ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Даже если цапнешь денежек, то немного, и потом я тебя вычислю в два счета. Теперь усек?— М-да, пожалуй, — мрачно кивнул Никотиныч. — Так что же, мы теперь даже не попробуем?— Почему не попробуем? Попробуем, — кивнул Лобстер. — Только не на том банке, который хотим «крякнуть». На другом, поменьше. Уедем с тобой куда-нибудь подальше от Москвы, взломаем и сразу рванем оттуда, чтоб не засекли. Если что и потеряем, так только время.— Толково, — кивнул Никотиныч.— Ну вот, а ты говоришь, я делом не занимаюсь! — сказал Лобстер. — А по поводу нашего банка — хорошо бы его кредитные карточки достать. Побольше. Будут карточки, будут деньги.— Кредитки ломать будешь? — поинтересовался Никотиныч.— Их, родимые, — усмехнулся Лобстер. — Есть у меня одна идейка… Чем вслепую по дыркам лазить, лучше уж наверняка…— Ладно, попробую, — пообещал Никотиныч. — И когда ты только все успеваешь? И девок снимать, и черепа копать, и…— Жрать мы сегодня будем?— Ты только что два банана съел, — заметил Никотиныч.— Бананы — это разве еда? — рассмеялся Лобстер.— Да, парень, теперь понятно, почему от тебя девушки сбегают. Лучше убить, чем прокормить.— Ты моих девушек не трожь! — Лобстер погрозил Никотинычу пальцем.
Они сидели на кухне за столом. Никотиныч курил в приоткрытое окно. Лобстер ковырялся спичкой в зубах. В чашках остывал крепкий чай.— Ты, Никотиныч, что со своими бабками делать будешь, когда банк возьмем?— Ты сначала возьми, а потом спрашивай!— И все-таки?Никотиныч задумался, посмотрел на затянутое облаками небо.— Тебе, наверное, не понять, Олег. Вам хочется все сразу: достаток, удовольствие, отсутствие забот. Вы видите мир таким, каким хотите видеть. А нашему поколению в свое время внушили, что его нужно обязательно переделать. Вот мы и пытались. Лукавили, конечно, врали. Давали ложные клятвы… Себе, другим. Но все равно пытались, потому что иначе не могли и презирали тех, кто этого не делал. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Институт мой развалился к чертям! А, между прочим, без фундаментальных исследований нам — никуда. Вон, видишь, как ты: раз-два, горе — не беда, штурм, натиск — влез в дыру, и вся проблема решена.— По-моему, это уже не штурм, а осада, — заметил Лобстер. Он удивился тому, что Никотиныч назвал его по имени, будто до сих пор не воспринимал его всерьез и разговаривал как с малолетним вундеркиндом, а теперь вдруг увидел в нем взрослого. — Почти год над взломом сидим.— Неважно! — досадливо махнул рукой Никотиныч. — Нет у нас глобальной цели. Мы видим не дальше собственного носа — «крякнуть» систему, хапнуть деньги и уйти безнаказанными. А дальше что?— Ну вот я и спрашиваю, что дальше? — усмехнулся Лобстер.— А дальше я хочу сделать классную лабораторию по искусственному интеллекту, такую, чтобы всем завидно стало. Набрать по миру талантливых парней типа тебя, создать им все условия, чтобы мозги были заняты только работой, и… Знаешь, что пообещали америкашки?— Что? — спросил Лобстер без интереса.— К тридцатому году они хотят выпустить машину, подобную человеческому мозгу. Компьютер, который будет не только обсчитывать, но и создавать. Программы, модели — все что угодно… Боюсь, он будет умнее нас.— А ты, конечно, хочешь опередить америкашек. Слава нобелевских лауреатов не дает спать спокойно?— Да при чем тут лауреаты! — Никотиныч щелчком отправил окурок в темноту. — Они же тупые! Мы умнее их раз в сто! Дай мне десять лет, всего десять лет, и я это сделаю! Я даже знаю — как! Честное слово, знаю! Мне приснилось решение проблемы искусственного интеллекта, как Менделееву его таблица!— Не дам! И вообще — скучно это все. — Лобстер встал, потянулся, зевнул. — Пойду поиграю в какую-нибудь «стрелялку». Пускай мой интеллект немного отдохнет!— Темный человек, — вздохнул Никотиныч. — Одно слово — хакер!Из комнаты раздался истошный вопль Лобстера. Через мгновение он влетел в кухню с перекошенным лицом.— Пленку, пленку давай! — закричал он, брызгая слюной.— Какую пленку?