По крайней мере, если чувствуете, что можете обойтись без оружия. А первым из голливудских детективов, прибывшим на место происшествия, конечно же был лейтенант Уэсли Симпсон.
Он разговаривал с одним из офицеров управления, потом заметил меня возле сенегальской финиковой пальмы и направился в мою сторону, двигаясь как во сне.
— Опять не успел снять штаны, — проворчал он. — Да и в дом не удалось войти. Услышав вызов по рации, развернулся на сто восемьдесят градусов. Правила нарушил, — добавил он с мрачной миной и огляделся по сторонам. — Где труп?
— Ну, несколько минут назад он лежал тут...
— Лежал? — Он выругался. — Вообще-то мне нравится поболтать с тобой, Скотт. Особенно в неурочное время. — «Скотт» — не «Шелл», значит, лейтенант действительно на грани срыва. — Но хочешь верь, хочешь нет, мне еще предстоит дневное дежурство. А теперь отвечай, где труп?
— Уэс, — мягко произнес я, — я не разыгрываю тебя. Я застрелил парня...
— Ты застрелил?
— Да. И он лежал здесь. — Я указал на кровавое пятно на ступеньках. — Я вошел в дом на несколько минут и не счел нужным тащить с собой мертвеца. Когда я вышел на улицу снова, его на месте не оказалось.
— Скотт! — Голос Уэса звучал как далекие раскаты грома. — Если ты смеешься...
— Уэс, прошу тебя. Я стараюсь говорить как можно проще и понятнее. Тревога объявлена, и патрульная машина еще может нагнать автомобиль. Если в ней окажется труп, тогда это тот самый.
— Ты хочешь сказать... — Его голос сделался подозрительно мягким, как если бы ему смазали медом язык. — Что после того, как ты застрелил человека, кто-то явился сюда, подхватил его и унес? Кто-то украл его?
— У тебя есть сигарета, Уэс? — спросил я.
* * *
Ночь была почти на исходе, когда я добрался до отеля «Спартан», что в Голливуде. «Спартан», расположенный напротив зеленых площадок Уилширского клуба на Норт-Россмор-стрит, — это мой дом. Самое важное в этом моменте — то, где стоит моя кровать. А кровать — то место, где я очутился вскоре после того, как вошел к себе.
Сначала я угостил тропических рыбок сухим кормом, принял душ, завел оба будильника и лишь потом упал в свою люльку. Я ужасно устал, но мой мозг был взбудоражен и мысли продолжали вертеться в голове, как карусель. И все потому, что я не мог ухватиться за что-нибудь стоящее.
Я пытался выкинуть все из головы, но картинки, как на экране, продолжали плыть у меня перед глазами. Мужчины и женщины в Лагуна-Парадиз, Микки М, разговаривает с Адамом-Аароном, Ева с обнаженными вздрагивающими грудями при мягком свете и Лори, удивительная Лори. Лори возле бассейна... Лори у двери Джима... Лори смеется, ее глаза сияют, Лори кладет руки на горловину платья, вздымаются два белых холма, и на черном — маленький розовый след, полоска, намек, подающий надежды...
Я старался думать о Лори. Но две другие картинки постепенно оттесняли ее, пока наконец совсем не стерли с экрана воображения. На одной — Аарон Парадиз лежит на спине в кровати, а я вижу, как покрывается коркой красная струйка. На другой — умирающий человек, зубы сцеплены, тело судорожно дергается, дрожит, агонизирует...
Встаю я всегда неохотно, но в это утро проснулся, хотя еще спал. Первый будильник только расшевелил мое сознание, а второй сразу выдернул меня из постели. Наконец кофе — ух, эта паршивая горячая плазма. Только за второй чашкой я смог думать о вчерашнем дне — дне, который казался чуть ли не вечностью.
Уэсли Симпсон никогда не выходил из себя, но, если такое случалось, ему долго не удавалось взять себя в руки и успокоиться. Я сказал ему, что стрелял некий Микки М., хотя у меня не было никаких вещественных доказательств. Да и не нашли они Микки. Более того, оружие тоже испарилось.
Джим Парадиз досказал мне свою историю. Его брат в конце концов оказался за решеткой, а Джим вложил свои сто пятьдесят тысяч в недвижимость: купил многоквартирные дома, улучшил их состояние и продал или обменял, урезав тем самым налог; потом инвестировал в некультивированные земли и строительство. Он приехал в Калифорнию семь лет назад, уже с солидным состоянием — незадолго до того, как мы с ним познакомились на голливудской вечеринке, — и, разумно пустив капитал в оборот, удвоил или даже утроил его. Он принялся скупать земли на Лагуна-Бич и в его окрестностях и образовал «Парадиз пропертиз инкорпорейшн». Затем объявился его брат Аарон — здоровый, как сама жизнь, и даже более похотливый, чем в колледже. После счастливого воссоединения Джим пригласил Аарона сотрудничать в его грандиозном проекте, которым тогда уже стал Лагуна-Парадиз. У Аарона было пятьдесят тысяч наличных денег, Бри-Айленд и «миллион идей» — прошлой ночью я стал свидетелем того, как осуществились некоторые из них.
