ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Что толку? — и поковылял прочь.— Боги! — воскликнула Изолт, потом бросилась лицом вниз на траву и лежала так долгое время, а ее мысли раз за разом бежали по одному и тому же кругу. В конце концов она села, еще раз умылась и решительно приказала себе прекратить вести себя, точно глупая девчонка. Они с Лахланом считали, что их смерть уже недалеко. Вполне естественно было поддержать друг друга. Это совершенно не значило, что он любит ее или что она любит его. Это значило лишь то, что они оба испугались смерти.Их судьбы расходятся, напомнила она себе еще раз. Ему предстоит стать Ри Эйлианана и посвятить жизнь служению своему народу. А она — преемница Зажигающей Пламя, и ее жизнь связана с Прайдами. Она не может просить его отказаться от короны и пойти вместе с ней на снежные вершины, а сама она никогда не предаст свою бабку.Удивляясь, почему эти логичные и рациональные размышления только усилили ее боль, Изолт поднялась на ноги и только тогда увидела, что рядом с ней сидит Мегэн, усердно двигая спицами.— Ну что, полегчало? — осведомилась старая ведьма.— Не слишком, — призналась Изолт.— Санн и хобгоблины останутся и разделят с нами пир, — сообщила Мегэн, складывая вязание. Изолт нахмурилась. — Не надо сердиться, что корриганка попыталась использовать свою Силу, чтобы завоевать Лахлана, — с улыбкой сказала колдунья. — Это единственная Сила, которой она обладает. В наши черные времена все мы используем все, что только можно, чтобы спастись и защититься. Кроме того, Лахлан ведь не поддался ей, верно? Редкий мужчина может устоять перед чарами корриганки.— Он целовался с ней! — воскликнула Изолт. — Он целовался с ней целую вечность!Мегэн улыбнулась и пожала плечами.— Он всего лишь мужчина, — ответила она. — Кроме того, а чего ты ожидала? Парень по тебе с ума сходит, а ты только и делаешь, что споришь с ним да задираешь его.— Ничего он не сходит! — возмутилась Изолт. — Это он со мной спорит! Или молчит и дуется.— Да, он неопытен в искусстве любви, — согласилась Мегэн. — И я знаю, что он легко обижается и долго не отходит. Но ведь и ты точно такая же, милая. Свет не видывал таких упрямых детей; еще хуже, чем моя Изабо, а уж она-то упрямица, каких поискать. — Изолт ничего не ответила, и Мегэн продолжила; — Дай ему шанс, Изолт. Он не доверяет женщинам с тех самых пор, как Майя навела чары на Джаспера, а то, что она сделала с ним самим, лишь ухудшило положение. Он так долго был исполнен гнева и отчаяния, что я боюсь, как бы он вообще не разучился испытывать более нежные чувства...Изолт нетерпеливо махнула рукой, тут же успокоившись. За все время, пока они спускались по склону холма, она не сказала ни слова. Выйдя на поляну девушка увидела корриганку, которая сидела у огня, помешивая варево в котле.— Смотри, как бы она не накидала в суп поганок, — сказала Изолт, резко отходя от Мегэн.К тому времени, когда Изолт развеяла свое дурное настроение, насобирав огромную охапку дров, она слегка устыдилась собственного поведения и пожалела о том, что так явно выказала свои чувства. Волоча за собой тяжелую вязанку дров, она направилась обратно на поляну. В тот миг, когда она появилась на краю леса, на другом конце поляны показался Лахлан. Он тащил такую груду дров, которой хватило бы им не меньше чем на месяц. Никто не смог удержаться от смеха.— Ну, сегодня вечером у нас будет роскошный костер, — сказала Мегэн. — Вы оба молодцы. Пойдем, мы украшаем поляну и строим беседку из цветов для празднества.Взрыв невольного смеха помог немного разрядить обстановку. Оба отправились к ручью умыться, и Лахлан снял килт, чтобы ополоснуть голову и руки. Встав рядом с ним на колени, Изолт пробормотала неловкое извинение. На обнаженной коже юноши играли солнечные зайчики; Изолт не могла заставить себя посмотреть на него. Вместо этого она опустила кончики пальцев в воду, покрытую легкой рябью, а он коснулся ее руки.— Прости, что я натворил таких дел.