Бри-Айленд располагался в сорока милях от берега, но если добираться туда из гавани в Ньюпорте, то это расстояние увеличится примерно до пятидесяти миль, поэтому Джим всю дорогу подгонял свой шустрый двухвинтовой «Мэттью». Чуть позже часа дня Джим торжественно простер руку вдаль и произнес:
— Вот он, Шелл, Бри. Может, со временем он будет называться Парадиз-Айленд.
Это был приятный круиз. Время от времени мы оглядывались назад и видели берег, окутанный сизой от гари и копоти пеленой. В первый раз за многие месяцы вырвавшись из городского смога на свободу, легкие, должно быть от смущения, не знали, как дышать. Здесь, в океане, мир казался свежим, как в первые дни творения. Чистый воздух, теплый солнечный день и светлая, тонкая линия горизонта. Ничто не застилало нам Бри-Айленд, подымающийся над морем в четырех-пяти милях от нас.
Мы лежали на передней палубе, а крейсер шел в автоматическом режиме, потом Джим поднялся по перекидному мостику и встал у руля. Он развернулся, выбрав курс на юг, подальше от заселенной части острова, не для того, чтобы подойти скрытно, — очевидно, лодку уже заметили с берега, — а намереваясь юркнуть через узкий морской залив в маленькую тихую бухточку с нелепо выстроенной пристанью. Через полчаса мы уже швартовались.
На острове пока не наблюдалось ничего особенного. Большую часть территории покрывали густые заросли, низкорослые темно-зеленые кустарники с пучками мелких цветочков рассыпались в долинах угловатых скал и пологих холмов. Мы с Джимом бродили по острову с полчаса или около того, и он с воодушевлением показывал участки, где можно построить отель, маленький пляж, территорию, на которой планировалось разместить поле для игры в гольф с девятью лунками.
Пока же в этой части острова имелась одна-единственная конструкция — маленькая хибара, похожая на ковбойскую лачугу времен освоения Запада, примерно пятнадцати футов в ширину и вдвое больше в длину. Хибара стояла посреди широкого ровного участка земли, над которым основательно поработали трактор и экскаватор: почва здесь была рыхлая и богатая, более темная, чем высушенная, нетронутая целина вокруг.
— Здесь будет хорошая земля, — объяснял Джим, — если ее возделать. Завезти под пахотный слой удобрение, засадить тропическими растениями, пальмами, засеять газонной травой — и место преобразится. Вот что Аарон собирался здесь сделать, только... ему не удалось осуществить свои планы.
Я подумал, что это странное место для выращивания пальм и тропических растений. По площади остров занимал две или три квадратные мили, и участок, который мы осматривали, находился далеко от зоны, предназначенной, по проекту Джима, для строительства отеля, площадки для гольфа и так далее и удобно расположенной рядом с морем.
Я поделился своими сомнениями с Джимом, и он сказал:
— Не совсем так, Шелл, это всего лишь экспериментальный участок. Мы намеревались завезти сюда разнообразные растения и посмотреть, как они приживутся.
Аарон считал, что нам удастся даже акклиматизировать здесь несколько кокосовых пальм, тех, что растут по всей территории Гавайских островов. Специалисты утверждают, что они не смогут прижиться на побережье Калифорнии, но нам казалось, что попробовать стоит. Если бы у нас получилось, мы бы завезли сотню, а то и больше пальм и высадили бы их вокруг отеля и вдоль пляжа. — Он воодушевился. — Представляешь, превратили бы его в настоящий Райский остров.
Было ясно, что разработка и строительство на острове были заветной мечтой Джима, но мне интересно было бы узнать, значило ли это то же самое для Аарона. Джим верил в побуждения Аарона больше, чем я. Конечно, Аарон не был моим братом. И, зная его темное прошлое, я не мог не задумываться над тем, не планировал ли изобретательный братец новую запутанную жульническую игру. Может, я был чрезмерно циничен и несправедлив в своих подозрениях, но за свою жизнь я повидал куда больше жуликов, нежели Джим, и ни в одном из них не наблюдалось даже грамма совести.
— Это здание смахивает на лачугу, — заметил я.
— Так оно и есть. — Джим направился в сторону лачуги. — Я говорил тебе, что Аарон проводил здесь много времени, вместе с ним работали еще несколько человек. Они жили здесь по несколько дней подряд, вынуждены были оставаться на ночлег, иначе пришлось бы много времени тратить на переправу с материка и обратно. Пришлось построить лачугу, они спали здесь и готовили себе еду.
В этом был смысл, с одной стороны, но я не заметил признаков деятельности в этой части острова, и с трудом верилось, что на территории — еще даже не возделанной — велись достаточно динамичные работы.
— И это все, что они здесь сотворили? Только построили хибару и расчистили землю?
Джим как-то странно посмотрел на меня и недовольно нахмурился.
— Сначала они изучали весь этот проклятый остров. Это нужно было сделать, прежде чем выбрать места для строительства отеля и всего остального. Нужно знать, например, куда будет течь вода в случае обильных осадков... И так далее.
— Извини, что у меня возникла такая масса вопросов, — примирительно сказал я. — Возможно, это профессиональное.
И в самом деле, это скорее симптомы профессиональной болезни, и я обычно стараюсь держать себя в узде. Поэтому я отмахнулся от глупых вопросов и попытался видеть только светлую сторону дела.
Джим первым вошел в лачугу, и мы с любопытством огляделись. Смотреть-то было не на что. Небольшая, почти квадратная комната с парой столов и несколькими деревянными стульями, железная печка и выстроившиеся вдоль стены шесть коек с простынями и одеялами в жирных пятнах. Более омерзительной свалки я в своей жизни не видел.
— Они очень опрятные, да? — спросил я Джима. Он усмехнулся, очевидно, превозмогая раздражение.
— Здесь нет душевых. Кстати, в этой части острова и воды нет, кроме океана. Будем надеяться, что они захватили с собой голубой «Секрет».
— И обрызгали им свою лачугу. — И вновь меня что-то смутило. Я окинул взглядом комнату и озадачился еще больше. — Джим, — спросил я, — тебе не кажется, что здесь как-то тесновато?
— Да, но им и не нужно много места, Шелл.
— Я не это имел в виду. Снаружи хибара показалась мне вдвое длиннее. А теперь комната кажется почти квадратной.
Джим медленно осмотрелся.
— Теперь, когда ты обратил внимание, мне это тоже кажется странным.
Я взглянул на часы. Они показывали два сорок пополудни.
— Будет лучше, пожалуй, если я пойду на эту продуктовую фабрику, — предложил я. — Или как ее там.
— Хочешь, чтобы я пошел с тобой?
— Не стоит нам обоим появляться там одновременно. По крайней мере до тех пор, пока я не узнаю о ней побольше. Годится? Кстати, револьвер при тебе?
Он кивнул, похлопав себя по карману, и сказал:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50