— А-а-ай! — Лобстер рванул на себя клеенку со стола. На пол со звоном посыпалась посуда, остатки еды, пластиковая бутылка упала и покатилась по полу, утробно булькая. Он убежал в комнату с клеенкой.— Ты что, совсем рехнулся? — крикнул Никотиныч ему вслед. Он побежал в комнату посмотреть, что случилось.Лобстер пытался укрыть клеенкой мониторы и системные блоки. С потолка, на котором расплылось большое темное пятно, капали мутные капли. Клеенки явно не хватало.— Блин! — Никотиныч бросился помогать Лобстеру. — Не замкнуло хоть?— Вроде не успело. Представляешь, я захожу, а оно прямо на монитор, в дырочки!— Погоди, я свою куртку принесу. Она не промокает. — Никотиныч бросился в прихожую. Вернулся с курткой, закрыл ею сверху монитор, посмотрел на потолок и произнес с чувством: — Подонки!— Надо стол в другой угол передвинуть. — Лобстер залез под клеенку и застучал по клавишам, «паркуя» системные блоки. Потом они отключили машины от сети, приподняли стол вместе с аппаратурой и аккуратно перетащили его к противоположной стене.— Ну вот, а теперь я пойду с ними разберусь! — грозно сказал Лобстер и направился к двери.— Слушай, может, лучше я? — с сомнением в голосе сказал Никотиныч. — А то еще в горячке…— Ничего-ничего, бой будет произведен согласно штатному расписанию!— Лобстер!В ответ пушечным выстрелом хлопнула входная дверь.Никотиныч подумал, что лучше бы им все-таки было подняться вместе, но потом решил, что Лобстер сам не маленький — за квартиру ему потом перед хозяйкой отчитываться… Нашел в ванной тряпку, тазы, стал затирать грязный от накапавшей побелки пол.
Звонок был сорван. Вместо звонка из стены около двери торчали два провода с оголенными концами. Лобстер аккуратно двумя пальцами взялся за один из проводков, поднес к другому. Проскочила синяя искра, за дверью раздался мелодичный перезвон. Никто не отозвался. Тогда он позвонил снова. Лобстер решил, что, если двери никто не откроет, он спустится вниз, возьмет плоскогубцы и скрутит проводки вместе, чтоб трезвонило непрерывно.— Иду-иду, — раздался наконец хриплый мужской голос. — Не терпится, что ли?— Вы нас топите! — крикнул Лобстер.Щелкнул замок, дверь распахнулась. На пороге стоял невысокий, плотно сбитый усатый мужик лет сорока пяти. На нем была тельняшка, защитного цвета брюки, на ногах — десантные ботинки. От мужика несло перегаром.— Вы нас топите! — повторил Лобстер без прежнего энтузиазма.— Ладно, парень, не бухти, все уже! — недовольно произнес мужчина.Эта фраза взбесила Лобстера.— Что значит «все»? Вы мне чуть аппаратуру не замкнули! Знаете, сколько она стоит!— Сколько? — равнодушно спросил мужик.— Неважно. Это не моя квартира, съемная. Что я потом хозяйке скажу?— Так ты у кого, у Маринки снимаешь, что ли? — Мужик ткнул пальцем в пол.«Да, с мозгами у мужика туго», — усмехнулся про себя Лобстер и ответил:— У Марины Леонидовны. Будете за ремонт платить, если что!— Ладно, скажешь, дядя Паша виноват. Ты заходи — поговорим, — кивнул мужик и направился в глубь квартиры, задевая плечами о косяки.Лобстер помялся у двери: заходить, не заходить? Гнев неожиданно прошел. Поднимаясь по лестнице, он был готов убить чертовых соседей, но простоватый вид дяди Паши остудил его пыл. Как говорится, что с дурака взять? Решил зайти, посмотреть масштабы затопления.Вода с пола уже была убрана, около распахнутой двери ванной стояло эмалированное ведро, рядом валялась мокрая тряпка. Хозяин квартиры суетился на кухне. Стол был заставлен пластиковыми коробками с салатами из кулинарии, пакетами с соком, на тарелке лежали копченые свиные ребра, возвышалась полупустая бутылка дорогой водки. Взгляд Лобстера упал под стол: там стояла целая батарея из пустых бутылок. Судя по всему, «гулял» хозяин не первый день.— Так что все-таки случилось? — спросил Лобстер.— Извини, парень. Холодильник, вишь, не работает. Не отключается, не морозит. Хотел пивко в ванне охладить, заснул маленько, а оно и перелилось через край.«Странно! Почему же закапало не на кухне или в ванной, а в комнате, точно над компьютерами?» — удивился Лобстер.— Вишь, тут гидроизоляция хорошая, на кухне линолеум, вот и добежало до паркету, — словно прочитал его мысли сосед.