«Спасибо, папа», – хотел сказать Бобби, но решил, что не стоит: отцовское одобрение больше ничего не значило для него.
– Я не говорю о твоем фильме, – громко рыгнув, заявил Джерри. – Я его не видел, но говорят, что он чертовски хорош.
«Черт бы тебя побрал, папаша. Как вышло, что ты его не видел? Почему вся Америка видела, а ты нет?»
– Думаю, ты можешь прокрутить его для меня, – продолжал Джерри. – Я приду в студию. Слышал, у тебя здесь уже есть офис.
«Да, конечно. Жду – не дождусь. Как же!»
– Я привезу тебе ленту. Прокрутишь ее в смотровом зале у себя.
– Мы больше не пользуемся смотровым залом, – сказал Джерри. – Это слишком дорого.
О, теперь великий Джерри Раш жалуется на бедность?
– Не будь смешным, – нервно перебила мужа Дарла. – Я вызову механика.
Джерри одарил ее убийственным взглядом.
– Я не собираюсь приглашать какого-то долбаного киномеханика в этот долбаный дом, чтобы он мог содрать с меня чертову кучу денег, для того чтобы увидеть фильм, который я могу посмотреть в студии у моего сына.
– У нас есть собственный смотровой зал, глупо не воспользоваться им, – поджав губы, возразила Дарла.
– Тоскуешь по нашим показам? – съехидничал Джерри. – Истосковалась по толпам своих приятелей?
– Пожалуйста, Джерри!
Но его нельзя было остановить:
– Сколько народу бывает у нас каждый уик-энд? Мы кормим их, показываем им кино, а они хлещут мою выпивку и сплетничают обо мне у меня за спиной. И когда моя карьера кончена, они налетают на меня, как вороны.
– Неправда. – Румянец залил лицо Дарлы. – Твоя карьера в порядке.
Джерри зло расхохотался:
– Как приятно иметь преданную жену.
– Пожалуйста, Джерри! Не надо.
– Проснись, Дарла! Нас больше никуда не приглашают.
– Могу показать тебе кучу приглашений, – защищалась Дарла.
– Из благотворительности, за которую мы платим. Мне не нужны их дрянные приглашения. Пусть катятся подальше. Они никому не нужны, кроме тебя.
Позже Дарла отвела Бобби в сторону.
– Твой отец стареет, – объяснила она. – Он больше не любит ходить куда бы то ни было. У него болит бедро. Я знаю, он ничего тебе не говорил, но, если ему станет хуже, придется ложиться на операцию – протезировать тазобедренный сустав. Не говори, что я тебе это сказала.
О Господи, она что, старается заставить его пожалеть старика?
– У нас небольшие финансовые проблемы, должна признаться, – добавила она. – Хотя остались кое-какие вложения и сбережения.
«Что она собирается сделать теперь? Попросить взаймы?»
– Если бы эти вопросы решала я, мы бы продали этот дом и уехали в Уилшир. Такой огромный дом теперь, когда вы, мальчики, все разъехались, нам не нужен.
«Делай что хочешь, Дарла, – хотелось сказать Бобби. – Ко мне это не имеет никакого отношения. Я здесь больше не живу. Мне больше не нужно ссориться с Джерри».
Прежде чем он успел уйти, Стен и Лен загнали его в угол: оба надеялись получить работу.
Он старался быть вежливым:
– Вряд ли получится. Знаете, совместная работа родственников – не слишком хорошая идея.
Они окрысились.
– Тебе хорошо, Бобби, – сказал Стен. – У тебя теперь куча денег. Крутой, так? И не хочешь помочь нам.
У них обоих была короткая память. Они выросли в одном доме, но братья третировали его, относясь к Бобби без любви и понимания. Он мог вспомнить множество эпизодов из детства, когда они отворачивались от него, вместо того чтобы помочь.
Черт бы их всех побрал.
Поблагодарив Дарлу за обед, он быстро ушел и, сев в машину, уехал в ночь.
