Я вытащил нож и полоснул по брезенту задней стенки. И вдруг палатка наполнилась зеленым огнем. Он искрами отскакивал от всех металлических предметов и вышиб револьвер у меня из рук. Я прорезал брезент и выскочил наружу.
Обежав палатку кругом, я увидел Арнека, стоящего перед входом. В руке он держал оружие, похожее на то, что я видел у Вади. Я крикнул:
— Бросайте.
Минуту поколебавшись, он бросил его на землю.
— Теперь отойдите, — сказал я. — Идите к своей сестре, только медленно, шагом.
Он пошел. Я поднял его оружие.
— Прекрасно, — сказал я. — Теперь можно сделать передышку.
Я позвал Салли Тэйт, сказав ей, что опасности больше нет.
Все это время Вади стояла, приложив руку к губам, и смотрела вверх, куда-то в туман.
Салли Тэйт вышла из другой палатки. Мальчик был у нее на руках. Лица обоих были бледны и заплаканы.
— Все в порядке, — сказал я. — Вы можете ехать…
Я хотел сказать «домой», но в небе раздался звук, который не был ни ветром, ни громом, да и вообще в нем не было ничего природного, скорее это был шум от выбрасываемой воздушной струи. Я ощутил сильное давление сверху, трава приникла к земле, а ветви деревьев согнулись. Туман пошел клочьями, забурлил, рассеялся.
Что-то непонятное коснулось верхушки мачты.
Арнек повернулся и побежал к Вади, и я не стал его останавливать. Я придвинулся ближе к Салли, которая стояла с разинутым ртом и широко раскрытыми глазами.
Мачта начала опускаться вниз, таща за собой предмет. Думаю, я сразу понял, что происходит. Предмет представлял собою цилиндр длиной примерно в пятьдесят футов; ни крыльев, ни реактивных двигателей на нем не было. Я смотрел, как он медленно опускается, удерживаемый на острие мачты магнитными захватами. Мачта была автоматической посадочной направляющей. Она плавно опускала корабль между деревьями с такой же аккуратностью, как продевают нитку в ушко иголки.
Все это время я чувствовал на себе жуткое дыхание страха.
В боковой стенке корабля открылась дверца. И хотя это была последняя, завершающая деталь, которой мне не хватало для полноты картины, я был сильно потрясен тем, что увидел. Родное небо, в котором я был уверен на сто процентов, внезапно разорвалось над моей головой, словно облако под порывом ветра, и в образовавшуюся черную брешь на меня хлынул межзвездный холод, пронзила безграничность и отчужденность бесчисленных биллионов солнц. Я содрогнулся от подобных масштабов. Я был ничто и никто, бесконечно малая пылинка в беспредельном пространстве космоса, слишком огромном, чтобы все это вынести человеку. Звезды подступили слишком близко. Мне захотелось опуститься на четвереньки, ползти, выть по-собачьи.
Неудивительно, что Арнек, Вади и мальчишка были такими странными. Мутация здесь ни при чем — просто все они были не с Земли.
Они пришли из другого мира.
Из дверцы сам собой опустился трап. Какой-то человек проворно сошел на землю и заговорил с Арнеком. От Арнека он отличался разве что своей необычной, плотно прилегающей к телу одеждой из темной материи. Арнек указал в мою сторону и поспешно что-то сказал. Человек повернулся и поглядел на меня, поза его выражала тревогу. Я почувствовал себя неразумным ребенком, сжимающим в тонкой ручке игрушечный пистолет. Или по-другому — одиночкой-землянином, который, как последний спартанец, защищающий Фермопилы, кричит в лицо бессчетной инопланетной силе: «Здесь вам не пройти!»
Все время, пока Арнек разговаривал с незнакомцем, около корабля кипела работа. С задней стороны тоже открылся люк, и теперь из обоих отверстий спешно стали вылезать люди. Здесь были и мужчины и женщины. Все они с виду были человеческими существами. Может быть, слегка необычными, немного странными, но человеческими. Они были разных типов, разного цвета кожи, роста, сложения, но все они мало чем отличались от жителей Земли. Выглядели они взволнованными; похоже, место, в котором они оказались, вызывало у них неподдельный испуг. Некоторые женщины плакали. Всего их было человек двадцать.
Тут я понял, для чего все это было Арнеку и Марлину нужно, и меня разобрал смех. Настолько их замысел представился мне банальным и скучным.
— Контрабандная рабочая сила, — сказал я вслух. — Так вот чем вы занимаетесь, контрабандисты залетные!
Залетные… Да уж, действительно.
Потом, когда я все это обдумал детально, ситуация показалась мне не такой смешной.
Незнакомец повернулся и что-то крикнул вышедшим из корабля людям. Мужчины и женщины замерли, некоторые еще были на трапах. Раздался шум голосов. Те, что не успели сойти, подались в стороны, и человек восемь, одетые в униформу, выпрыгнули наружу с оружием в руках.
Салли Тэйт испустила дикий крик. Ребенок выпал у нее из рук. Он сидел на мокрой земле, и ветер дул ему прямо в лицо; мальчик даже плакать не мог от охватившего его испуга. Салли пошатывалась. Ее сильное, здоровое тело вдруг расслабилось и сделалось вялым, мускулы безвольно обмякли. Она повернулась и, пошатываясь, побрела к палатке. Затем упала возле самых дверей и проползла остаток пути, как пришибленная собака. Так она и осталась лежать у входа, и брезентовое полотно клапана хлопало у нее над головой.
Я не винил ее.
Сам не знаю, какая непонятная сила удержала меня от того, чтобы присоединиться к ней.
Из восьми человек у пяти не было ничего человеческого. Двое из них даже отдаленно не напоминали людей.
Я не в состоянии их описать. Я не в силах даже отчетливо вспомнить, как они выглядели.
Если честно, я не хочу вспоминать.
Чтобы привыкнуть к их облику, нужно прожить с ними очень долго, возможно всю жизнь. Но я на такой подвиг не способен. Даже если завтра космические полеты станут делом обыкновенным. Слишком я для этого стар, слишком свыкся с образом жизни, который веду с рождения. Возможно, другие окажутся податливее, чем я. Тем лучше для них.
Я поднял мальчика и побежал.
Снова полил дождь. Я бежал вниз по склону с мальчиком на руках. Зеленые молнии летели за нами следом.
Мальчик стал дышать ровно. Он спрашивал меня, почему мы должны умереть. Я говорил ему, что все будет нормально, и продолжал бежать.
Мы упали и скатились на дно глубокой расщелины. Тело болело от ушибов. Мы лежали в мокрых кустах и смотрели на молнию, пронзавшую ночь над нами. Через некоторое время в небе все успокоилось.
Я взял мальчика на руки, выбрался из расщелины и осторожно продолжил спуск.
Вскоре мы наткнулись на Эда Беттса и сборный отряд, осторожно прокладывающий себе путь вверх по склону горы.
Один из них взял у меня ребенка. Я бросился к Эду и сказал заплетающимся языком:
— Они высаживают незаконно завербованных.
— Там, наверху?
— У них корабль, — сказал я ему. — Они чужие, Эд. Они не с Земли.
На меня вновь напал смех.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12