Рядом с юной красавицей он чувствовал себя умиротворенным, великодушным, а будущее казалось исполненным надежды и счастья. Клятва, которой влюбленные скрепили сегодня свой союз, обещала новые любовные открытия и радости.
Седжкрофт разделся и заключил любимую в объятия.
Его ладони непрестанно гладили нежную кожу, словно руки скульптора, наносящие последние штрихи на только что законченное произведение. Чувствовать тепло родного тела было жизненно необходимо. Ощущение предстоящей близости дарило уверенность и спокойствие.
– Мы все сделали как положено, – прошептала Джейн, доверчиво прижимаясь к мужу. – Красивая свадьба, и никаких скандалов.
Седжкрофт наклонился и поцеловал горячие, сухие от желания губы.
– Только представь, – прошептал он, – к алтарю явились и жених, и невеста, причем одновременно.
– Плохо, правда, что они не дождались окончания торжественного завтрака.
– Это поистине ужасно, – поддержал Грейсон, нежно сжимая руку жены. – Мне показалось, что невеста выглядела излишне возбужденной. Знаю, что это совсем не аристократично, но во время церемонии не мог думать ни о чем другом, кроме как побыстрее добраться до спальни и уложить ее в постель.
– А я не спускала глаз с жениха.
– Правда? – Во всей красе великолепной эрекции маркиз подвел молодую супругу к ложу. – И почему же это?
– Сгорала от желания, – прошептала та, не в силах оторвать взгляд от синих глаз.
– О, ты не лукавишь?
– Только никому не рассказывай, – попросила Джейн. – Ведь приличной женщине не пристало вожделеть мужчину прямо во время торжественного завтрака.
Седжкрофт сел на край постели, а жену надежно устроил у себя на коленях.
– Честно говоря, я и сам весьма склонен к разного рода неприличным затеям.
– Может быть, соизволишь объяснить подробнее?
Маркиз легко приподнял возлюбленную и положил на голубое шелковое покрывало.
– Наверное, лучше не объяснять, а показать. Подобные вещи требуют наглядности.
Джейн рассмеялась и блаженно прикрыла глаза. Она представила многие и многие дни, ночи и утра, которые им предстояло провести вдвоем. Вспомнила клятвы, которыми они только что обменялись перед Богом и людьми. Да, на сей раз все действительно прошло как положено.
– Грейсон…
– Не прерывай, милая. Демонстрировать неприличные затеи – дело не из легких.
Он легко, одними пальцами погладил полную грудь, спустился ниже, к пупку, а потом добрался до влажных кудрявых зарослей.
– О! – вздохнула Джейн и приподнялась на локтях, но тут же снова легла, раскрывшись навстречу возлюбленному.
Пошевелив бедрами, она придвинулась как можно ближе к самому желанному на свете мужчине – со спускающимися на плечи светлыми волосами, подернутыми дымкой страсти синими глазами, полными соблазнительных обещаний, – порочному любовнику, о котором втайне мечтает каждая женщина. Этот мужчина – ее муж!
Джейн слегка приподнялась.
– Грейсон, пожалуйста…
– Терпение – одна из основных добродетелей.
– Не упоминай о добродетели в такие моменты. Я хочу тебя!
Маркиз соскользнул на пол и, крепко обняв жену за талию, посадил на край постели. Широко расставив ноги, развел ее бедра, обнажая созревшую для любви, полную жизни розовую плоть.
Он легко скользнул в исполненную жажды бездну и погрузился в ее глубины. Блаженство. Жар. Ощущение пульсации влажного женского тела – до того великого момента, пока не закипела кровь и не напряглось, словно струна, тело. Грейсон потерся бедрами о бедра возлюбленной, каждым движением стремясь обострить удовольствие. Глубокие, животворящие погружения в плодородные глубины сменялись медленными отступлениями – в ровном мощном ритме, дарящем ощущение бесконечного, неизбывного удовольствия.
– Еще, – прошептала Джейн. – Больше. Сильнее.
Подчиняясь древнему, как мир, инстинкту, Грейсон подвел жену к самой вершине счастья и в последнее мгновение отступил. Минуту спустя Джейн прогнулась, переживая несказанное блаженство, и он последовал за возлюбленной, познав завершенность, дарованную лишь ее любовью.
Спустя полчаса пара все еще лежала в том самом положении, которое подсказал любовный экстаз. Близился вечер, и клонящееся к закату солнце согревало свадебное ложе косыми лучами. Джейн уютно прильнула к плечу возлюбленного и пыталась разобрать долетавшие снизу интригующие звуки.
– О Господи! – наконец воскликнула она, пытаясь освободиться из тесного сплетения рук, ног, шелковых простыней и сесть. – Эти голоса вызывают беспокойство. Не понимаю, откуда они доносятся – с крыльца или с улицы.
– Тсс… – Седжкрофт снова прижал любимую к груди. – Эмма и Хит прекрасно справятся с любой ситуацией. А нам можно побыть вдвоем и отпраздновать нашу любовь.
Джейн снова закрыла глаза и положила голову на плечо мужа. Признательность наполнила сердце. Ведь именно об этом она мечтала, именно этого ждала – близости, понимания, доверия. Ради минут истинного счастья готова была пожертвовать собственной репутацией. Нежелание следовать нормам жизни пустого светского общества полностью оправдало себя. Конечно, можно было выбрать более утонченные методы протеста, но результат превзошел даже самые смелые ожидания, подарив ей любовь и объятия Грейсона.
