ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Велосипед он каждое утро оставлял у ворот ради этой гонки после занятий.
– Что это? – Шон указал на коробку.
Лаклан объяснил ему причину появления телескопа.
Впервые в жизни Шон Хьюитт был удивлен так, что не мог вымолвить ни слова. Впрочем, это длилось всего лишь мгновение, а потом он осторожно спросил:
– И что я должен делать?
– Написать Брусу, что ты очень рад и от всей души благодаришь его.
– И он не будет ждать, что я стану жить с ними?
– Думаю, тебе стоит посмотреть, не выразил ли он прямо этого намерения. Вполне возможно, что к подарку прилагается записка.
Записка действительно была. Она гласила:
«Извини, что обращался с тобой как с маленьким. Понимаешь, я не так уж много знаю о таких детях, как ты, и о детях вообще. Но теперь я знаю, есть, по крайней мере, один ребенок, способный понять, что внутри, и использовать подарок по назначению. Надеюсь, тебе понравится. Тебя это ни к чему не обязывает».
– Может, он и не такой уж плохой парень, – заключил Шон, после того как прочел записку два раза подряд.
– Ты можешь оказаться прав, – прокомментировал Лаклан.
И после этого безудержная радость Шона наконец дала о себе знать.
– Пап, ты хоть представляешь себе, как долго я мечтал посмотреть на звезды вблизи? А хорошенько рассмотреть Луну?
– Сначала его надо собрать. Я тебе помогу.
Клэр с удовольствием наблюдала за тем, как отец и сын роются в коробке, громко обсуждая, где они поставят телескоп, и чувствовала себя совершенно довольной.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Прошел месяц.
Мей уехала, пообещав вернуться, когда родятся дети. Шон был настолько увлечен своей последней игрушкой, что вообще ничего вокруг не замечал.
Клэр наняла прислугу для стирки и глажки белья. И поскольку женщину, приходившую раньше три раза в неделю убираться в комнатах, она оставила, то из домашней работы ей досталось только приготовление пищи. А это она всегда любила.
Три раза в неделю она ходила на работу, но всегда была дома, когда Шон возвращался из школы. Они вместе проводили много времени за компьютером, а иногда она помогала ему с уроками. И Шон оценил это, хотя ему и не требовалось дополнительных развлечений. Он и так был очень занят – школа, спорт, телескоп и многое другое.
А еще он очень ценил то время, которое они проводили все вместе – Шон, Лаклан и Клэр. Они нередко гуляли по саду или уезжали на выходные на старую квартиру Клэр на побережье. Шон, подражая отцу, приучился называть мачеху Худышкой, а она отвечала ему тем же, называя его Малышом. И, что странно, он не возражал.
Еще он заинтересовался тем, как рождаются дети, и даже составил и напечатал на компьютере список своих любимых имен.
Один из рабочих с плантации стал ухаживать за столь дорогим сердцу уехавшей Мей садом роз, окружавшим дом, попутно посвящая Клэр во все тонкости искусства ухода за ними.
Да, она не могла не признать, что новый, заведенный ею порядок действует очень и очень хорошо. Лаклан, целиком и полностью занятый очередной уборкой урожая, ни на что не жаловался и выглядел абсолютно всем довольным. Шон был счастлив, что это так, а сама Клэр продолжала находиться в состоянии полного безразличия к окружающим ее мелочам и тоже была совершенно счастлива. Она даже начала интересоваться уборкой урожая и меньше волноваться по поводу домашнего хозяйства. Похоже, Мей была права – к сельской жизни очень быстро привыкаешь и потом от нее трудно отвыкнуть. Да и не хочется.
Ее родители провели с ними целую неделю. Клэр с матерью обустраивали новую детскую. Лаклан никак не мог поверить, что отцу его жены нравится в Розмонте, и делал все, чтобы это было действительно так. Но больше всего был счастлив Шон: Том Монтроуз оказался страстным астрономом-любителем и очень многое смог рассказать своему приемному внуку о звездном небе и о небесных телах.
В конце месяца Серина и Брус устроили свадьбу.
Шона забрали его бабушка и дедушка со стороны матери, чтобы он мог присутствовать на церемонии. Вернулся он оттуда под большим впечатлением.
