ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


: Юлия М., вычитка: Оксана Львова
«Вереск и бархат»: Русич; Смоленск; 1996
Оригинал: Teresa Medeiros, “Heather and Velvet”
Перевод: М. А. Комцян
Аннотация
Неожиданная встреча Пруденс Уолкер — бедной племянницы блистательной графини — и известного на шотландской границе разбойника Себастьяна Керра положила начало их любви. Но для счастья Себастьяну оказалось недостаточно одних чувств, он хотел респектабельности, богатства, доступа в великосветское общество Лондона и Эдинбурга. Много чего придется пережить девушке, прежде чем ее возлюбленный поймет, что любовь стоит всего золота мира.
Тереза Медейрос
Вереск и бархат
ПРОЛОГ
Шотландия, Хайлендз, 1773 год
Негодяй казался мертвым. Себастьян подтолкнул его ногой, со страхом ожидая, что мозолистая лапа старика вот-вот схватит его за тонкую лодыжку и с силой рванет на себя, сопровождая свои действия оглушительным взрывом хохота. Себастьян осмелел и сильнее пнул его пальцами босой ноги в толстый живот. Ничего. Ни звука, ни даже пьяного хрипа. Негодяй был мертв. Эль тонкой струйкой вытекал из уголка его рта.
Себастьян присел рядом с ним. Как он мог умереть так тихо? Мальчик всегда представлял его ревущим, изрыгающим проклятия, катающимся по земле в предсмертной агонии. Ничего подобного не было. Лишь глухой удар рухнувшего на пол тяжелого тела, и его уже не стало.
Себастьян откинул со лба прядь давно не мытых волос, и его взгляд метнулся вверх, к резным балкам холла. Он затаил дыхание, словно испугавшись внезапно наступившей тишины. Казалось, что все колокола мира разом перестали звонить, оставив в воздухе слабое эхо от прежней какофонии звуков. Затем до него донеслись другие звуки, прежде заглушаемые грохотом бьющейся посуды и ломающейся под тяжелыми ударами мебели: щебетание ласточек среди стропил, отдаленный, едва слышимый шум ветра на склонах гор, поросших вереском.
Себастьян склонил голову. Это была величественная тишина собора, и она вызывала желание плакать.
Но не было времени для слез. Теперь Мак-Кей придет за ним. Враг его семьи придет, чтобы завладеть Данкерком, о чем всегда предупреждал его отец.
Губы Себастьяна сжались в упрямую линию. Мак-Кей может взять замок, но его он не возьмет никогда.
Себастьян подсунул руки под обутые в сапоги ноги отца. Запах от мертвого Брендана Керра был едва ли хуже, чем от живого, но это скоро изменится, если тело надолго оставить на жаре. Себастьян напрягся. Его длинные руки были несоразмерно худы по сравнению с шириной плеч, но благодаря упрямству и решительности ему удалось протащить тело отца по каменному полу, на котором было разлито вино, разбросаны кости фазана и остатки ужина.
Добравшись до травы, Себастьян остановился, дрожа от напряжения, чувствуя, как желудок больно сжимается от голода. Пот струился по вискам, оставляя на коже грязные дорожки, разъедая глаза. Он вытер его рукавом.
«У тебя глаза девчонки, парень, и такой же слабый характер», — вновь услышал он глумящийся голос отца.
Себастьян споткнулся, запутавшись в своем длинном одеянии, и упал, неуклюже раскинув ноги. Он закусил губу, чтобы сдержать невольный вскрик, и быстро взглянул на распростертое тело, которое задел при падении. Но его отец не поднялся. Брендан Керр неподвижно лежал на траве, и большая зеленая муха назойливо жужжала у его виска.
Мальчик стиснул зубы, едва сдерживая дикое желание сбросить тело отца с обрыва, чтобы оно полетело, ударяясь о камни и подпрыгивая, в долину, простирающуюся внизу. Но нет. Его мама не одобрила бы этого. Себастьян должным образом, по-христиански, похоронит своего отца. Он закопает его так глубоко и навалит на него так много камней, что образ покойного никогда больше не будет преследовать его.
Послеобеденное солнце уже спускалось за гору, когда Себастьян бросил последний камень на могилу отца. Глухой удар эхом разнесся в тишине. Прохладный ветерок шевелил растрепанные волосы и надувал парусом его пропитанную потом, расстегнутую на груди рубашку. Себастьян медленно поднял перепачканную глиной руку и осенил себя крестным знамением. Это был символ его матери, ее религия, давно преданная Себастьяном забвению.
