ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В будке у ворот дремал охранник, по двору изредка слонялись, похоже, без особой цели, какие-то люди.
– Ну, – сказал Вадик, – вроде все нормально. Мне с тобой идти все равно не с руки, а ну как они сообразили, кто к ним за таблетками ездил. Так что давай-ка ты туда один пойдешь. И это, короче, скажи им там все как есть, только скажи, что я тебя через портал провел и одного отправил, лады? А то кто их знает, возьмут да и бросятся в погоню – я их все же крепко нагрел, уходя.
Семен усмехнулся:
– Заметано.
– Ну, – Вадик замялся, – тогда до встречи, что ли?
– Счастливо. – Семен' протянул руку, но Вадик вдруг замешкался:
– Слышь, я чую, у вас там некислые дела назревают. Так что я, пожалуй, к тебе присоединюсь, ну попозже. Вот подготовлюсь слегонца – я тут неплохо так поднатаскался, глядишь, и пригожусь на что-нибудь. Так что ты, типа, не ешь меня, добрый молодец, – Вадик улыбнулся, – думаю, за неделю со всем управлюсь и – на Землю.
Семен удивился:
– А как же ты пройдешь-то? Ты же сам говорил, что тебя на первом же портале тепленького возьмут.
– Ну… есть способ, короче. Это уже мои проблемы. – Вадик подмигнул. – А я тебе штучку дам – типа рации – когда перейду, пошлю сигнал, да и ты, если в ближайшие дни вдруг снова на Танатосе окажешься, мало ли каким ветром занесет – звони, типа. Вот, держи.
Вадик достал небольшую – размером с карманный календарик – пластинку из какого-то полупрозрачного материала, похожего на стекло. Семен взял и удивился тяжести – весила пластинка добрых полкило.
– Тут, короче, система простая, – объяснял Вадик. – Она настроена на один приемник – на мой. Когда я тебя буду вызывать, она эдак дрожать будет и типа как током слегонца дергать – это не ток, а такое энергетическое воздействие, но по ощущениям похоже, не перепутаешь. Причем непосредственный контакт не обязателен – работает сантиметрах в пяти-десяти независимо от одежды и других препятствий. Когда хочешь меня вызвать, нажимаешь вот эту пимпочку в углу, видишь? Ее же нажимаешь, чтобы вызов принять. Потом смотришь – вот видишь, пластинка красной стала – это значит, адресат вне зоны действия сети – на другой планете то бишь. Это потому, что я вторую пластинку дома оставил, я ж не собирался ее тебе давать. А если абонент доступен, то пластинка зеленой станет, пока я на вызов не отвечу. А как отвечу, тут и картинка, и звук, все в лучшем виде, как в фильмах про будущее.
– Классно, – восхитился Семен. – А на каком принципе она работает?
– На каком, на каком – на радиоволнах обычных, – отозвался Вадик с некоторой досадой. – Я пока никаких новых способов удаленного общения не придумал.
– Так у них же, наверное, радиус действия ограничен?
– Ну-у… – Вадик хитро улыбнулся, – не совсем. Тама унутре думатель, неонка, а еще и до кучи длинноволновый передатчик мощностью двадцать пять киловатт.
– Сколько-сколько? – Семен аж скривился.
– Двадцать пять тыщ ватт излучаемой мощности, ну, плюс-минус тыщща, как у меня обычно водится. Ты ж в курсе моих проблем с энергией, так мне не с чего мелочиться. Я в принципе все предусмотрел – когда его включаешь, собственно излучатель выносится метров на триста вверх и диаграмма направленности у него грибочком – вниз почти ничего не идет. Но если в это время сверху будет самолет какой пролетать, ему резко поплохеть может, так что ты это – поосторожнее. Ну и имей в виду, конечно, что, заведя эту штуку на Земле, ты все окрестные радиостанции заглушишь похлеще, чем КГБ глушило Б-б-си при Советах.
– Ну нормально, – ошарашенно отозвался Семен. – И сколько же он протянет в режиме передачи?
– Ты чё, забыл? – Вадик улыбнулся. – Протянет столько, сколько надо, лет на десять, думаю, хватит. Плюс-минус годик, как всегда. И кстати, – Вадик слегка смутился, – оборотная, типа, сторона. О прочности этого телефончика можешь не беспокоиться, я его структуру усилил и нагрузил дополнительно, так что можешь смело его под трамвай класть и от пуль им прикрываться – ничего не будет, но вот в костер бы я его бросать не стал. В принципе должен выдержать, но лучше не экспериментировать.