Это все. А потом — убийство.
Я притащил третью чашку кофе в гостиную своей трехкомнатной квартиры, плюхнулся на шоколадно-коричневый диван возле искусственного камина и водрузил телефон себе на грудь. Набрал номер Джима, и он ответил на второй звонок.
— Джим, это Шелл. Как скоро ты будешь готов?
— Не раньше чем в девять. Что скажешь, если мы встретимся у тебя дома? Можем выехать оттуда.
— Прекрасно.
Прошлой ночью мы с Джимом договорились отправиться в его лодке на Бри-Айленд. Лодка — это «Мэттью», сорокадвухметровая, двухвинтовая яхта с каютой. Я понятия не имел, что найду на острове, но у меня возникло сильное желание взглянуть.
— Что мне нужно сделать? — спросил я Джима.
— Ну... есть одна деталь. Некоторые из присутствовавших на Лагуна-Парадиз, вероятно, хотят узнать, будет ли там открыто сегодня. После всего, что случилось прошлой ночью.
— Ты хочешь закрыть лавочку на время?
— Нет. Возможно, кое-кто только и ждет, что я закроюсь, хотя в этом мало смысла, как, впрочем, и во всем остальном. Кое-кто явно все-таки надеется, что гибель Аарона навредит Лагуне, но будь я проклят, если допущу подобное. В любом случае, если хочешь мне помочь, позвони Уэлли, и девушкам, и всем остальным и сообщи им, что ничего не изменилось? Пусть приезжают сегодня в Лагуну, как обычно.
— Заметано.
— Я бы и сам это сделал, но мне придется съездить в центр и закончить приготовления к похоронам.
— Никаких проблем. — Он продиктовал номера телефонов, а я наспех их записал. — Я вернусь к девяти и буду ждать тебя. И береги себя, Джим, — предостерег я.
Полиция конфисковала «смит-и-вессон», из которого я прошлой ночью продырявил Микки М., но мы подготовили для Джима другое оружие, револьвер 38-го калибра. Я посоветовал ему:
— Захвати с собой пушку.
— Я давно уже это сделал.
Взбодрившись разговором, я принялся всех обзванивать. Мне не удалось дозвониться лишь до Евы и Лори — у них никто не снимал трубку. Разумеется, когда я звонил Лори, я не стал долго трезвонить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
Он разговаривал с одним из офицеров управления, потом заметил меня возле сенегальской финиковой пальмы и направился в мою сторону, двигаясь как во сне.
— Опять не успел снять штаны, — проворчал он. — Да и в дом не удалось войти. Услышав вызов по рации, развернулся на сто восемьдесят градусов. Правила нарушил, — добавил он с мрачной миной и огляделся по сторонам. — Где труп?
— Ну, несколько минут назад он лежал тут...
— Лежал? — Он выругался. — Вообще-то мне нравится поболтать с тобой, Скотт. Особенно в неурочное время. — «Скотт» — не «Шелл», значит, лейтенант действительно на грани срыва. — Но хочешь верь, хочешь нет, мне еще предстоит дневное дежурство. А теперь отвечай, где труп?
— Уэс, — мягко произнес я, — я не разыгрываю тебя. Я застрелил парня...
— Ты застрелил?
— Да. И он лежал здесь. — Я указал на кровавое пятно на ступеньках. — Я вошел в дом на несколько минут и не счел нужным тащить с собой мертвеца. Когда я вышел на улицу снова, его на месте не оказалось.
— Скотт! — Голос Уэса звучал как далекие раскаты грома. — Если ты смеешься...
— Уэс, прошу тебя. Я стараюсь говорить как можно проще и понятнее. Тревога объявлена, и патрульная машина еще может нагнать автомобиль. Если в ней окажется труп, тогда это тот самый.
— Ты хочешь сказать... — Его голос сделался подозрительно мягким, как если бы ему смазали медом язык. — Что после того, как ты застрелил человека, кто-то явился сюда, подхватил его и унес? Кто-то украл его?
— У тебя есть сигарета, Уэс? — спросил я.
* * *
Ночь была почти на исходе, когда я добрался до отеля «Спартан», что в Голливуде. «Спартан», расположенный напротив зеленых площадок Уилширского клуба на Норт-Россмор-стрит, — это мой дом. Самое важное в этом моменте — то, где стоит моя кровать. А кровать — то место, где я очутился вскоре после того, как вошел к себе.
Сначала я угостил тропических рыбок сухим кормом, принял душ, завел оба будильника и лишь потом упал в свою люльку. Я ужасно устал, но мой мозг был взбудоражен и мысли продолжали вертеться в голове, как карусель. И все потому, что я не мог ухватиться за что-нибудь стоящее.