Орел парил над долиной в золотистых лучах заходящего солнца, вселяя в Себастьяна головокружительное чувство свободы. Он поднялся по ступеням Данкерка в башню. Всего несколько минут ушло у него на то, чтобы сложить в рюкзак свои скудные пожитки: поношенную рубашку, две сморщенные картофелины, филигранной работы серебряную брошь, которая принадлежала его матери. Он повернулся, чтобы уйти, но остановился на пороге, замерев на несколько секунд в угасающих солнечных лучах.
Опустившись на колени возле кровати, Себастьян бросил виноватый взгляд через плечо.
Последний раз, когда он осмелился прикоснуться к сундуку отца, тот так избил его, что у мальчика еще много дней звенело в ушах.
Руки Себастьяна дрожали, когда он открывал крышку. Роскошный шотландский плед лежал сверху, свернутый руками отца с такой нежностью, что это заставляло сердце Себастьяна болеть от ревности и обиды. Плед был последним воспоминанием о прошлом, когда Керры и Мак-Кеи сражались бок о бок под началом одного вождя в одном клане. Он провел грязным пальцем по черно-зеленым квадратам, уносясь в мечтах к тому времени, когда раздавался звон ударов палашей и звуки волынки разносились среди туманных холмов.
Себастьян закрутился в плед. Мягкая, роскошная шерсть укрывала его худое тело, приятно согревая. Он порылся в своем рюкзаке и достал оттуда материнскую брошь, чтобы сколоть концы пледа на своем плече.
Заходящее солнце раскрасило небо в оранжевый цвет, когда Себастьян сошел по стертым каменным ступеням замка и стал осторожно спускаться вниз по скале.
Когда вересковая долина запестрела в последних золотых бликах угасающего заката, Себастьян побежал, радуясь свежему ветру и разминая затекшие от тяжелой работы мускулы, наслаждаясь ощущением теплой земли под своими босыми огрубевшими ступнями. Плед развевался на ветру, хлопая его по ногам.
На полпути через вересковую пустошь он остановился и обернулся, чтобы взглянуть на Данкерк, четко вырисовывающийся на фоне потемневшего неба.
Когда-нибудь он вернется сюда, поклялся себе Себастьян. Не ночью, как крадущийся вор, а ясным днем он проедет по дороге в прекрасной карете, с полным кошельком и таким же полным желудком. Он будет таким сильным и властным, что никто не посмеет остановить его. Ни закон. Ни Мак-Кей. Ни даже эхо глумливого отцовского голоса. Он взойдет на ту гору, разодетый в пух и прах, и плюнет на могилу отца.
Когда-нибудь.
Себастьян рывком подтянул рюкзак и побежал в опускающуюся на долину ночь, больше ни разу не оглянувшись.
ЧАСТЬ I
Нарядов блеск и красота
Волнуют нас слегка.
Но девственная чистота
Разит наверняка.
Роберт Бернс
ГЛАВА 1
Нортамберленд, Англия, 1791 год
Пруденс пробиралась сквозь густой кустарник. Узел волос на затылке рассыпался и упал на плечи мокрыми, слипшимися сосульками. Она остановилась в своем стремительном беге и вытащила шпильки, увенчанные жемчужинами. Затем сунула их в глубокий карман, чтобы ни одна не потерялась, но, как она подозревала, такая предусмотрительность была излишней. Хотя ее тетя никогда бы не призналась в этом, она бы никогда не стала тратить настоящие жемчужины на шпильки для своей невзрачной племянницы.
Пруденс подхватила свои бархатные юбки, прежде чем ринуться дальше. Мокрые ветки хлестали ее по лицу. Молния расколола яркими полосами ночное небо и на миг осветила темный лес. Пруденс снова закричала, но ее отчаянный крик был подхвачен порывом ветра и потонул в оглушительном треске громового раската. Потоки ливня обрушились на лес, превращая даже конусообразные раскидистые сосны в ненадежное убежище от хлещущей воды. Пруденс обхватила рукой ствол дерева и подняла голову, напрягая слух, в надежде услышать ответный крик сквозь рев бури.
Подставив лицо дождю, она страстно желала отдаться во власть бурной радости ночи: раскатам грома, вспышкам молнии, струящимся по ее коже потокам летнего ливня. Как сильно это все отличалось от стороннего наблюдения за дождевыми потоками, сбегающими по стеклу, когда сидишь в теплой комнате на подоконнике с книгой в руке, уютно устроившись среди шелковых подушек. Какая-то первобытная жажда побудила ее широко открыть рот, чтобы поймать капли дождя языком. Но сейчас было не время для ребяческих забав и шалостей. Ее промедление могло повлечь смерть того, кто был ей дорог.