– Серина была просто потрясающа! А Брус все время улыбался. И мне дали шампанского! Как папа?
– Да вроде ничего, – ответила Клэр.
И у нее появилось чувство, что они поняли друг друга. Никто не знал, как новое замужество его бывшей жены отразится на Лаклане, но он вел себя как всегда.
Объединив усилия, Лаклан и Валери убедили-таки Клэр посещать занятия для будущих мам.
К собственному удивлению, Клэр обнаружила, что на этих занятиях все относились к ней как к местной знаменитости, потому что она ждала близнецов. Среди большого количества супружеских пар она обнаружила два десятка мужчин, которые собирались стать отцами впервые. Их смущение во сто крат превышало ее собственное. Все это плюс хорошее чувство юмора помогли ей освоиться в незнакомой обстановке. Демонстрировавшиеся видеопленки с записью родов произвели на всех сильное впечатление, особенно на мужчин, не знакомых с тем, как это происходит.
По дороге домой Лаклан спросил:
– Все еще беспокоишься?
– Нет. Я и раньше видела подобные записи по телевизору, но никогда так наглядно и с такими подробностями. Впрочем, это были легкие роды.
Он взял ее руку в свою.
– Думаю, в твоем возрасте ничего страшного с тобой не случится.
– Дай Бог! У моей мамы роды длились десять часов – без наложения швов и без таблеток. Я просто надеюсь, что это передается по наследству – как близнецы.
– Мне надо выпить! – заявил Лаклан после минутного молчания.
– Я рада!
– Рада?
– Конечно. Ты всегда казался таким экспертом по беременности, что мне было немного не по себе.
– Но ты великолепно справилась.
– А как же знаменитые три последних месяца?
– Если бы я знал то, что знаю сейчас, я бы никогда не сказал про них.
Клэр удивленно посмотрела на него.
– Пойми, я сказал это в порыве раздражения. Я не собирался пугать тебя до смерти.
– Я и не испугалась. Просто мне стало ясно, чего ждать.
– Ты легко прощаешь. Спасибо.
– Я вынесла с этого занятия немного больше, чем пикантные подробности родов.
– В самом деле?
– Да. Там было несколько матерей-одиночек с довольно несчастным видом. И одна молодая женщина. Она ждет уже четвертого ребенка за шесть лет, муж недавно потерял работу, а родители живут за океаном. Я поняла, какая же я счастливая.
– Потому что у тебя есть я?
– Потому что у меня есть ты, и нет никаких финансовых проблем, и мои родители живут всего в нескольких часах езды, и потому что я хочу этих детей.
Он хотел еще что-то сказать, но тут они остановились перед усадьбой, и Шон вышел их встречать.
Неделя летела за неделей, и состояние Клэр начало резко ухудшаться.
Все труднее и труднее было засыпать вечером, ища удобное положение, которое становилось все сложнее и сложнее найти. Болела спина. Все тяжелее было залезать в машину и вылезать из нее. Живот рос и мешал Клэр двигаться и ходить.
После очередного ультразвука она вдруг заметила, что Валери и специально найденный акушер-гинеколог чем-то обеспокоены, но не хотят говорить с ней об этом.
Когда до родов оставалось около шести недель, Клэр не выдержала:
– Что-нибудь не так? – спросила она, когда Валери неожиданно заявилась к ней на работу.
– Тебе следует быть дома и отдыхать.
– Отдыхать становится все труднее и труднее, – печально отозвалась Клэр. – Никак не могу найти удобное положение.
Вернувшись домой, Валери срочно позвонила Лаклану, по просьбе которого она и пришла в тот день к Клэр в офис. После недолгих переговоров было решено действовать хитростью.
На следующий день в Розмонт приехала Джейн Монтроуз и заявила, что не уедет, пока малыши не родятся.
– А папа? Ты оставила его одного?
– Я договорилась с несколькими подругами, что они будут готовить ему еду. А что касается здоровья, то врач заверил меня, что все в порядке. Он очень быстро поправляется. Ему будет полезно побыть одному – по крайней мере, сможет ходить играть в боулинг, сколько захочет. А мы с тобой закончим обустройство детской и обставим комнату для игр!