Я пытался выкинуть все из головы, но картинки, как на экране, продолжали плыть у меня перед глазами. Мужчины и женщины в Лагуна-Парадиз, Микки М, разговаривает с Адамом-Аароном, Ева с обнаженными вздрагивающими грудями при мягком свете и Лори, удивительная Лори. Лори возле бассейна... Лори у двери Джима... Лори смеется, ее глаза сияют, Лори кладет руки на горловину платья, вздымаются два белых холма, и на черном — маленький розовый след, полоска, намек, подающий надежды...
Я старался думать о Лори. Но две другие картинки постепенно оттесняли ее, пока наконец совсем не стерли с экрана воображения. На одной — Аарон Парадиз лежит на спине в кровати, а я вижу, как покрывается коркой красная струйка. На другой — умирающий человек, зубы сцеплены, тело судорожно дергается, дрожит, агонизирует...
Встаю я всегда неохотно, но в это утро проснулся, хотя еще спал. Первый будильник только расшевелил мое сознание, а второй сразу выдернул меня из постели. Наконец кофе — ух, эта паршивая горячая плазма. Только за второй чашкой я смог думать о вчерашнем дне — дне, который казался чуть ли не вечностью.
Уэсли Симпсон никогда не выходил из себя, но, если такое случалось, ему долго не удавалось взять себя в руки и успокоиться. Я сказал ему, что стрелял некий Микки М., хотя у меня не было никаких вещественных доказательств. Да и не нашли они Микки. Более того, оружие тоже испарилось.
Джим Парадиз досказал мне свою историю. Его брат в конце концов оказался за решеткой, а Джим вложил свои сто пятьдесят тысяч в недвижимость: купил многоквартирные дома, улучшил их состояние и продал или обменял, урезав тем самым налог; потом инвестировал в некультивированные земли и строительство. Он приехал в Калифорнию семь лет назад, уже с солидным состоянием — незадолго до того, как мы с ним познакомились на голливудской вечеринке, — и, разумно пустив капитал в оборот, удвоил или даже утроил его. Он принялся скупать земли на Лагуна-Бич и в его окрестностях и образовал «Парадиз пропертиз инкорпорейшн». Затем объявился его брат Аарон — здоровый, как сама жизнь, и даже более похотливый, чем в колледже. После счастливого воссоединения Джим пригласил Аарона сотрудничать в его грандиозном проекте, которым тогда уже стал Лагуна-Парадиз. У Аарона было пятьдесят тысяч наличных денег, Бри-Айленд и «миллион идей» — прошлой ночью я стал свидетелем того, как осуществились некоторые из них.
Это все. А потом — убийство.
Я притащил третью чашку кофе в гостиную своей трехкомнатной квартиры, плюхнулся на шоколадно-коричневый диван возле искусственного камина и водрузил телефон себе на грудь. Набрал номер Джима, и он ответил на второй звонок.
— Джим, это Шелл. Как скоро ты будешь готов?
— Не раньше чем в девять. Что скажешь, если мы встретимся у тебя дома? Можем выехать оттуда.
— Прекрасно.
Прошлой ночью мы с Джимом договорились отправиться в его лодке на Бри-Айленд. Лодка — это «Мэттью», сорокадвухметровая, двухвинтовая яхта с каютой. Я понятия не имел, что найду на острове, но у меня возникло сильное желание взглянуть.
— Что мне нужно сделать? — спросил я Джима.
— Ну... есть одна деталь. Некоторые из присутствовавших на Лагуна-Парадиз, вероятно, хотят узнать, будет ли там открыто сегодня. После всего, что случилось прошлой ночью.
— Ты хочешь закрыть лавочку на время?
— Нет. Возможно, кое-кто только и ждет, что я закроюсь, хотя в этом мало смысла, как, впрочем, и во всем остальном. Кое-кто явно все-таки надеется, что гибель Аарона навредит Лагуне, но будь я проклят, если допущу подобное. В любом случае, если хочешь мне помочь, позвони Уэлли, и девушкам, и всем остальным и сообщи им, что ничего не изменилось? Пусть приезжают сегодня в Лагуну, как обычно.
— Заметано.
— Я бы и сам это сделал, но мне придется съездить в центр и закончить приготовления к похоронам.
— Никаких проблем. — Он продиктовал номера телефонов, а я наспех их записал. — Я вернусь к девяти и буду ждать тебя. И береги себя, Джим, — предостерег я.
Полиция конфисковала «смит-и-вессон», из которого я прошлой ночью продырявил Микки М., но мы подготовили для Джима другое оружие, револьвер 38-го калибра. Я посоветовал ему:
— Захвати с собой пушку.
— Я давно уже это сделал.
Взбодрившись разговором, я принялся всех обзванивать. Мне не удалось дозвониться лишь до Евы и Лори — у них никто не снимал трубку. Разумеется, когда я звонил Лори, я не стал долго трезвонить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50