ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Так ты не беспокойся: она не для таких прощелыг, как ты. Для тебя сойдет и Ля-Форс!
Жак рассмеялся:
— В самом деле, жаль, что я не дворянин и вы со мной на пари не пойдете. А не то я побился бы о заклад, что в тюрьму скорее угожу не я, а… кто-нибудь другой!
Лицо дворянина побагровело, рука судорожно сжалась и… разжалась. А Шарль весело улыбался: он хоть и отличался робким нравом, позубоскалить был не прочь, недаром прожил в Париже три года.
Настал час обеда. И Шарль, не скупясь, выложил из чистого клетчатого платка полученные дома гостинцы: крутые яйца, кусок только что сбитого масла, домашний сыр и даже кусок сала. Провизия Жака была куда скуднее. Бабушка и мать дали ему в дорогу все, что смогли: каравай белого хлеба, несколько головок чесноку и корзинку, полную винограда и слив. Правда, фрукты, переложенные виноградными листьями, выглядели очень заманчиво, но здоровый аппетит Жака было трудно утолить скромными дарами сада в Таверни.
Десять суток тряслись наши путешественники в дилижансе. Много раз за это время сменяли лошадей: буланых, гнедых в подпалинах, с завязанными узлом хвостами. Дворянин встретил в дилижансе знакомого и, чтобы быть к нему поближе, обменялся местами с каким-то стариком, так что ничто больше не мешало беседе новых друзей.
— А скоро ли Париж? — с любопытством спрашивал Жак непрестанно глядевший в окно.
Ведь Шарль проделывал этот сложный путь не впервые в должен был хорошо его знать.
— Скоро, скоро! — успокаивал его Шарль.
— А это что? — Жак ткнул пальцем в небольшое деревянное строение, мимо которого они проехали. Спросил потому, что у этого неказистого дома возле будки стоял часовой.
— Да это застава! Мы уже в Париже! — И, видя, что Жак не очень-то уразумел, что это значит, словоохотливо пояснил: — Застава! Таможенная застава. Ее еще барьером называют. Их много, во всех концах Парижа. А они для того поставлены, чтобы взимать пошлину с товаров, которые везут в Париж… Построены-то заставы из дерева, но их можно было бы из чистого золота делать, если бы на их постройку тратили те денежки, что здесь берут с крестьян за провоз зерна, мяса, шерсти…
— Вот оно что! — только и сказал Жак.
По мере приближения к Парижу его волнение все усиливалось. Он не думал уже о родном Таверни. Но Париж?.. Что-то он там найдет? Как его встретят в доме тети? Как ему удастся передать наказ бабушки? И как он найдет следы Фирмена?
— Мы и в Париже будем дружить? — с некоторым сомнением спрашивал в двадцатый раз Шарль.
— А кто же нам помешает! Друзей в Париже у меня нет. У дяди одни только дочери. А что толку от девчонок!
— Я тебе все покажу, — убежденно заверял Шарль. — И если тебе не понравится в книжном деле, поговорю с господином Бажоном. Может, и ты подашься в ювелиры.
— Н-не, — чистосердечно ответил Жак. — С книгой мне легче.
— Так-то оно так, но знаешь, сколько ювелиры зарабатывают!
— Вот, говорят, соберутся Генеральные штаты и поубавят всем доходы, а бедным прибавят. Ювелиры-то и останутся со своими драгоценностями. Кто их тогда покупать будет?..
— Это уж нет, — с глубоким убеждением произнес Шарль, — пока есть придворные дамы, будут покупать и драгоценности.
Жак не нашелся что ответить.
— Ты, главное, не спеши выходить без меня. Подожди, пока все пассажиры выйдут. А не то зазеваешься, забудешь адрес и до лавки дядюшки не доберешься…
— Я без тебя ни шагу! — заверил Жак. Издали Париж казался ему страшным, чужим. Мудрено ли в нем заблудиться! Вдвоем легче!
Шарль рассказал новому другу, что снимает каморку на улице, которая расположена совсем неподалеку от квартала, где находится лавка дядюшки Жюльена.
— Смотри не спеши выходить из дилижанса! — снова и снова повторял Шарль. — А уж коли тебя оттеснят от меня, никуда не уходи и жди там, где остановится дилижанс!
Глава шестая
ВОТ ЭТО ПАРИЖ?!
— Вот это Париж?! — с удивлением и разочарованием воскликнул Жак, когда дилижанс встряхнуло с такой силой, что все пассажиры попадали со своих мест.
— Приехали! Выходите! — крикнул кучер, на ходу подбирая упавшую кладь.