«Добежало до паркету! Деревня!» — про себя передразнил его Лобстер, заглядывая в ванну. На дне ванны действительно стояло бутылок двадцать хорошего пива. Того самого, которое Лобстер предпочитал всем остальным. «Не бедный сосед, однако, — подумал Лобстер. — А с виду на бомжару похож».Тем временем дядя Паша выставил на стол вторую рюмку и чистую тарелку.— Проходи, садись, не стесняйся, — пригласил он. Лобстер чуть не наступил на черного котенка, который крутился под ногами. Котенок мяукнул.— Иди отсюда, а то пришибем по пьянке! — Дядя Паша взял котенка на руки и отнес в комнату. — Мне его на «Птичке» тетка за рубль отдала, Триллером зовут, — объяснил он, вернувшись на кухню. — Ну что, за знакомство по чуть-чуть? — Сосед взялся за ополовиненную бутылку, но Лобстер отрицательно мотнул головой.— Я водку не пью.— Болеешь, что ли?— Почему болею? В глотку не лезет. Сколько раз пытался. Вот пиво — пожалуйста.— Ну, парень, дурное дело не хитрое. Я тебя быстро научу. Кстати, Павел Алексеич. — Сосед привстал, протянул руку. — Можно — дядя Паша.— Очень приятно. Лобс… э-э, Олег. — Рука у соседа была как клешня — цепкая, жесткая, сильная.Дядя Паша разлил водку по рюмкам, пододвинул к Лобстеру стакан с апельсиновым соком.— Ты, Олег, сначала маленький глоточек соку сделай, потом водку махом до дна, потом снова соком, чтоб упала. А потом закусишь.— Ну, не знаю. Вряд ли. Не в коня корм, как говорится. Еще заблюю здесь все, — вздохнул Лобстер.— Ничего, мы и не такое видали, — усмехнулся сосед. — А заблюешь — уберем. Ну, будем знакомы!Лобстер выпил так, как советовал дядя Паша: сок, водку, снова сок, спиртное действительно пошло на удивление легко. Он не выпучивал глаза, не давился — даже сивушного привкуса во рту не осталось.— Кушай-кушай. — Сосед стал накладывать ему в тарелку салаты. — А за потоп ты извини, братушка. Если что из техники повредил — заплачу. Маринка возбухать будет, ко мне посылай. Мы с ней тут… — Дядя Паша не закончил фразу, озорно подмигнул. — Между первой и второй перерывчик небольшой.— Я больше не могу, — мотнул головой Лобстер, закрывая ладонью рюмку. — Мне работать надо.— Работа — не хрен, сам знаешь, — хохотнул дядя Паша. — Не обижай соседа. Давай еще по одной. Мировую, чтобы между нами никаких, так сказать, трений-недоразумений.— Я ж потом работать не смогу! — Лобстер решительно поднялся из-за стола.
Капать с потолка перестало. Никотиныч затер пол в комнате, прополоскал тряпку, вымыл руки и стал убирать битую посуду с пола.Лобстер не переставал его удивлять. Череп откопал. Врет, конечно, про отца. Купил, наверное, или у друзей выпросил. Хотя черт его знает? С него станется! Не отец ему сейчас нужен, а фетиш, божок, которого можно посчитать за папашу. Отец ему был нужен в пять, в двенадцать, в пятнадцать. А сейчас… Лобстер абсолютно сложившийся человек с гениальными хакерскими мозгами, и кроме компьютера ему, по большому счету, никого не надо. Именно — НИКОГО, потому что машина для Лобстера — одушевленное, живое существо, нечто вроде домашнего животного. Он не мурлыкает, не тявкает, не гадит. С ним можно разговаривать, и не только с помощью клавиш. Никотиныч неоднократно наблюдал за тем, как Лобстер, увлеченный очередной работой по взлому, приговаривает, уставившись в монитор: «Давай-давай, моя машинка! Поработай, покрутись… Ну, побыстрее, побыстрее же — некогда мне… Давай, мой нежный, грузись. Не висни, не глючься… Ай, молодец! Какой ты у меня быстрый! Мы сделали их, сделали, сделали!..» Его «пень» <"Пентиум"> сейчас роднее матери и отца вместе взятых. Они чужие, далекие, странные, непонятные, а этот — свой. Он знает все его капризы, слабости… Никогда они с Лобстером не заводили разговоров о семье. Причем, не сговорившись — никакого табу наложено не было. Словно отрезали себя от прошлого, боясь, видимо, что отношения с родственниками могут повредить их сотрудничеству, их работе, дружбе.«Что-то задерживается он», — подумал Никотиныч, стирая со стола крошки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...