ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ничем, – сказал он на тот случай, если бармен его не понял, бросил на стойку мятую купюру и сел за первый попавшийся свободный столик.
На самой обыкновенной сковородке лежала приличная порция жаркого, присыпанная сверху свежим мелко нарезанным лучком, сладким перцем, петрушкой и даже кинзой, которую Мартын не очень жаловал.
К сковородке прилагалась глубокая тарелка с жидкой, нестерпимо острой аджикой и несколько ломтей черного хлеба. Это была грубая, но очень сытная пища – именно то, в чем сейчас нуждался Мартын.
В два счета расправившись с жарким, Мартын повторил заказ и даже пятьдесят граммов водки: при такой закуске в этом не было ничего страшного. Теперь, когда первый голод был утолен, он ел не спеша, отмечая, что отдельные куски мяса жестковаты, а в некоторых попадаются жилки и жировые пленочки. Наконец он почувствовал себя набитым под завязку и вполне готовым к подвигам. Мартын снова посмотрел на часы, удовлетворенно кивнул, отодвинул сковородку с недоеденным жарким и вышел из кафе.
Через пять минут он остановил такси и вскоре уже стоял на углу под огромным фанерным щитом с рекламой велосипедов, поджидая Сеню с приятелями. В левой руке он держал приобретенную в коммерческом киоске бутылку водки, а правой время от времени подносил к губам тлеющую сигарету. Его неизменная кепка с длинным засаленным козырьком была надвинута по самые брови, так что тень козырька полностью скрывала лицо.
Напротив него располагалась автозаправка, совмещенная, как это стало модно в последнее время, с автосалоном. На стоянке было полно новеньких машин – джипов, седанов, микроавтобусов, а также несколько «Жигулей» и парочка «Волг», но внимание Мартына привлек установленный на специальном подиуме в двух шагах от проезжей части «опель-тигр» – маленький, желто-черный, шарообразный, похожий на дорогую блестящую игрушку. Это был чисто женский автомобиль, и Мартын, которого слегка повело от выпитой в кафе водки, с грустью подумал о том, что ни разу еще не дарил ни одной бабе автомобиля. Юркий суперсовременный «опель» был бы идеальным подарком: Мартын словно наяву видел его перевязанным широкой розовой лентой с пышным бантом наверху и с подоткнутой под эту ленту красивой поздравительной открыткой. Загвоздка лишь в том, что у него не было ни женщины, которой можно бы подарить эту машину, ни денег на то, чтобы эту машину купить. Мартын расстроился, но ненадолго: в ближайшее время деньги у него должны появиться. А как только бумажки появятся, от баб отбоя не будет.
Между деньгами и женщинами существовала теснейшая зависимость, какая-то полумистическая связь: слабый пол чуял запах денежных знаков на неограниченном расстоянии. А стоило денежной реке пересохнуть, сразу же пропадал и интерес к Станиславу Мартынову. Это слегка уязвляло мужское самолюбие Мартына, но он относился к такому положению вещей философски.
Он так задумался, что не сразу отреагировал, когда возле него остановился потрепанный «фольксваген-транспортер». Сене пришлось дважды нажать на клаксон, прежде чем Мартын вернулся с небес на землю, встрепенулся и помахал рукой с зажатой в ней бутылкой.
– Ты что, охренел? – недовольно спросил Сеня, когда Мартын уселся на пассажирское место рядом с ним. – Нашел время квасить!
– Расслабься, Семен, – ответил Мартын, небрежно засовывая бутылку в бардачок. Бутылка глухо звякнула о лежавший в бардачке «ТТ». – Это не для меня. Давай поехали.
Когда машина тронулась, он отодвинул окошечко в задней стенке кабины и заглянул в кузов. В тусклом свете потолочного плафона он увидел десяток людей, знакомых ему с давних пор. Раздались приветственные возгласы, кто-то просунул в окошко руку для дружеского рукопожатия, кто-то отпустил соленую шутку. Мартын ответил в том же духе и почувствовал, что с этими людьми он свернет горы. Он рассматривал их лица – бородатые и бритые, выглядевшие вполне благополучно и такие же испитые, как у него, скользил взглядом по оружию и думал о том, что некоторые не вернутся сегодня домой. Задуманный им налет был верхом дерзости, и все эти люди собрались только потому, что не знали, насколько безумна затея. Заметив торчащий у одного из них ствол автомата, Мартын на мгновение испытал настоящий страх, но тут же прогнал дурное предчувствие. Его армия была при нем, она в него верила, а значит, все должно получиться! Мартын понимал, что переживает переломный момент своей жизни: после сегодняшней ночи его ожидал либо стремительный взлет, либо страшное падение.
