ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пристрастие Суркова было известно всем. — Сам знаю, — пробормотал полковник. — Неужели он вернулся сюда ради прелестей хозяйки?— Но не ради же встречи с её дружком! Который явно с криминальным прошлым и настоящим.Коля Балашов, вынюхивающий что-то по разным углам, остановился посреди комнаты и огляделся напоследок, не забыл ли он ещё что-нибудь изучить и рассмотреть.— Ну, вроде все, Аркадий Михалыч. Что нашли, то нашли. Отпечатков полно и есть довольно свежие.— Это хорошо, — вздохнул Самохин. — Давай, Николай, дуй в лабораторию и в первую очередь сделай пальчики. Сам понимаешь, если затянем, нам таких оплеух навешают.— Через час будем знать, кто тут нахозяйничал, Аркадий Михалыч, не раньше, — сказал Николай и махнул своим. — Все, пошли.Два его помощника собрали инструменты, двинулись за ним на выход.Тарасенко с умным видом разглядывал комнату, стараясь создавать вид хоть какой-нибудь деятельности. Может быть, он и предпочел бы посидеть, отдохнуть, но знал, что схлопочет нарекания от полковника, поэтому бессмысленно топтался по комнате. Подобрал лежащее в углу полотенце, помял в руках.— Мокрое, — пробормотал он. — Чего оно здесь валялось? Мне это сразу в глаза бросилось. Смотрю, вроде тряпка какая-то валяется. А это, оказывается, полотенце. И хорошее полотенце, между прочим.Костя отложил журнал, подошел к нему, отобрал полотенце, повертел в руках, понюхал, расправил, осмотрел с двух сторон. Новое, чистое полотенце, только мокрое с одного конца.— Может, вытирали им что? Но вроде никаких следов: ни грязи, ни крови, ничего. Непонятно.— Здесь много чего непонятного, — пробормотал Самохин.— И самое непонятное — почему его убили, — согласился Костя. — С Горбуновым все ясно, как на ладони. Заказали — убили. Заказал тот, кому было выгодно. А здесь полный туман. Кто? Как? Неужели, за ствол убили? Просто не верится.— Потому что все произошло случайно, спонтанно, неожиданно, — покачал головой Самохин. — Трагическое стечение обстоятельств. Такие дела самые сложные. Теперь все наши предположения — это мыльные пузыри. Щелк, и разлетелись. Нужны четкие, весомые доказательства.Полковник ушел в себя, пытаясь сопоставить отрывочные факты. Пока ничего внятного не вырисовывалось. Хорошо, Сурков вернулся в квартиру, завел разговор с хозяйкой. Но там оказался посторонний, Сурков не смог его задержать, завязалась драка, и тот его убил. Но судя по вещам, которые находятся на своих местах, драки не было. Значит, этот посторонний был достаточно силен, чтобы вырубить Суркова одним ударом. Мог ли быть этим посторонним Волков, щуплый паренек, отмотавший срок на зоне, а не проводящий время в спортзале? Очень сомнительно.Костя прошелся по квартире, заглянул в спальню, подошел к шкафу, провел рукой по висящим там платьям. Вернулся в комнату.— И почему у шкафа дверца была открыта, интересно? А, Аркадий Михалыч?Самохин устало пожал плечами. У него пока нет ни мыслей, ни версий. Сначала нужно иметь хоть какие-нибудь улики, а потом начинать соображать.— Вещи собирали перед тем, как свалить, — предположил Тарасенко.— Какие вещи? Ну, платья красивые, согласен, и наверное, дорогие. Так ведь не взяли же ничего. Все аккуратно развешаны. Хоть бы одна пустая вешалка болталась.— Может, она там деньги хранила? Схватила деньги и бежать.— Ничего она там не хранила, — пробурчал Самохин, помолчал немного и добавил внятно: — Там сидел Он! Все время, пока мы тут с Сурковым лясы точили?— Кто?— Любовник, приятель, кореш, не знаю! С прошлым и настоящим который.— Волков? — как бы невзначай бросил Костя.— Может быть! Но пока нет доказательств, я не поверю, что это он. Не поверю! Тюрьма калечит, но не настолько, чтоб на мокруху идти. Даже ради ствола. Да и силы у него не те. Чтобы человека ударом свалить, другая комплекция нужна. Потяжелее.Костя ещё раз прошелся в спальню, отодвинул платья в сторону, залез в шкаф. Проверил версию. Вернулся обратно.— Значит, получается так, Аркадий Михайлович: Сурков заявился к ней с расспросами, а этот бандюга из шкафа выскочил и одним ударом его уложил.