К тому же Джейн взяла на себя все хлопоты по приготовлению пищи и настояла на возобновлении шитья и вязания детской одежды. «Ведь их будет двое! – сказала она. – А мы с тобой в прошлый раз этого не учли».
Теперь, когда Клэр было с кем поговорить и заняться делом, ей стало приятнее оставаться дома, и она постепенно переложила всю работу на плечи Сью.
В конце восьмого месяца акушер наконец решился высказать свои опасения.
– Клэр, возможно, вам предстоят преждевременные роды.
Глаза ее невольно стали огромными.
– Во-первых, около шестидесяти процентов близнецов рождаются преждевременно. Так что очень советую закончить все дела и подготовиться к родам прямо сейчас. Во-вторых, если у вас есть хотя бы легкие намеки на головокружения, головные боли, отеки или вы вдруг начнете плохо видеть, вам следует немедленно сообщить об этом нам. Тогда придется особенно внимательно следить за вашим давлением.
– Ничего подобного у меня нет.
– В-третьих, учитывая историю вашей матери, когда один из близнецов не выжил, нам надо подробнее изучить их нынешнее состояние. Если один из детей испытывает какой-либо дискомфорт, придется делать кесарево сечение.
– Я бы предпочла естественные роды.
– Поверьте мне, я тоже. Но в определенных случаях это нередко спасает здоровье, а порой и жизнь матери и ребенка. К тому же у вас очень узкий таз. Я бы не хотел подвергать неоправданному риску ни вас, ни ваших малышей.
– Понятно.
– Ну, похоже, все в порядке. Мы договорились с Валери, что она будет заходить к вам каждый день после работы. Ей по пути. Или положим вас в больницу.
– Только не это!
– Я надеюсь, что этого делать не придется. Но, поверьте, это очень маленькая цена за одну здоровую маму и двух здоровых детишек!
Приехав домой, Клэр тотчас сообщила обо всем Лаклану.
– Так они все-таки решили сказать тебе…
– Как? Ты знал?!
– Да, но они не хотели тебя беспокоить заранее. Они решили сказать только в самом крайнем случае, и то только затем, чтобы ты была подготовлена.
– Не могу поверить! Я что, по-твоему, шестнадцатилетняя девчонка?
– Нет, – рассмеялся он. – Сейчас ты – очень беременная леди.
– И мамин приезд организовал ты?!
– Знаешь, она сама рвалась приехать, только стеснять никого не хотела. Я просто сказал ей, что она здесь никому не помешает. Вот и все.
– А Валери?
– Она очень любит тебя. Еще возражения есть? Клэр почувствовала себя виноватой.
– Нет, – тихо ответила она. – Спасибо. Только…
– Не нравится, когда решения принимают за твоей спиной?
– Это, наверное, ужасно неблагодарно с моей стороны?
– Глупенькая, мы все рядом с тобой. И тебе не надо ни о чем беспокоиться. Понятно?
Она тепло улыбнулась и положила голову ему на плечо, испытывая непреодолимое желание сказать: «Я люблю тебя». Пришлось даже закусить губу.
Успокоилась она, только когда ее мысли обратились к детям. Клэр положила руки на живот и блаженно закрыла глаза. Она не видела, что Лаклан наблюдает за ней, нахмурив брови. Ему явно не нравилось быть оттесненным на второй план.
После обеда Клэр по привычке, сложившейся во время беременности, пошла к себе в комнату отдохнуть. Но поспать у нее не получилось. Самые разные мысли одолевали ее.
В последние недели она стала ужасно обидчивой. Ее обижали самые незначительные вещи, на которые обычно она даже внимания не обращала. Наверное, это как-то связано с беременностью.
По ночам ей снились странные сны. Она все чаще с ужасом думала о кесаревом сечении или о любых других осложнениях во время родов. На ум ей приходили страшные случаи, описанные в журналах, когда дети после кесарева сечения оказывались физически неполноценными.
С другой стороны, естественные роды – это боль, к которой никакие занятия, никакая гимнастика, никакие дыхательные упражнения подготовить не могут.
Она думала о Лаклане, поддерживавшем ее на протяжении всех этих трудных недель. Он окружил ее заботой и вниманием и всегда точно знал, когда секс – это последнее, чего она хочет, хотя ей и приятно ощущать рядом с собой в постели его большое, теплое тело.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

загрузка...