Она подняла голову и посмотрела в его золотистые глаза. У нее екнуло сердце. Она не смогла отвести взгляда. Лахлан мгновенно вспыхнул и отвернулся, плеснув себе в лицо водой. Изолт была не в состоянии вымолвить ни слова. Его пальцы сжали ее запястье, и она снова взглянула ему в глаза. Какой-то миг они смотрели друг на друга, потом зазвенела посуда — Мегэн хлопотала у костра. Его губы знакомо искривились, и он отодвинулся.Изолт тщательно вымылась, окунувшись с головой. Когда она выбралась на берег, нащупывая свою рубашку, ее пальцы наткнулись на что-то шелковое. Она отбросила влажные кудри с глаз и увидела Облачную Тень, сидевшую под деревом с маленьким свертком материи для нее. Девушка взяла его, и в руки ей ярд за ярдом хлынули прозрачные невесомые волны. Это был тот же самый материал, из которого были сделаны одеяния Селестин, сотканные без единого шва из шелка прядильного червя. Бледно-желтое, как весенние примулы, одеяние сидело на ней превосходно и чрезвычайно шло к ее огненным волосам. Мегэн улыбнулась, увидев ее, и Изолт заметила темный румянец, заливший щеки Лахлана, хотя он и отвернулся, бросив на нее лишь один быстрый внимательный взгляд.— Ты помнишь все, что я говорила тебе о Майском Празднике? — спросила колдунья.Не уверенная, что она вообще что-либо помнит, кроме взгляда и прикосновения Лахлана, Изолт покачала головой, увенчанной короной из цветов.— Это очень древний обычай, перенесенный из Другого Мира Первым Шабашем, — сказала Мегэн. — Это прославление рождения, плодовитости и цветения всей жизни, прославление Эйя как матери, одетой в зеленую мантию, несущей жизнь в поле и в лоно.— А почему Селестины сегодня не поют? — быстро спросила Изолт. — Мы сидим здесь, на поляне, не лучше ли нам подняться на холм? Разве они не празднуют Май?— Бельтайн — это обычай Шабаша, — ответила Мегэн. — У Селестин свои верования, основанные на движении солнца и звезд. Они отмечают праздники равноденствия и солнцестояния, а урожая — нет. Они никогда не возделывали землю и поэтому не испытывают потребности благословлять урожай. Бельтайн, Ламмас, Кандлемас и Самайн — это праздники смены времен года, которые не имеют особого значения для Селестин. Сегодня они пришли просто для того, чтобы быть с нами и разделить наш пир.Старая ведьма отправила Лахлана в лес за молодым дубком, из которого можно было бы сделать майское дерево, потом усадила Изолт плести гирлянды, которые нужно было развешивать между деревьями. День был утомительным и полным неожиданностей, и Изолт, расслабясь, сидела на земле, сплетая цветы и ветки. Она была бесконечно тронута, когда донбег, блестя глазками, подбежал и устроился у нее на коленях.Лахлан вернулся из леса с высоким стройным дубком, который они пышно украсили лентами и цветами. Солнце уже село за деревья, и по поляне протянулись темные тени. Они знали, что костер полагалось разжигать на восходе луны, поэтому торопились закончить развешивать фонари и цветочные гирлянды. Изолт осторожно переложила спящего донбега на одеяла Мегэн и присоединилась ко всем.Праздник удался на славу. Пришли все Селестины из Леса Мрака, с радостной серьезностью приветствуя корриганку. Санн привела нескольких своих друзей, чтобы познакомить их с Мегэн, — каменистые овраги вдоль горной гряды привлекали множество корриганов. Повсюду носились хобгоблины, возбужденно вереща и шлёпая огромными плоскими ступнями по траве. Из леса, привлеченные смехом и запахом еды, прискакали два клюрикона. В воздухе, точно танцующие цветки, порхали ниссы, размером не больше ладони Изолт, но издающие больше шума, чем все остальные гости, вместе взятые. Мегэн настояла на том, чтобы они совершили все обряды Бельтайна, несмотря на смех наблюдавших за этим волшебных существ. Лахлана — как единственного присутствующего мужчину — сделали Зеленым Человеком, и когда Изолт украсила его листьями, смеху и шуткам не было конца. Затем ее избрали Майской Королевой, поскольку она, как сказала Мегэн, была самой юной и красивой из присутствующих. В дрожащем свете костра, чувствуя, как терновое вино горячит ее кровь, Изолт обнаружила, что ее глаза словно магнитом притягивает к прекрасному смуглому лицу Лахлана. Несмотря на то что напряженность между ними так и не исчезла, это было уже не прежнее холодное молчание, а, скорее, осведомленность и невысказанный вопрос. Им было трудно встречаться взглядами, но неизменно обнаруживалось, что они все-таки смотрят друг на друга. Изолт пришлось бороться с желанием прильнуть к нему, ибо он, казалось, обладал какой-то аурой, опьяняющей ее как вино.