В дилижансе началась суматоха. Каждый старался отыскать свой багаж, отвязать от верхней перекладины сумку, саквояж, корзинку. У Жака весь скарб был при себе, поэтому он оказался первым у выхода. А Шарль замешкался: дворянин, выходя, толкнул своей клеткой старушку, вещи ее рассыпались, и Шарль под ее причитания стал их собирать.
Соскочив с высокой ступеньки прямо в огромную лужу, Жак остановился как вкопанный.
Было чему удивиться: накануне шел дождь, и на улице была непролазная грязь. «Совсем как у нас в Шампани», — определил про себя Жак. Темно, кое-где мигнет свет тусклого фонаря, но в двух шагах почти ничего не видно. Неизвестно куда ступить. А ведь кучер сказал, что дилижанс остановится в самом центре города. Хорош же Париж, если он такой, каким представился Жаку с первого взгляда!
Вдалеке Жак смутно различал высокие здания, иные даже в четыре-пять этажей; о них он слышал, их мечтал увидеть. Но это вдалеке, а здесь темные, узкие улицы. Жак осмотрелся и увидел маленькие, грязные, будто вросшие в землю домишки, крытые черепицей. Кажется, никто в этих домишках не живет, в них одни только мастерские — столярные, кузнечные, слесарные. Двери приоткрыты, и, несмотря на поздний час, в мастерских не прекращается работа.
Забыв про Шарля, Жак бессознательно пошел вдоль улицы. Его влекло все дальше, вперед. Хотелось узнать, что там, за углом, и уже не казалось так темно.
Сколько улиц и площадей пересек Жак и сколько протекло времени с тех пор, как он по неосторожности расстался с Шарлем, Жак не заметил. В одной руке он держал свой тючок, в другой сжимал адрес тетушки Франсуазы. Не доверяя себе, он выучил его наизусть: Сент-Антуанская улица, семнадцать. Но сейчас он меньше всего думал о том, чтобы найти лавку тети.
Чем дальше он шел, стуча по камням тяжелыми деревянными башмаками — сабо, тем больше удивлялся движению на улицах. На той, куда прибыл дилижанс, было совсем малолюдно. Здесь же люди шли, ехали на простых одноконных извозчиках и в роскошных каретах, запряженных парой, а то и четверкой лошадей. Наряду с простолюдинами Жаку встречались нарядно одетые парижане, и, опьяненный этой необычной для него суетой, он удовлетворенно думал: «Да, вот это Париж! Это и в самом деле Париж!»
Неожиданно он очутился перед серой каменной громадой. Восемь мрачных, тяжелых башен словно надвинулись на него. Непроницаемые стены. Караул. Сердце Жака сжалось. Перед глазами встал кабинет отца Поля. Стена, на ней засохшие цветы, венчающие портрет Фирмена Одри.
— Что это? — спросил он вслух, хотя и знал, что услышит в ответ.
— Эх ты простофиля! Спрашиваешь! Да ведь это же Бастилия!
Слова эти произнес коренастый человек в рабочей блузе. Он подошел вплотную к Жаку, и на Жака блеснул ясный взгляд широко расставленных серых глаз. Жак ответил незнакомцу таким же доверчивым взглядом.
— Я-то знал, что Бастилия здесь и в Париже от нее никуда не денешься, — сказал он откровенно, — но не подумал, что увижу ее вот так вдруг.
— Все же, скажу я тебе, приятель, увидеть ее снаружи лучше, чем изнутри, — рассмеялся незнакомец.
Жак тоже рассмеялся в ответ.
Он с трудом оторвал взгляд от башен Бастилии, как будто его притягивал к ним магнит. Тут только он вспомнил о Шарле. Как же он совершенно забыл о нем, потерял! А еще навязывался ему в друзья! Что подумает о нем Шарль? Ведь Жак даже толком не узнал, где тот живет, как его фамилия. Правда, Шарль-то догадался, взял его адрес. Но разыщет ли он Жака? Нужен ли ему деревенский парень, случайный знакомый по дилижансу, здесь, в Париже? Кстати, а где бумажка с адресом тети Франсуазы? Замечтавшись, Жак сунул ее неизвестно куда. Он долго шарил по карманам. Исчезла! Когда же он наконец обнаружил записку у себя за обшлагом, то увидел, что так понравившийся ему незнакомец все еще тут и весело на него поглядывает.
— Скажите, сударь, — обратился к нему Жак, — что это за улица, и далеко ли отсюда до Сент-Антуанской улицы?
