой, но не обветренной. Приветствуя собравшихся на крыльце, всадник поднял руку в перчатке и одарил всех приветливой улыбкой.
Тринити почувствовала новый прилив возбуждения, но на этот раз не пыталась подавить его. Ну и что такого, если она формально обручена с кем-то другим? Вполне допустимо использовать последнюю возможность для невинного флирта хотя бы до той минуты, как подъедет экипаж.
И как только всадник осадил коня у самого крыльца, она выступила вперед, заметив при этом, что тот смотрит на нее живыми зелеными глазами с нескрываемым удовольствием и одобрением.
— Добро пожаловать на ранчо «Сломанная шпора», сэр, — сказала Тринити, едва не рассмеявшись оттого, что голос ее прозвучал так пылко; она кашлянула и добавила уже более сдержанно:
— Я Тринити Стэндиш, хозяйка этого владения.
Мужчина улыбнулся еще шире, соскочил с седла и намотал поводья коня на перила крыльца. Окинув Тринити долгим взглядом, он снял шляпу и слегка поклонился.
— Вы оказываете мне честь, мисс Стэндиш. Примите мои соболезнования по случаю утраты вашего дедушки. И мою искреннюю признательность за то, что вы столь доброжелательно встречаете нас.
— Нас?
Улыбка его исчезла.
— Я полагал, что Брэддок сообщил вам… — Он бросил через плечо взгляд на экипаж и покачал головой. — Ваш кучер, кажется, не удивился, увидев девочек, и я решил, что…
— Погодите! — Тринити сбежала по ступенькам и остановилась рядом с ним. — Вы мистер Джек Райерсон? — Она услышала смешок Клэнси у себя за спиной и покраснела до корней волос. — Простите меня, умоляю вас! Я считала, что вы в экипаже вместе с вашими сестрами и кузиной, которые, разумеется, здесь желанные гостьи. Мне было бы очень жаль, если бы они не сопровождали вас.
Простите, мистер Райерсон, я просто не ожидала, что вы такой.., м-м.., такой высокий.
— Или такой пропыленный? — Мальчишеская улыбка снова появилась у него на губах. — Вы тоже не совсем такая, какой я ожидал вас увидеть. — Он взял руку Тринити в свою и слегка коснулся губами кончиков ее пальцев. — Джек Райерсон, к вашим услугам. Ваше смущение вполне понятно. Я нанял верховую лошадь единственно по той причине, что мне хотелось поближе взглянуть на ранчо. Таким образом я сумел увидеть достаточно вашей земли, не теряя из виду экипаж. К сожалению, эти самые ваши владения осыпали пылью мою одежду с невероятной щедростью, и ничуть не удивительно, что мой вид поразил вас.
Тринити облизала губы, отчаянно желая сказать что-нибудь умное или утешительное, но у нее ничего не получалось. Достаточно нелепо, что она приняла этого человека за красивого незнакомца. А он оказался ее женихом!
Он, мужчина, которого она надеялась держать на расстоянии и терпеть по необходимости в связи с завещанием дедушки.
Прикосновение его губ к ее пальцам взволновало Тринити; придуманный ею план обескуражить временного мужа сменился совершенно иррациональным стремлением убежать в дом, подняться в свою комнату, сбросить с себя безобразное одеяние, распустить длинные золотые волосы и надеть самое нарядное платье.
Ее выручил Клэнси. Правда, не обошлось без еще одного понимающего смешка, когда он вклинился между Тринити и ее женихом, пожал последнему руку и представился:
— Я Боб Клэнси, старший рабочий на ранчо «Шпора» с первых его дней и доныне. Мы все очень и очень рады, что вы здесь, сэр. Надеюсь, хотя бы половина того, что слышала о вас мисс Тринити, истинная правда.
— Очень приятно, мистер Клэнси. Из того, что я прочитал в сообщениях от мистера Рассела Брэддока, я понял, насколько вы ценный работник на этом ранчо.
— А это вот Элена. Она и ее родственники готовят для всех еду, убирают и вообще обо всем тут заботятся.
Джек наклонил голову в ту сторону, где на ступеньках стояла Элена.
— Рад познакомиться с вами, Элена. Не посетуйте на ту грязь, которую я собрал по дороге.
Он снял свою кожаную куртку, встряхнул ее и поморщился, убедившись, что пыли на ней осталось еще вполне достаточно.
— Я вижу такое каждый божий день, — заверила его Элена, сияя улыбкой. — Как уже сказал Клэнси, мы вам рады, а мисс Тринити, как вы сами видите, больше всех.
Тринити бросила на нее грозный взгляд, но тут подъехал экипаж и остановился примерно в десяти ярдах от крыльца. Тринити заулыбалась, от души желая произвести на сестер Джека более благоприятное впечатление, чем на брата, и пришла в полный восторг, когда дверцы распахнулись и из экипажа чуть ли не выпали на землю две милые девчушки, не дожидаясь чьей-нибудь помощи.
— Мы приехали! — радостно объявила младшая. — А где коровы?
— Они бродят по выгону, так что вам пока придется удовольствоваться нами, — сказала Тринити, опускаясь на одно колено, чтобы посмотреть малышке в глаза. — Я Тринити Стэндиш. Добро пожаловать в «Сломанную шпору».
— Позвольте вам представить мисс Джейн Райерсон, — послышался голос Джека у Тринити за спиной. — В последние шесть недель она говорила только о коровах. Мы и оглянуться не успеем, как она даст имя каждой из них.
— Я рада познакомиться с тобой, Джейн. — Тринити помедлила, потом пожала девочке руку. — Мы приготовили для тебя удобную комнату. После того как ты хорошенько выспишься в ней сегодня ночью, мы утром поедем на прогулку и полюбуемся стадом. — Выпрямившись, Тринити повернулась ко второй девочке и улыбнулась. — Привет.
— Это Мэри, — поспешил сказать Джек. — Она тоже рада приезду сюда, хоть и разделяет осмотрительность старшего брата по отношению к крупному рогатому скоту.
Тринити рассмеялась и похлопала старшую девочку по плечу.
— Видела бы ты меня, когда я впервые приехала на ранчо. У меня никогда не было даже кошки или собаки, а тут меня со всех сторон окружили животные.
Мэри робко улыбнулась:
— Спасибо, что вы пригласили нас к себе на ранчо, мисс Стэндиш. Я вовсе не боюсь коров. И Джек тоже не боится. Не знаю, почему он так сказал.
— У меня никогда не было брата, но, как мне говорили, братья очень любят поддразнивать своих сестер, — заметила Тринити, сочувственно подмигнув Мэри.
Тут она повернулась к экипажу, как раз в ту минуту, когда из нее выглянула третья девочка, которая очень осторожно поставила ногу на подножку. Джек в одно мгновение оказался возле дверцы и подал кузине руку, помогая сойти на землю.
— Это Луиза, — сообщила Джейни. — Наша двоюродная сестра.
— Какое счастье, что у тебя есть сестра, брат и еще кузина.
— Луиза всем недовольна и все время жалуется, — шепотом поведала Джейн. — Но это так, понарошку.
— Буду об этом помнить, — пообещала Тринити; распрямившись, она подошла к Луизе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

загрузка...