Ему было необходимо выпить. Его партнер Гэри обещал встретить его в «Хоумбейз-Сентрал». Он отправился туда.
– Почему ты не приходишь на мои вечера? – спросил Чарли Доллар, пристально глядя на Джорданну. – Я знаю, Эрни предлагал привести тебя ко мне.
– Именно поэтому, – ответила Джорданна.
Она пила «Джек Дэниелс» за компанию с Чарли, хотя вкус напитка ей и не нравился. Чарли усмехнулся:
– Тебе не нравится Эрни, а?
– Тебе бы понравилось, если бы он к тебе приставал?
– Детка, ты потрясающе смотришься! – Чарли не отводил от нее взгляда. Его глаза были полуприкрыты.
– Спасибо.
– В тебе есть что-то от матери. Плюс отцовская крутость. Смертельное сочетание, детка. И ты красива – а это само по себе неплохо.
– Это ухаживание или предложение поработать?
– А ты как думаешь? – усмехнулся он.
– Хм-м… возможно, ухаживание.
– Ты актриса?
Она беспокойно оглядела клуб, недоумевая, где же Шеп.
– Я хотела, но отец не одобрил этой идеи.
– Джордан прав. Ты бы не захотела быть актрисой – дерьмовая профессия.
– Ты – актер, – напомнила она, – и очень неплохой.
Облизнув губы, он задумчиво посмотрел на нее:
– Как я уже сказал, профессия эта – дерьмо. Мне повезло, я мог сам выбирать, что мне делать, а что – нет, но большинство актеров и актрис вынуждены хватать все, что подвернется под руку, иметь дело с паразитами-продюсерами, не говоря уж о разной шушере, ублюдках и недоучках, которые называют себя агентами и менеджерами. Бывают времена, когда даже я вынужден целовать чью-нибудь задницу.
– О Чарли, я не могу себе этого представить, – саркастически промурлыкала Джорданна.
Хитро улыбаясь, он признал:
– Когда надо, я это делаю.
– А как часто это бывает?
Он откинулся на спинку и расплылся в улыбке:
– Не слишком часто, детка. Не часто.
– Могу поспорить.
– А я слышал, – медленно произнес Чарли, – что ты совсем дикая.
– Кто тебе сказал?
– Слухом земля полнится, детка.
– Ты тоже не Мистер Чистоплюй.
– Я стар и могу безнаказанно делать, что мне вздумается.
– Как мило.
Он снова весело глянул на нее из-под полуприкрытых век.
– Не хочешь поехать сегодня ко мне домой, Джорданна? – протянул он лениво.
– У тебя вечеринка?
– Да, для двоих.
Ей не понадобилось раздумывать, она уже знала, что будет делать.
– Для двоих? – холодно переспросила она.
– Я так сказал.
– Думаю, я справлюсь.
– Я в этом уверен.
Как только Бобби решил, что совсем заблудился, он заметил неброскую вывеску, гласившую: «Хоумбейз-Сентрал».
Он подъехал прямо к швейцару, проворчав:
– Думал уже, что никогда не найду это место.
– У некоторых возникают проблемы, – ответил швейцар, подавая ему билет. – Первый раз здесь?
Бобби кивнул.
– Надеюсь, у вас есть связи. Завсегдатаи здесь очень разборчивы в знакомствах. – Он явно не узнал Бобби.
– Я чувствую, что со мной все будет в порядке, – сухо ответил тот.
Вышибала, дежуривший снаружи, узнал его, и к тому моменту, как Бобби прошел через главный вход, вызванный туда Эрни Айзек, как подобает, ждал его, чтобы приветствовать.
– Бобби! – воскликнул он, словно встречал старого друга.
– Мы разве знакомы?
– Эрни. Эрни Айзек.
– Ах, да. – Бобби смутно вспомнил это имя, но лица не узнал.
– Добро пожаловать в «Хоумбейз».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136