— Мы с тобой стоим сейчас на улице Сент-Антуанского предместья, а я живу как раз там, куда тебе надо. Пойдем вместе! Сент-Антуанская улица, которую ты ищешь, начинается вон там, за углом.
По дороге Жак узнал, что незнакомца зовут Мишель Гамбри, что он красильщик обоев на фабрике Ревельона и хорошо знает семью дядюшки Жюльена, так как живет по соседству.
Дом, где жила тетя Франсуаза, ничем не отличался по виду от других домов, в ряду которых стоял. Жаку открыли не сразу. Оглядев его забрызганную грязью одежду, сабо, оставлявшие на чисто вымытом полу мокрые следы, женщина, впустившая его в дом, строго спросила:
— Чего тебе здесь надо?
— Мне надо видеть госпожу Франсуазу Пежо, — робко ответил Жак. Только сейчас он почувствовал, как устал, как манит его тепло, идущее из комнат этого дома.
— А зачем она тебе понадобилась? Франсуаза — это я!
— Тетя Франсуаза!
— Ты — Жак! Так сразу бы и сказал! Да ты весь в грязи!
Не проявляя никаких родственных чувств, тетя Франсуаза дала Жаку умыться, велела почистить платье, залепленные грязью чулки. Озабоченно оглядев юношу с ног до головы, как будто сантиметром смерила, она деловито сказала:
— Сюртук дяди Жюльена будет тебе велик, придется его укоротить.
Когда Жак умылся, и одежда его, елико возможно, была приведена в порядок, тетя Франсуаза повела его в комнату, служившую и столовой и гостиной одновременно. Смущение Жака еще увеличилось, когда он заметил, что в комнате сидят три девушки. «Которая из них Бабетта?» — подумал Жак. Больше других ему полюбилось это имя.
— Девочки, это ваш двоюродный брат Жак. Не смотрите, что он плохо одет и не знает парижских манер. Мы его приоденем, а манерам он научится. Научится и торговать. Вам придется меньше сидеть в лавке, и у меня дела поубавится. А ты, Жак, не дичись. Ты ведь не в гости пришел.
Франсуаза говорила однотонно и сухо. Жак потоптался на месте, не решаясь подойти ни к одной из сестер.
До чего же хороши были эти городские барышни! Одна лучше другой. А как одеты! Такие платья, как на них, Жак видел до сих пор только на картинках. Ему казалось, что так одеваются только придворные дамы, а на самом-то деле накрахмаленные юбки и стоящие кружевные воротники, которые произвели на него такое впечатление, носили все горожанки. Жак подыскивал слова приветствия, но тут вдруг заметил следы своих сабо на чистом полу и вовсе онемел.
Три пары девичьих глаз уставились на Жака, и, хотя он считал себя отнюдь не робким, он опустил голову под их изучающим взглядом.
Сам того не зная, он выдержал испытание. Парижские девушки нашли, что он недурен собой: выше среднего роста, ладно скроен. Красивым назвать его нельзя, однако он привлекателен: цвет лица смуглый, да к тому же Жак загорел; нос, может быть, великоват, но зато рот правильной формы, и над верхней губой чуть заметна темная полоска пробивающихся усов. Глаза и вовсе хороши: темно-карие, почти черные, но их насмешницы почти не могли рассмотреть, потому что Жак не поднимал головы.
— Ты умеешь говорить по-французски или только по-провансальски? — с явной насмешкой спросила, видимо, младшая из сестер.
Почему-то Жак уже не сомневался, что это Виолетта. Она была прехорошенькая: с очень белой кожей, золотистыми волосами и светло-голубыми глазами.
Жак взял себя в руки и ответил с достоинством:
— Я говорю по-французски, мадемуазель, потому что это мой родной язык.
Ему на помощь пришла старшая. Она была еще лучше: высока, стройна, черты лица правильные. Выражение лица и холодных зеленоватых глаз с длинными ресницами оставалось надменным, когда она сказала:
— Что ты болтаешь! Кузен приехал из Шампани. А ты думала из Прованса?
Но младшая нимало не смутилась. Весело смеясь, она воскликнула:
— Жанетта, он называет меня не по имени, не «сестрица», а мадемуазель! Слыхала? Ха-ха-ха! — И снова раздался ее веселый, заразительный смех. — Угадай же, как меня зовут?!
Хотя все улыбалось в этой маленькой кузине: и глаза, и ямочки, и сложенный бантиком рот, Жак, несмотря на свое простодушие, понял, что эта его кузина, как и старшая, добротой не отличается.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...