Тяжелые юбки облепили ноги, когда девушка наконец выбралась из зарослей на вершину холма. Ветер завывал вокруг нее. Глухой рокот прокатился по лесу. Пруденс подумала, что это гром, но вспышка молнии, осветившая дорогу внизу, показала, что она ошиблась. Девушка припала к склону, по которому стремительно неслись потоки мутной воды, и прищурилась; ее слабое зрение еще больше ухудшала серая пелена дождя.
Карета, запряженная четверкой лошадей, резко остановилась на дороге. Пруденс не знала, кому принадлежит покрытый позолотой герб на дверце кареты. Девушка в ужасе затаила дыхание, когда поняла, почему карета остановилась так резко.
Ее окружила четверка зловещих темных всадников. Один из этих людей, который, очевидно, был их вожаком, рявкнул приказание кучеру. Даже в темноте, в которую на мгновение врывались яркие вспышки молнии, можно было увидеть, что лицо кучера стало мертвенно-бледным.
Вновь оглушающе пророкотал гром. Ногти Пруденс вонзились в выступающие над землей узловатые корни старой сосны, когда один из разбойников сорвал дверцу кареты с петель. Дикий визг женщины раздался в ночи. Вожак медленно поднял руку. Блеснула молния, освещая тонкий ствол пистолета. Но не пистолет привлек внимание Пруденс, а пушистый комочек серо-белого меха, который упал с нависающей ветки и прижался к крыше кареты.
«Себастьян!» — закричала она.
Забыв о всякой осторожности, Пруденс бросилась вниз по склону, скользя по мокрым от дождя и грязи листьям.
Этот крик оказался роковым для Себастьяна Керра. Он повернулся на лошади, оглядывая склон холма в поисках источника этого отчаянного крика, выдавшего его настоящее имя в местах, где у него не было имени. В какой-то безумный миг он поверил, что это был голос его матери, полный тоски и страха за него.
Ночь взорвалась сумятицей звуков и движений. Лошадь Себастьяна дернулась, сопротивляясь натяжению удил. Воспользовавшись его замешательством, кучер размахнулся своим кнутом и ударил Себастьяна в живот. Его пистолет разрядился вспышкой огня, наполнив воздух резким запахом пороха, когда Себастьян, не ожидая такого яростного отпора, свалился с лошади. Он тяжело упал на дорогу, лодыжка подвернулась, угрожающе хрустнув. Безумное визжание женщины в карете не прекращалось. В какой-то момент Себастьян даже пожалел о том, что не пристрелил ее.
Все произошло в считанные секунды. Лошади его спутников сорвались с места, вспенивая копытами жидкую грязь на дороге, и растворились в ночи вместе со своими всадниками в развевающихся черных плащах и масках. Рука кучера в перчатке поднялась. Себастьян застыл, ожидая смертельного удара кнутом. Но кучер хлестнул лошадей, приводя упряжку в движение. Карета помчалась прочь, стремительно набирая скорость и бешено раскачиваясь на раскисшей от дождя дороге.
И вновь тишину ночи нарушал только шелест дождя и отдаленные раскаты грома.
Себастьян беспомощно лежал на дороге. Дождь стекал по лицу, жидкая грязь проникала сквозь складки плаща, неприятно холодя тело. Неужели это мать звала его по имени? Он закрыл глаза, вспоминая ее мелодичную французскую речь, чувствуя нежное прикосновение ее ладоней к своему пылающему лбу.
Восстановив дыхание, Себастьян слегка пошевелился и ощутил пульсирующую боль в лодыжке. Какой же он дурак! Это, должно быть, отец позвал его. Он зажмурил глаза и закусил губу, отчаянно пытаясь сдержать стон, когда волна боли прокатилась вверх по ноге. Гортанный картавый рокот шотландского горца, принадлежавший его отцу, загремел у него в ушах: «Себастьян» — глупое имя для глупого мальчишки!» Он вздрогнул, ожидая удара заляпанного грязью сапога по лодыжке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59
 Шекли Роберт - Детектив Дракониан - 2. Между Сциллой и Харибдой 
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
 Фостер Алан Дин - Странствия законоучителя - 1. Пожиратели света и тьмы - скачать книгу бесплатно 
загрузка...
 Хейкрафт Молли - читать книгу онлайн