Самохин пожал плечами.— Может, двумя…В комнату вошли два санитара, развернули большой черный полиэтиленовый пакет, засунули в него тело капитана и с таким жутким свистом застегнули молнию, что Самохин даже поморщился. Затем ни слова не говоря уложили этот мрачный мешок на носилки и понесли на выход, задевая мебель. Полковник проследил за ними и тяжело вздохнул.Через час оперативники отправились в управление. Самохин заметно сдал, был осунувшийся и мрачный. У Кости появилось ощущение, что полковнику уже все надоело, его тянет на покой, и заниматься убийствами у него нет никакого желания. Он даже не воспринял с воодушевлением известие, что Балашов проверил отпечатки, найденные в квартире Каретниковой. Казалось, полковник уже знает результаты заранее.— Есть много однотипных отпечатков, принадлежащих женщине, — начал издалека Николай, появившись в кабинете полковника. — Скорее всего это отпечатки хозяйки квартиры. Также много отпечатков другого лица. Я проверил по картотеке. Все эти отпечатки принадлежат Волкову Андрею Григорьевичу, ранее судимому. Остальные отпечатки старые и плохо сохранившиеся.Николай надеялся, что шеф подпрыгнет от радости. Но лицо полковника стало ещё более печальным, он тяжело вздохнул и опустил голову. Костя показал удивленному эксперту на дверь, и Николай, разочарованный, удалился.— Значит, все-таки он, Волков… — пробормотал Самохин. — Не думал, не думал, что он может пойти на это. Эх, Андрей…— И теперь он вооружен, — злорадно проговорил Костя.— Да, это самое неприятное… — вздохнул полковник. — Я вот все думаю, а связаны ли эти два убийства — нашего Суркова и ихнего Горбунова. А, как вы думаете?— Думаю, не связаны, — сразу сказал Тарасенко. — Там заказуха, здесь бытовуха. Ничего общего.Костя думал немного подольше.— Вряд ли. Хотя кто его знает. Стоило в нашем городе появится Волкову, как начались убийства. Словно только его и ждали. Вот увидите, это ещё не последнее.Самохин разочаровано переводил взгляд с одного на другого, хотел, видно, получить подтверждение своим мыслям, но вот, не получил.— А я думаю, связаны. Крепко связаны. Через одну крупную фигуру. Пока ещё не знаю, какую. Либо это Махров, либо Притыкин. Кто из них двоих стоит за этими убийствами, покажет время. А сейчас нам нужен свидетель…— Свидетель чего? — уточнил Костя.— Не знаю чего! — отмахнулся полковник. — Просто свидетель, который сможет нам хоть что-нибудь рассказать.Удачно избежав встречи с ментами, Махров с Боксером решили немного успокоить нервишки и заехали в небольшой ресторанчик, расположенный неподалеку от люськиного дома. Махров ограничился рюмкой виски, а Витек хлопнул два бокала водки, но все равно не мог унять нервную дрожь. Убийство мента не прошло даром даже для его железной психики. Минут двадцать они молча пялились в донышки бокалов, пытаясь, очевидно, найти там ответ на мучивший обоих вопрос — какие ждать последствия? Ясно, что менты это дело не пустят на самотек, как они поступают с другими делами, а будут заниматься им вплотную. Но смогут ли они выйти на их след? Почему бы и нет? Если была хоть малейшая ошибка, то можно, как говорили в старых фильмах, сушить сухари. А от ошибки никто не застрахован. Наконец, Витек оторвался от созерцания своего бокала, оглянулся по сторонам, на пустые соседние столики, сказал негромко:— Кто у нас теперь в ментуре будет, а?— Не знаю, — огрызнулся Махров, и Витек почувствовал себя виноватым.— Может, опять прикормим кого-нибудь?— Прикормим.Махров не смотрел на него, думая о своем. События начали развиваться совсем не так, как он планировал. Провалы и накладки пошли сплошной чередой, ломая все планы и предположения. Что это — непредвиденные случайности или чьи-то злонамеренные действия? Если действия, то чьи? Груздя? Если бы он узнал о краже, то в ночной двор ввалились бы его бандиты, а не менты. Нет, за всем этим стоит что-то другое. Но что?— Я не хотел, Сергеич, — начал оправдываться Витек. — Я же его легонько.Махров оторвался от своих мыслей, хмуро посмотрел на «приемного сына».