Семен вопросительно поднял брови.
– Энергия может высвободиться, – просто сказал Вадик.
Семен только головой покачал:
– Какую только фигню в сотовый телефон не засунут, но чтобы атомную бомбу – это в первый раз вижу.
Вадик кивнул:
– Типа того. В принципе не так все страшно, энергия в основном длинноволновым электромагнитным импульсом выйдет – от радио до ультрафиолета, но все равно – приятного мало. Ну давай прощаться, пока солнце не зашло. А то в темноте пальнут еще в тебя с перепугу. Увидимся.
– До встречи. – Семен пожал протянутую руку и направил послушную лошадку к ограде портала, стараясь отделаться от тревожных предчувствий.
Но предчувствия не оправдались – жизнь на портале текла безмятежно и размеренно, на той стороне все было в порядке и никаких тревожных новостей не поступало. К удивлению Семена, выяснилось, что в отношениях между работниками порталов и остальным человечеством за два месяца его отсутствия ровным счетом ничего не изменилось. Шум от трагедии начал потихоньку спадать, в газетах сообщения о саратовском взрыве еще держались на первых полосах, но уже по инерции. Семен насторожился и поторопился на ту сторону, предполагая, что, возможно, просто работники этой стороны несколько оторвались от реалий.
Нет, все действительно оставалось по-прежнему. Не поверив оператору портала, Семен вышел на улицу, поностальгировал на проходную завода ЖБК и купил в первом попавшемся киоске пачку сигарет и «Комсомолку». Балдея от ощущений и кашляя с непривычки, выкурил подряд пять сигарет и только после этого развернул газету. В ней вяло муссировалась какая-то нелепая версия про падение на Сорок седьмой секретной китайской космической станции, которую не удалось вывести на орбиту. Приводились вполне правдоподобные доказательства, подробные схемы и даже фотография какой-то замысловатой конструкции, видимо, той самой станции. Семен посмотрел на обложку – 2 февраля, свежая, вздохнул и направился к почте. Если бы он не был столь растерян, он, разумеется, позвонил бы в головной институт с портала, и, наверное, все закончилось бы в этот же день, но ноги автоматически понесли Семена туда, куда он с мамой ходил в детстве, когда требовалось позвонить по межгороду, – на почту.
Уже зайдя в почтовое отделение, Семен сообразил, что легко мог позвонить с портала, но решил, раз уж дошел, не возвращаться. Тем более что сердобольный оператор снабдил его сотенной «для поправления нервов», и Семен купил на нее карточку. В Москве уже был вечер, и Семен забеспокоился, что трубку там брать уже некому, но длинные гудки вдруг оборвались:
– Алло.
– Мне бы Арсеньева, – неуверенно сказал Семен.
– Слушаю, – сказал усталый голос на том конце провода.
– Здравствуйте, это Семен Астраханцев… с Северного, вы помните, мы разговаривали два месяца назад, и… – но ему не дали договорить:
– Кто?! Астраханцев? – В голосе уже не было ни капли усталости, только жесткая требовательность. – Вы где?
– В Твери, – ответил Семен, – я через Тайгу прошел. Понимаете, там странная история получилась, но мне тут другое непонятно, я почитал газеты и…
– Ситуация изменилась, – опять перебил Семена собеседник, – все намного сложнее. Оставайтесь на портале и ни в коем, подчеркиваю, ни в коем случае не покидайте здания. Это для вашей же безопасности. За вами придет… человек… через час, самое позднее через два, он вам все объяснит, пойдете с ним. Все.
И Арсеньев положил трубку. Семен даже не успел сказать, что он не на портале. Семен посмотрел на трубку, подумал и решил не перезванивать. За час он легко успеет вернуться.

* * *
Милицейский «луноход» Семен заметил за два квартала до цели. Сначала не обратил внимания, потом, когда машина уже почти подъехала вплотную, вдруг вспомнил, что он – опасный преступник. Сразу напрягся, отвел взгляд в сторону и попытался придать себе максимально беззаботный вид. Машина проехала мимо, Семен уже расслабился, как вдруг услышал характерное приближающееся жужжание задней передачи и чей-то голос окликнул его:
– Эй, гражданин.