Через полчаса микроавтобус остановился перед знакомым шлагбаумом. Собаки нигде не было видно: вероятно, помощник деда Мишки отправился в поселок. В окне сторожки горел свет, и Сеня, вспомнив свой предыдущий визит в эти места, зябко поежился.
Дед Мишка к этому времени успел прикончить свою бутылку и пребывал в состоянии легкой эйфории. Говоря простым языком, он был уже изрядно набравшись, поскольку с годами ему требовалось все меньшее количество алкоголя для того, чтобы привести себя в это блаженное состояние.
Услышав шум подъехавшего автомобиля, дед Мишка нетвердым шагом вышел на крыльцо сторожки и разглядел знакомый микроавтобус, с которым у него были связаны самые приятные воспоминания.
Старик невольно коснулся рукой своей фуражки, проверяя, на месте ли деньги, и с самым радушным выражением лица устремился к машине на слегка заплетающихся ногах.
Опытным глазом бывалого пьяницы Мартын верно оценил нетвердую походку сторожа. Вынув из бардачка припасенную специально для деда Мишки бутылку, он вылез из кабины.
– Здорово, Мишка! – весело сказал он. – Ты еще не помер?
– А, Стасик! – обрадовался дед, хорошо знавший Мартына. – А я гляжу, кто-то приехал. И машина знакомая. Хорошая машина, потому что в ней хорошие люди ездят. Денег мне дали, проявили, значит, уважение…
– А ты, я вижу, уже вдетый, – заметил Мартын. – Гуляем, значит, прямо на боевом посту. Так, что ли?
– Так, это… – смутился дед. – Того… Без этого, значит, никак. Ну, ты же знаешь. Ты ж понимающий человек. Как же без ста граммов-то?
– Никак невозможно, – согласился Мартын. – На-ка вот, возьми. Специально для тебя все магазины обегал, самую лучшую достал.
– Вот спасибо, Стасик, – обрадованно зачастил дед, вцепляясь в бутылку обеими руками. – Уважил старика. Может, посидим?
Мартын оглянулся на машину, кивнул Сене – действуй, как договорились, – и, снова повернувшись к деду Мишке, по-дружески обнял того за плечи, невольно морщась от густого запаха старческого пота и винного перегара.
– Давай посидим, – сказал он. – Только недолго, у меня дела.
Они пошли к сторожке. Сеня, недовольно хмурясь, врубил передачу, въехал на территорию затона и загнал машину в захламленную щель между каким-то пакгаузом и зданием ремонтных мастерских.
Выбравшись из кабины, он открыл дверь кузова, и оттуда стали выходить вооруженные люди. Через десять минут они уже сидели в укрытии метрах в двадцати от залитой светом прожекторов «Москвички» и ждали Мартына,
Глава 11
Отправив Шурупа с Кравцовым обратно в город на угнанных «Жигулях», Владлен Михайлович почувствовал, что пора наконец отдохнуть. День получился чрезвычайно длинным и насыщенным самыми разнообразными хлопотами, завтрашний обещал быть не менее «веселым», и Самарин от души завидовал своему водителю Дмитрию, который наверняка уже несколько часов кряду спал в гостиничном номере мертвым сном.
Перед тем как лечь, Владлен Михайлович спустился на нижнюю палубу и проверил, как чувствует себя пленница. Его не оставляло какое-то смутное беспокойство: с самого начала все пошло как-то наперекосяк. Люди, которых он знал сто лет и на которых рассчитывал, вели себя не так, как он ожидал, совершая какие-то дикие поступки и поминутно ставя тщательно разработанный план под угрозу срыва. Владлену Михайловичу очень не понравилась выходка присланных Мартыном людей: они примитивно и неумело пытались выяснить, что находится в ящиках. Похоже было на то, что инициатива исходила от самого Мартына, и Самарин подумал, что агента пора менять, пока тот не поменял его самого на кого-нибудь другого. Интерес, проявленный Мартыном к ящикам, очень не понравился Владлену Михайловичу. В свете всех неприятностей Самарин склонен был ожидать чего угодно.
