ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Когда в политбюро возобладают сторонники жесткой линии, нам не понадобится его переубеждать.
— Жесткой линии? — переспросил Грифф. — А когда они возобладают?
Киран, порывшись на столике, нашел нетронутый сандвич с яйцом и копченой лососиной, густо намазал его горчицей.
— Когда нынешний генеральный секретарь прикажет долго жить и в Узбекистане вспыхнет гражданская война.
Виола и Грифф во все глаза уставились на него. Он показал им умственную схему, подчеркнув ряд ключевых моментов.
— Господи Иисусе! — прошептал Гриффит.
— Вам об этом тревожиться нечего, — Киран откусил кусок сандвича и, тщательно прожевав, запил шампанским. — У вас на повестке дня ближайшее будущее Баумгартнера. Грифф, подыщи ему какую-нибудь синекуру в одном из наших фондов… скажем в Айронз-Конрад. Я хочу, чтобы в глазах общественного мнения он полностью отмежевался от военно-промышленного комплекса и большого бизнеса. Отныне он политик и философ.
— И все же, — вставила Виола, — на нас висят возможные подозрения Баумгартнера в незаконных психических манипуляциях. Но без его согласия рискованно проводить глубокое сканирование. Оно никогда не применялось к человеку, находящемуся вне узкого круга оперантов.
— Нам надо знать, — настаивал Киран. — Чего бы это ни стоило. Крайне важно, чтобы у него не возникло и тени сомнения насчет нашей метаактивности. Для будущей избирательной кампании нам нужен человек, полностью уверенный в том, что операнты представляют опасность для нормального человека.
Виола нахмурилась.
— Для хорошего просвечивания пациента необходимо привести в бесчувственное состояние по меньшей мере на тридцать шесть часов. А без госпитализации это невозможно. Надо придумать заболевание, которое удовлетворило бы и его, и окружение. Никакой психиатрии. Не хватало нам только газетной шумихи.
— Глаза! — воскликнул Гриффит. — У моего дядюшки недавно начались жуткие головные боли, и он ослеп на один глаз. Потом доктора его вылечили, и он стал как новенький.
— Почему бы и нет, — согласилась Виола. — Пристайн, думаю, знает, как это лечится и какие симптомы. А Грета наверняка сумеет вызвать и головные боли, и слепоту. Мы отвезем Баумгартнера к нашему офтальмологу, и все будет шито-крыто.
Киран кивнул.
— Только по-быстрому. Мне он нужен. Пусть поездит с лекциями, привлечет спонсоров на промежуточные выборы девяносто восьмого. Если мы правильно разыграем карту антиоперантного настроя в библейском поясе note 115, еще по крайней мере четыре места в сенате отойдут республиканцам.
— Мы ее разыграем гораздо быстрее, — пробормотала Виола. — Как только установим связь с нашим добрым сеньором Араньей!
Гриффит вопросительно посмотрел на нее.
Виола виновато оглянулась на Кирана, но он успокоил ее взмахом руки.
— Я и сам собирался ему сказать.
— Крестовый поход против оперантов?
— Вот именно. Тебе известна моя цель — не допустить чужих оперантов к политической власти и в правительственные круги. А еще важнее настроить массы против их клики. На этой неделе в «Тайме» прошла статья о том, что совет швейцарских банкиров намерен нанять нескольких экспертов-телепатов. Читали?
— Нет! Господи, если они на это пойдут, их примеру последуют японцы. А после министерство юстиции и казначейство захотят создать свой метакорпус… Словом, тогда всю нашу организацию можно будет спустить в унитаз!
— Не выйдет, — отрезал Киран. — К счастью, в Верховном суде заседает республиканское большинство. В будущем году мои люди из Чикаго развернут кампанию насчет того, что всякая форма оперантного просвечивания служащих частных корпораций есть нарушение конституционных прав личности. Это заложит основу для дальнейших действий… таких, как выступление Араньи. Ну что ж, ты, Виола, скажи наконец Гриффу, зачем, собственно, мы прибыли в Нью-Йорк.
Она усмехнулась, достала из-под столика замшевые сапоги и начала их натягивать.
— Наш умный Хорек Финстер выловил для нас крупную рыбу. Завтра он прилетает в Кеннеди со своим новым питомцем под мышкой. Зовут этого человека Карлос Мария Аранья, доминиканец в миру. Мы перетащили его сюда из Мадрида… тамошние власти были только рады избавиться от него.
— Аранья? — нахмурился Грифф. — Так это он развернул фанатичное антиоперантное движение в Испании? Как уж их, не помню… Hijos de Putas note 116, что ли?
Виола Норткат фыркнула.
— Полно тебе, Грифф! Hijos de Tierra — Сыновья Земли. Кир считает, что настала пора открыть их отделение в Северной Америке. — Она выпрямилась, потопала ногами, обутыми в сапоги, стряхнула крошки с юбки. — Мы сыграем и на фанатизме Араньи, и на разумной оппозиции Баумгартнера. Испанец будет вести грязную игру, а генерал — уравновешивать его нетерпимость. Ведь мы не намерены сжигать еретиков-оперантов у столба, верно? Во всяком случае, пока… Куда ты задевал наши пальто, Грифф? Нам с Кираном надо вернуться в наше маленькое платоническое гнездышко в «Плазе» и хоть немного поспать. Кукарача прилетит ранним рейсом «Иберии», и бедняге Финстеру понадобится наша помощь.
Киран рассмеялся и тоже встал.
— Не надо нервничать, Ви. Фабби уже приручил инквизитора. Это было, пожалуй, самое трудное задание из всех, что ему доставались по сей день, но он справился на славу.
— Не зря же факиром служил! — Уоррен сперва подал пальто Виоле, потом Кирану. — Знаешь, я бы хотел с ним познакомиться. Конечно, если это не нарушает твоих планов конспирации.
О'Коннор улыбнулся и послал в ум помощника ободряющий и в то же время предостерегающий импульс:
— Как-нибудь в другой раз, Грифф. Бедняга наверняка на последнем издыхании, а мне надо с ним еще многое обсудить до его отлета в Москву.
В Москву?! Кир, не говори мне, что…
— Я и не собираюсь ничего тебе говорить, Грифф. У тебя своя голова на плечах. Иначе б ты не входил в мою организацию. Я в скором времени свяжусь с тобой по вопросу приобретения «Петро-Паскуа».
Но Кир, этот человек единственный разумный русский лидер за всю историю… Честное слово, ты не можешь…
Могу. Не заблуждайся, Грифф, если это входит в мои планы, как в данном случае, я все могу.
— Спасибо за гостеприимство, не провожай. Мы с Ви сами найдем дорогу.
10
Алма-Ата, Казахская ССР, Земля
15 сентября 1997
Едва солнце скатилось за выжженные холмы, по площади перед дворцом культуры имени Ленина пошел гулять холодный ветер. Желтые листья, рано облетевшие от сильных заморозков, что охватили в тот год Среднюю Азию, метались вокруг памятника Абаю и сидящего перед ним полковника Сергея Архипова.
Противно посасывала язва, и Сергей время от времени клал в рот таблетку для понижения кислотности. Теперь ему необходимо поесть, но он не может оставить свой пост, пока первое вечернее заседание шестого конгресса метапсихологов не закончится и Дониш не предоставит ему отчет о настроении своих коллег.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176