Мегэн хлопнула в ладоши и велела им занять свои места вокруг майского дерева. На этот раз Лахлан повиновался ей первым, протянув руку Изолт. Она взяла ее не без робости, снова ощутив, какими маленькими казались ее пальчики в его ладони. Клюриконы заиграли на своих деревянных флейтах, хобгоблины застучали по крошечным барабанам, а Лахлан затянул веселую песенку, под которую в Эйлианане танцевали с незапамятных времен.Стоя у костра и вдыхая душистый дым, клубами уходящий к звездному небу, Изолт чувствовала, как ее кровь бурлит и поет в жилах. Когда-то давно танцы вокруг майского дерева с венком из цветов на голове показались бы ей несусветной глупостью, но теперь, проведя почти три месяца в обществе Мегэн, она считала это столь же естественным, как и дыхание.Как только майское дерево закончили украшать зелеными, белыми и бледно-золотыми лентами, все принялись танцевать. Мегэн схватила за руки одного из хобгоблинов и, к его великому удовольствию, закружила его в танце; Санн танцевала с другим. Затем она подошла к Лахлану, взяла его за руки и плотно прижалась к нему; ее фигура приняла самый соблазнительный человеческий облик, какой только можно было вообразить. Изолт не успела почувствовать ревности, поскольку Лахлан с улыбкой отстранил от себя корриганку и поймал руку Изолт, притянув ее к себе. Танцуя, он запел мелодичную любовную песню, которая затронула самые глубокие чувства Изолт. Она знала, что он вплетает в свою песню магию, его топазовые глаза были прикованы к ней. Это был зов, приказ, мольба, томление. Она пожирала глазами его смуглые орлиные черты, чувствуя, что в ней бушует пламя, не видя никого другого, как будто они танцевали только вдвоем.Наконец, танцоры бросились врассыпную. Лахлан схватил ее за руку, легонько потянув ее, и она, пригнув голову, побежала за ним. Когда они умчались прочь с поляны, Мегэн рухнула у костра, довольно гудя о чем-то с Селестинами и корриганами и поглаживая свернувшегося у нее на коленях Гита.Выждав момент, когда пламя костра скрылось за великанскими моходубами, Лахлан притянул Изолт к себе и поцеловал. Их окружала теплая вздыхающая тьма ночного леса. Его губы скользнули по ее шее, а ее руки вплелись в перья его крыльев. Изолт погрузилась в волнующие ощущения, пораженная тем, какой мягкой оказалась его кожа, какими теплыми и нежными были его губы, пахнущие солнцем и терновым вином.Они опустились на землю, и она очутилась в шелковистом капкане его крыльев. Бормоча бессвязные слова любви, он ласкал изгиб ее колена. Своей тяжестью он прижимал ее к земле, а его рука скользила все выше и выше по ее бедру. Внезапно он отклонился, пытаясь увидеть ее лицо в призрачном свете луны. Изолт сжала его руку, и он прильнул губами к ее шее. Она притянула к себе его голову и поцеловала в губы, и он, задохнувшись, снова прижался к ней, не в силах утолить свой голод.Она проснулась, когда на небе уже серел рассвет, слегка дрожа от холода, и увидела, что Лахлан уже не спит и смотрит на нее. Юноша укрыл ее своим крылом, точно гигантской ладонью, и она подвинулась поближе к нему. Почувствовав прикосновение ее обнаженной кожи, он наклонил голову, поцеловал ее, и они снова любили друг друга, на этот раз медленно и с бесконечной нежностью.Рука об руку они вернулись обратно на поляну уже одетые, оставляя на росистой траве следы босых ног. Мегэн сидела у костра, все вокруг нее было усеяно увядающими цветами. Их шаги немного замедлились, стали нерешительными, и они робко заулыбались, не осмеливаясь встретиться с ней взглядом.— Ну что ж, дети мои, — сказала Мегэн довольно строго. — Говорят, что Бельтайн — ночь влюбленных. Надеюсь, что это была истинная страсть, а не действие моего тернового вина.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...