На нижней палубе, однако, все было тихо и спокойно. Осунувшийся от усталости и недосыпания Пузырь сидел возле дверей инструментальной кладовой на складном алюминиевом стульчике, держа на коленях заряженный пистолет, и, вопреки мрачным прогнозам Самарина, даже и не думал спать. При появлении хозяина он вскочил, как на пружинах, и придал своему тяжелому лицу выражение почтительного внимания.
– Сиди, сиди, Алексей, – сказал Владлен Михайлович. – Все в порядке?
– Порядок, Владлен Михайлович, – ответил Пузырь, оставаясь на ногах. – Она спит.
– Павел сказал мне, что с ней был мужчина.
Драчун. Что с ним?
– Этот козел? Мы не проверяли, времени не было, но, по-моему, обрезком трубы можно быка свалить.
– Значит, женщина исчезла, а мужчина в парке с пробитой головой… Типичное нападение из хулиганских побуждений. Вы не догадались вывернуть его карманы?
Пузырь виновато развел руками.
– Не успели, Владлен Михайлович.
– Впрочем, и так неплохо, – сказал Самарин. – С женщины глаз не спускай. Рот у нее пусть остается заклеенным. Кормить не обязательно – до выхода в море дотянет.
– А потом? – спросил Пузырь.
– А потом – суп с котом. Бросим ее в море, и никаких проблем. И вот еще что, Алексей…
– Да, Владлен Михайлович?
– Я заметил, как смотрел на нее Павел. Так вот, запомни и передай Павлу: никаких развлечений, никакого конского флирта здесь быть не должно. Ты меня понял?
– Н-не совсем, – отводя глаза в сторону, ответил Пузырь. – О чем это вы?
– Об изнасиловании, – жестко ответил Самарин. – Я знаю, у Павла есть склонность. Так вот, первого, кто войдет в эту дверь, я пристрелю своими руками.
Меня не интересует судьба этой девки, но если она каким-то образом сумеет вырваться или хотя бы завизжать, я займусь вами сам. Тобой в первую очередь, поскольку ты отвечаешь за нее головой.
Я ясно сказал?
Слушая эту тираду, Пузырь часто кивал головой – той самой, которой он отвечал за Тамару. Он знал, что Самарин не бросает слов на ветер, и уже предвидел разговор на повышенных тонах с Шурупом, который, уезжая в город, бросал на дверь кладовой весьма недвусмысленные взгляды.
«Будет лезть – по стенке размажу», – твердо решил Пузырь. Ему не хотелось умирать только из-за того, что Шуруп принципиально не понимал, как это можно платить бабам за то, от чего они тоже получают удовольствие. То, что далеко не каждая женщина может получать удовольствие от общения с ним, Шурупу даже в голову не приходило.
Расставив все точки над i, Владлен Михайлович поднялся на верхнюю прогулочную палубу.
Здесь тоже царил полный порядок. Девственно чистая палуба была залита слепящим светом прожекторов, так же как и причал, у которого стояла «Москвичка». Услышав шаги Самарина, из-за вентиляционной трубы бесшумно выступил вахтенный. Владлен Михайлович с удовлетворением отметил, что вахтенный, хоть и был одет по-пляжному, держал под мышкой тупорылый «узи». Самарин сделал успокаивающий жест рукой, и матрос бесшумно скрылся в тени капитанского мостика.
Владлен Михайлович набил трубку и неторопливо, с удовольствием выкурил ее, облокотившись о поручни и не подозревая, что с берега за ним наблюдают два десятка внимательных, остро поблескивающих глаз.
Люди Мартына не выдали себя ни звуком, ни движением. Разумеется, если бы Мартын в данный момент не спаивал в сторожке деда Мишку, а находился рядом с ними, все могло бы закончиться в считанные секунды. Достаточно было одного-единственного удачного выстрела, чтобы легендарный Владик превратился в мертвое тело, но Мартына не было, и, выполняя отданный им приказ ничего не предпринимать без его команды, бандиты вели себя тихо.
Самарин докурил трубку, аккуратно выбил ее о поручни и скрылся внутри палубной надстройки, отправившись к себе в каюту. Прошло еще минут двадцать, прежде чем Мартын присоединился к своим людям, терпеливо дожидавшимся его в засаде.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

загрузка...