ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она сводилась к хорошей технике, но давала маленькие результаты; ему же нравились игры, где можно было достичь большого счета. Он позвонил паре дельцов, организующих морские рейсы для ныряльщиков, но на этот день все лодки уже ушли. Он добровольно предложил сделать вылет, но ни одного свободного вертолета не было.
Поэтому Маркус отправился на пляж, побуждаемый, как он догадывался, смутной надеждой встретить там какую-нибудь девушку, заслуживающую того, чтобы с ней поговорить, пойти на ленч и, может быть, даже договориться сходить вечером потанцевать. Неважно, что Маркус не умел танцевать, но это было лучше, чем сидеть в казармах для холостых офицеров и смотреть повторение «Кэгни и Лейси».
Но он совершил ошибку. Сидя на пляже и наблюдая, как дети резвятся на мелководье, как парочки прогуливаются по песку, а семьи устраивают пикники под пальмами, Маркус чувствовал себя все более и более тоскливо, все более и более безнадежно. Он раздумывал, нет ли на острове клубов для одиноких. Может быть, ему следует стать пьяницей и присоединиться к Обществу анонимных алкоголиков, просто ради компании.
Он увидел двух девушек, с которыми, наверно, можно было бы познакомиться, - американские туристки, хорошенькие и оживленные, в бикини достаточно открытых, чтобы возбудить интерес, но не настолько откровенных, чтобы известить, что они «на охоте». Девушки даже остановились и поговорили с Маркусом. Почему? Он не знал. Может быть, потому, что он выглядел безопасным: мужчина около тридцати и явно не самозваный Дон Жуан, учитывая его загар работающего человека - весь белый, кроме рук и лица. У одной из девушек была светлая кожа и рыжие волосы, у другой - хороший загар и волосы цвета воронова крыла.
Маркусу хотелось поговорить с ними, его голова заполнилась подходящими темами для начала разговора - флот, вертолеты, кораблекрушения, ныряние, Бермуды. Но он потерял навыки в этой игре в свидания и, ответив на их вопросы о ресторанах с умеренными ценами в Гамильтоне, позволил им удалиться. Конечно, в течение следующих пяти минут он придумал несколько планов, которые могли бы заинтересовать девушек, и выругал себя за то, что был таким тупоголовым идиотом.
Может быть, они пойдут купаться и у него появится еще одна возможность. Он войдет в воду поблизости от девушек и, как говорят местные жители, попытается «заболтать» их.
Но вдруг Маркус подумал; а ради чего стараться? Чего этим достигнешь? Он не чувствовал в этом необходимости. Он не чувствовал вообще никакой необходимости в этой затее со знакомством.
«И в этом, брат, - пришел он к выводу, - заключается твоя беда».
Шарп взглянул на водную ширь и увидел, как в сотне ярдов от берега кто-то занимающийся серфингом доблестно пытался подхватить в парус хоть дуновение ветерка и проплыть несколько футов. Но ни малейшего ветерка не было, поэтому парень все время опрокидывался назад, стягивая парус на себя.
Шарп подумал: а какова глубина воды в том месте, где парень катается на волнах? То, что разрушило судно Лукаса, находилось в глубоких водах.
Шарп считал примечательным то, что никакой паники не возникло, особенно после того, как газета слово в слово процитировала мнение той спятившей женщины, включая все ее идиотские утверждения насчет морского чудовища. Люди продолжали спокойно купаться, ходить под парусами и заниматься серфингом. Шарпу было лет пятнадцать, когда книга «Челюсти» прокатилась по Штатам, и у него остались яркие воспоминания о том, как родители не разрешали детям даже замочить ноги, о том, что закрывали пляжи, и о том, что нормальные во всех других отношениях взрослые отказывались заплывать на глубину более семи футов в... озерах.
Возможно, отсутствие паники в этом случае объяснялось отсутствием информации. Никто не знал, какого рода существо могло находиться там, в море, но это была не акула и не кит, поэтому никаких более или менее вероятных предположений не высказывалось. Шарп подозревал, что у Випа имелись кое-какие идеи, но Вип не привык строить догадки. Догадки, обычно говорил Дарлинг, являются потерей времени и энергии.
Маркус почувствовал голод, поэтому он поднялся на ноги и направился к буфету. Он уже собирался войти под деревья, когда увидел тех двух американских девушек. Они стягивали резинками волосы. Увидев, что Маркус наблюдает за ними, они помахали ему, вбежали в воду и поплыли.