Семен, стараясь не ежиться, шагал дальше.
– Эй ты, в синей куртке, тебе говорю. – Голос прозвучал уже грубее.
Край здания портала показался из-за угла, и Семен побежал. Бежал изо всех сил, но менты были к такому повороту событий готовы, и убежал он, разумеется, недалеко. Догнали, повалили, врезали пару раз ботинками по почкам и дубинкой – по голове.
Подняли, положили лицом на капот.
– Так, – сказал один из милиционеров, – убегаем? Кто такой, имя, фамилия, где живешь? Документы есть?
Второй в это время его обыскивал. Выгреб из карманов мелочь, пачку сигарет, зажигалку и телефонную карточку, бросил на капот:
– Все, однако.
– Слышал, чё спрашивают? – Семен ощутил легкий тычок под ребра.
– Иванов, Петр Сергеевич, – назвал он имя давешнего соседа по лестничной площадке. Сосед был старше его лет на пятнадцать и вполне мог десять раз переехать или просто помереть, но ничего лучше Семену в голову не пришло, – улица Коммунаров, семнадцать, квартира шесть.
Мент хмыкнул:
– А чего убегать бросился?
– Ну дык, – Семен постарался придать голосу этакий люмпенский оттенок, – а чего хорошего от вас ждать. Поймаете, начнете шить что-нибудь, да и документы я дома оставил.
– Свистишь ты что-то, дядя, – милиционер принюхался, – вроде не пьяный, – вздохнул и подтолкнул Семена к открытой задней двери: – Принимай клиента, Витальич.
– Гражданин начальник, – загнусавил Семен, чувствуя подступающий комок ледяного ужаса, – ну чего меня брать, я же не пьяный, ничего не нарушал, никого не обижал.
– Давай-давай. – Милиционер ткнул его в спину концом дубинки и добавил вполголоса: – Там разберемся.
АЛИТА
Алита плохо помнила свое детство. Лет до шести прошлое было затянуто мутной пеленой, сквозь которую иногда всплывали какие-то странные лица, какие-то еще более странные здания, какие-то места. Чаще всего вспоминался лес: уходящие ввысь деревья-исполины, которые, как она почему-то помнила, были еще и домами. Алита не верила своим ранним воспоминаниям, они были… ненастоящими какими-то. Вдобавок лет до четырнадцати они с мамой постоянно мотались по разным городам, редко задерживаясь в одном месте больше чем на полгода, и сменившая к шестому классу два десятка школ Алита привыкла жить сегодняшним днем. Новое легко принималось, а прошлое – прошлое легко забывалось. Уже прошлогодние события вспоминались с трудом, всплывая, словно из густой патоки.
Она легко заводила знакомства – иначе было никак, никогда нельзя было предсказать, в какой момент им придется все бросить и переехать на другое место. По этой же причине она никогда не заводила близких знакомств. Когда новые подружки расспрашивали ее о семье, Алита отвечала, что папа их давно бросил, а мама – архитектор-проектировщик зданий и сооружений большого размера. «Таких архитекторов очень мало в СССР», – говорила Алита с гордостью до третьего класса, потом она говорила: «Таких архитекторов очень мало в России», – но с той же гордостью. Обычно этого хватало, но, вот ведь удивительное дело – спроси ее кто-нибудь о работе мамы поподробнее, Алита затруднилась бы ответить. Она не знала ни дома, ни даже улицы, на которой располагалась работа мамы в очередном городе, она не знала, куда звонить, если однажды мама вдруг не придет вечером домой, она даже не знала, что именно мама сейчас проектирует. Хотя нет, кое-что она знала. Подружки такое никогда не спрашивали, но их родители частенько интересовались, какие объекты Алитина мама уже спроектировала. На такой вопрос следовало отвечать, что, во-первых, не спроектировала, а «принимала участие в проектировании, потому что такие объекты в одиночку не проектируют». А во-вторых, можно было упомянуть Южно-Уральскую и Юмагузинскую ГЭС, здания Ростовского сортопрокатного завода, а еще – Балаковскую и Зареченскую АЭС. Последние производили особое впечатление на взрослых, обычно вопросы после этого прекращались. Но кем бы и где бы мама ни работала, похоже, специалистом она была отличным – денег у них всегда хватало, и жили они вполне богато и, как позже начала понимать Алита, пожалуй, даже роскошно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...