— Ни хрена себе легонько! У тебя ручищи-то! Слона ударом убьешь.— Что теперь будет, а? — не на шутку расстроился Витек.— Да ничего не будет! — спокойно сказал Махров. — Отсидишь лет десять, другим человеком станешь.— Кончай, Сергеич! И так не по себе.— А ты думал, человека легко мочкануть? Легко в темноте из-за угла. А когда вот так, рядом с тобой. Я помню, одного уделал по молодости. Тесаком. Так потом неделю трясло. После этого вида крови не выношу.Витек налил себе ещё бокал водки, хлопнул его, не закусывая.— Да кровь, плевать! Что, я крови не видел! Да и Суря сволочью был, такого не жалко похоронить. Хреново будет, если менты на нас выйдут. Отбивайся потом!— Если не наследили, то не выйдут. Ты там ни за что не хватался?— Вроде нет.— Ну и все! Там этот парень пальчики свои поналепил. На него и подумают. Он откинутый, значит, ствол нужен. Вот за ствол мента и кончил.Витек похлопал по животу, прощупывая пистолет за поясом.— Надо его куда-нибудь выбросить, Сергеич. А то засветится потом.Махров отвернулся, выглянул в окно на улицу. Мимо окна деловито шныряли прохожие. Обычный будний послеполуденный день. Кто-то спешит по делу, кто-то просто прогуливается, одни отстают, другие догоняют. А кто-то уже отмучился — закончил свой земной путь. Вот здесь, рядом, только что. И как будто ничего не произошло. Он усмехнулся и посмотрел на «приемного сына».— Придержи пока. Глава 22 Чекунь вместе со своими парнями с утра толкался по разным точкам, где обитали бригады в перерывах между работой, и опрашивал знакомых боевиков, пытаясь выяснить хоть что-нибудь об ограблении квартиры своего шефа. Объехав с десяток кабаков и забегаловок, он так и не выяснил ничего, что могло навести на след организатора этой загадочной кражи, закончившейся полным провалом как для самого организатора, так и для хозяина квартиры.По своему каналу — через одного из прикормленных оперативников, Груздю удалось узнать, что главные подозреваемые, сидящие сейчас в изоляторе управления внутренних дел, представляют собой довольно жалкое зрелище. Один — старый квартирный вор, давно ушедший на пенсию, другой — вокзальный воришка, таскающий женские сумочки — дурки. Было сразу ясно, что это люди совершенно случайные, непонятно каким образом проникнувшие в охраняемую квартиру, и только по какому-то чудесному вдохновению сумевшие откупорить сейф. Очевидно, что за этими двумя бедолагами стоял какой-то крупный вор, прекрасно осведомленный как о сейфе, так и о его содержимом. Почему этот вор нанял двух таких недотеп, дело десятое. Наверное, были на то причины. Как удалось выяснить, вроде бы он уходил ночью на «опеле» от гаишников и ментов. Именно по тому, что он все же ушел, можно судить, что этот вор имел отработанную систему отхода, а значит, готовился основательно.Часам к двум Чекунь завалился в один из пивных баров, чтобы пропустить кружечку и передохнуть с дороги. За одним из столиков он увидел знакомого кореша по кличке Серый, одного из бывших бригадиров Чулима, отправленного на тот свет с легкой руки Боксера. Тот сидел со своими братками и накачивался чешским пивом, которое толстый хмурый армянин шипящей струей цедил в пол-литровые кружки.— Здорово… — устало сказал Чекунь, схватил стул от соседнего столика, и плюхнулся на него, чуть не раздавив тонкие пластиковые ножки.— Как жизнь? — Серый пододвинул ему кружку с пеной до краев.Чекунь оторвал её от стола и высосал чуть ли не половину тремя большими глотками. Поставил кружку обратно, вытер губы ладонью, сказал, поморщившись:— Хреново! Слыхал, нет? Хату Груздя ломанули и ящик вскрыли. Все бабки унесли и папку с документами.— Кто? — изумленно вытаращился Серый.— Кто… — Чекунь ещё раз приложился к кружке. — Вот я мотаюсь, как дурак, с утра. Пытаюсь узнать, может, кто чего знает. Ты не знаешь?— Не-а, — покачал головой Серый. — Я не брал. А что, на много накололи?— Да все, что в ящике было! Кусков сто баксов и записюльки валеркины. Теперь вся эта бухгалтерия, знаешь, где?— Где?— В ментовке! Понял? Какие-то раздолбаи влезли и все ментам отдали.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...