«О'кей, - подумал он, - чем черт не шутит...» Он подождет, пока они не остановятся, войдет в воду, подплывет к ним и попытается придумать что-нибудь умное, чтобы завязать разговор.
Отплыв на тридцать - сорок ярдов от берега, девушки остановились. Их головы виднелись на расстоянии трех или четырех футов друг от друга. Девушки болтали и смеялись.
Шарп подошел к кромке воды. Увидев, что одна из девушек махнула рукой, он ответил ей.
Девушка взмахнула опять, на этот раз обеими руками, а затем скрылась под водой, и теперь вторая американка тоже махала и кричала. Нет, не кричала, понял Маркус. Визжала.
- Бог ты мой, - пробормотал он, бросился бежать, нырнул в воду и поплыл со спринтерской скоростью. Он месил руками воду, делая вдох только через три-четыре взмаха.
Маркус огляделся, чтобы определиться: он почти доплыл. Он увидел, что рыжеволосая девушка размахивает руками и визжит, и каждый раз, поднимая руки, она погружается в воду. Другая девушка пыталась подобраться под размахивающие как мельница руки подруги, схватить ее и остановить истерику.
Шарп подплыл сзади к рыжеволосой, прижал ее руки к бокам, обхватил девушку руками и откинулся назад, болтая ногами, чтобы удерживаться на плаву и держать голову девушки над водой. Он поискал глазами акулу, барракуду, физалию, посмотрел, нет ли крови.
- Я держу вас, - сказал он. - Все в порядке. Успокойтесь, все хорошо.
Визг девушки перешел в рыдания.
- Вы ранены? Что случилось?
Темноволосая начала объяснять:
- Она просто внезапно завизжала и стала размахивать руками.
Шарп почувствовал, как девушка расслабилась, снял свои руки и подложил ладонь под ее спину, чтобы поддерживать на воде.
- Что-то... - начала она.
- Укусило вас? - спросил Маркус.
- ...отвратительное, склизкое, мерзкое...
- Оно ужалило вас?
- Нет, оно...
Девушка повернулась и плача прильнула к Шарпу, чуть не потопив его.
Маркус скомандовал:
- Давайте-ка на берег, - взял ее руку и показал жестом, чтобы вторая девушка ухватила подругу за другую руку.
Вместе они отправились к берегу, загребая свободными руками и поддерживая пострадавшую. Вскоре они уже смогли достать ногами дно.
Пострадавшая девушка проговорила:
- Я уже нормально себя чувствую. Я просто... Это было... - Она взглянула на Шарпа, попыталась улыбнуться и добавила: - Благодарю вас.
- Вернусь через минуту, - заявил Маркус, повернулся и легко поплыл брассом.
Когда он счел, что достиг места, где находились до этого девушки, он остановился и медленно поплыл кругом, оглядывая воду. Он не знал, что ищет. Ядовитые медузы не водились на Бермудах, морских ос здесь тоже не было. Кроме того, девушка не пострадала физически, просто перепугалась. Здесь обитали португальские физалии, но их было бы видно сразу - их пурпурные пузыри плавали на поверхности. Маркус предположил, что это могли быть крупные безвредные медузы, которые держались под поверхностью воды, но девушка заметила бы их и их куски прилипли бы к ее телу.
Шарп направился к берегу, медленно разводя руками в стороны. Вдруг его рука что-то задела, он отдернул ее и поплыл назад. Посмотрел на воду в том месте, где только что находилась его рука. Там, в футе под водой, оказалось что-то кремово-белое и округлое, размером примерно с арбуз. Шарп осторожно протянул руку и прикоснулся к этому предмету. Предмет был склизким, неровным и мясистым, на ощупь похожим на разложившееся мясо. Шарп подвел ладонь под предмет. Нижняя часть оказалась твердой и скользкой. Маркус поднял находку на поверхность, и как только воздух коснулся предмета, в ноздри мужчине ударил мерзкий запах гниения, от которого на глаза навернулись слезы.
Это было не мясо, это был жир. Ворвань. Розовато-белая и растерзанная.
Шарп перевернул кусок. Кожа была сине-черной, а примерно в середине виднелись недавно нанесенные шрамы в виде круга в пять-шесть дюймов в поперечнике. В центре круга зиял один глубокий порез, который проникал сквозь кожу и углублялся в жир. С одного края куска отпечаталась половина еще одного круга.
- Господи Иисусе, - пробормотал Шарп.
Толкая кусок жира впереди себя, он поплыл к берегу.
На пляже дети толпились вокруг чего-то вынесенного морем. Они кололи предмет палками и толкали к нему друг друга, крича «Фу!» и «Какая дрянь!».
Шарп взглянул на находку и увидел, что это еще один кусок ворвани, поменьше, с двумя полукружиями, по одному на каждом конце.
Едва Маркус отвернулся, к детям подошел один из родителей, увидел, над чем они столпились, пробормотал: «Ни черта себе!» - и позвал:
- Эй, Нельсон, иди сюда, посмотри.
Шарп держал ворвань как можно дальше от лица. Девушки сидели рядом, рыжеволосая была закутана в полотенце, а рука смуглой обнимала ее за плечо.
- Она чувствует себя нормально, - сообщила темноволосая, улыбаясь Маркусу, и добавила: - Мы хотим поблагодарить вас. Могли бы мы... - Ветер донес до нее вонь от находки Шарпа. - Что это там?
- Мне нужно идти, - сказал Маркус.
Он подобрал свое полотенце, завернул в него ворвань, надел солнечные очки и пошел к тому месту, где оставил свой мотоцикл.
18
Дарлинг и Майк стояли на коленях в кормовом трюме «Капера», шлифуя песком острые края оставшейся несбитой краски. На их лицах были хирургические маски, чтобы пыль от краски не попадала в легкие, и автомобильные защитные очки, чтобы не поранить глаза.
Дарлинг владел «Капером» шесть лет, и корпус до сих пор был в хорошем состоянии. Вода нигде не просачивалась, даже вокруг корпуса сальника, но трюм имел склонность накапливать влагу, а повышенная влажность и соленый воздух со временем могли проесть все, что угодно.
Вип пребывал в отвратительном настроении. Он ненавидел эту работу - скалывание старой краски, он предпочел бы, чтобы ее выполнил ремонтный док, когда осенью судно будет вытащено из воды для окраски днища. Но док стоил сорок долларов за час работы каждого человека. И Дарлинг начал раздумывать, сможет ли он оплатить даже поднятие судна на слип, чтобы покрасить днище.
Вип почувствовал, как судно слегка наклонилось, когда кто-то поднялся на борт, услышат шаги на палубе наверху. Он поднял голову и увидел Шарпа, стоящего у открытого люка трюма.
- Привет, Маркус.
- Прости, что помешал.
- Не бери в голову. Я бы приветствовал самого Люцифера, если бы он отвлек меня от этой проклятой богом работы.
- Не мог бы ты взглянуть, что это у меня здесь такое?
- Охотно.
Дарлинг снял маску и очки и начал подниматься по трапу. Майк продолжал зачищать песком края, пока Дарлинг не сказал:
- Пошли посмотрим, Майкл. Не упускай возможности передохнуть.
Шарп положил узел на стол для разделки, находящийся в центре судна, и стал подальше от него, чтобы не чувствовать запах.
Лишь только Дарлинг приблизился к свертку, вонь ударила ему в нос и он воскликнул:
- Господи, парень! Что это ты мне приволок? Что-то дохлое?
- Даже очень, - подтвердил Шарп и рассказал Дарлингу о том, что произошло в Хорсшу-Бей.
Дарлинг придерживал конец полотенца, пока Майк разматывал сверток. Неизвестно откуда появились мухи, а две чайки, которые до сих пор сидели на воде, поднялись в воздух и начали кружить над судном.
- Кит, - определил Майк.
- И молодой, - кивнул Дарлинг.
- Откуда ты это знаешь? - удивился Шарп.
- Ворвань составляет тонкий слой. Он еще не получал полноценного питания. Посмотри, как жир становится розовым через несколько дюймов.
Майк спросил:
- Кашалот?
- Уверен.
- Попал под гребной винт?
- Нет, - сказал Шарп. - Переверни его.
Дарлинг перекинул ворвань лезвием ножа. Под прямыми солнечными лучами кольца от следов ран сияли как ожерелье, и гнилая плоть сочилась из пореза в центре.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

загрузка...