Разве могла Джейн предположить, что отчаяние сменится таким огромным счастьем? Кто бы мог предсказать, что известный всему Лондону ловелас окажется самым преданным из мужчин, способным на глубокое чувство?
– Больше всего на свете хочется, чтобы каждый смог обрести то умиротворение, которого наконец-то достигли мы, – прошептала молодая маркиза Седжкрофт. – Жаль, что Эмма и Хлоя выглядели сегодня немного грустными. А Дрейк со всеми этими женщинами… ну что тут скажешь?
Грейсон ласково усмехнулся:
– Подумать только – не успела завершиться одна история, как ты уже сочиняешь следующую. Моя маркиза в роли сводни. Может быть, хотя бы на несколько часов забудем об интригах?
– Ты придумал что-нибудь более интересное?
– Ну, раз ты спрашиваешь…
Кончиками пальцев Джейн погладила любимое лицо.
– Свадьба прошла на высшем уровне, поистине безупречно.
Грейсон Седжкрофт крепко прижал к себе возлюбленную; сердце переполнилось благодарностью судьбе за такой подарок. Жена, любовница, умный и добрый советчик. Соучастница самых смелых любовных проказ и та единственная женщина, которая на распутье помогла выбрать верную дорогу.
– Я очень, очень люблю тебя, Джейн.
– А я безумно люблю тебя, мой дорогой.
Снизу доносились смех, крики, стук дверей. Родственники и друзья искренне радовались единению двух любящих сердец.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79
Седжкрофт разделся и заключил любимую в объятия.
Его ладони непрестанно гладили нежную кожу, словно руки скульптора, наносящие последние штрихи на только что законченное произведение. Чувствовать тепло родного тела было жизненно необходимо. Ощущение предстоящей близости дарило уверенность и спокойствие.
– Мы все сделали как положено, – прошептала Джейн, доверчиво прижимаясь к мужу. – Красивая свадьба, и никаких скандалов.
Седжкрофт наклонился и поцеловал горячие, сухие от желания губы.
– Только представь, – прошептал он, – к алтарю явились и жених, и невеста, причем одновременно.
– Плохо, правда, что они не дождались окончания торжественного завтрака.
– Это поистине ужасно, – поддержал Грейсон, нежно сжимая руку жены. – Мне показалось, что невеста выглядела излишне возбужденной. Знаю, что это совсем не аристократично, но во время церемонии не мог думать ни о чем другом, кроме как побыстрее добраться до спальни и уложить ее в постель.
– А я не спускала глаз с жениха.
– Правда? – Во всей красе великолепной эрекции маркиз подвел молодую супругу к ложу. – И почему же это?
– Сгорала от желания, – прошептала та, не в силах оторвать взгляд от синих глаз.
– О, ты не лукавишь?
– Только никому не рассказывай, – попросила Джейн. – Ведь приличной женщине не пристало вожделеть мужчину прямо во время торжественного завтрака.
Седжкрофт сел на край постели, а жену надежно устроил у себя на коленях.
– Честно говоря, я и сам весьма склонен к разного рода неприличным затеям.
– Может быть, соизволишь объяснить подробнее?
Маркиз легко приподнял возлюбленную и положил на голубое шелковое покрывало.
– Наверное, лучше не объяснять, а показать. Подобные вещи требуют наглядности.
Джейн рассмеялась и блаженно прикрыла глаза. Она представила многие и многие дни, ночи и утра, которые им предстояло провести вдвоем. Вспомнила клятвы, которыми они только что обменялись перед Богом и людьми. Да, на сей раз все действительно прошло как положено.
– Грейсон…
– Не прерывай, милая. Демонстрировать неприличные затеи – дело не из легких.
Он легко, одними пальцами погладил полную грудь, спустился ниже, к пупку, а потом добрался до влажных кудрявых зарослей.
– О! – вздохнула Джейн и приподнялась на локтях, но тут же снова легла, раскрывшись навстречу возлюбленному.
Пошевелив бедрами, она придвинулась как можно ближе к самому желанному на свете мужчине – со спускающимися на плечи светлыми волосами, подернутыми дымкой страсти синими глазами, полными соблазнительных обещаний, – порочному любовнику, о котором втайне мечтает каждая женщина. Этот мужчина – ее муж!
Джейн слегка приподнялась.
– Грейсон, пожалуйста…
– Терпение – одна из основных добродетелей.
– Не упоминай о добродетели в такие моменты. Я хочу тебя!
Маркиз соскользнул на пол и, крепко обняв жену за талию, посадил на край постели. Широко расставив ноги, развел ее бедра, обнажая созревшую для любви, полную жизни розовую плоть.
Он легко скользнул в исполненную жажды бездну и погрузился в ее глубины. Блаженство. Жар. Ощущение пульсации влажного женского тела – до того великого момента, пока не закипела кровь и не напряглось, словно струна, тело. Грейсон потерся бедрами о бедра возлюбленной, каждым движением стремясь обострить удовольствие. Глубокие, животворящие погружения в плодородные глубины сменялись медленными отступлениями – в ровном мощном ритме, дарящем ощущение бесконечного, неизбывного удовольствия.
– Еще, – прошептала Джейн. – Больше. Сильнее.
Подчиняясь древнему, как мир, инстинкту, Грейсон подвел жену к самой вершине счастья и в последнее мгновение отступил. Минуту спустя Джейн прогнулась, переживая несказанное блаженство, и он последовал за возлюбленной, познав завершенность, дарованную лишь ее любовью.
Спустя полчаса пара все еще лежала в том самом положении, которое подсказал любовный экстаз. Близился вечер, и клонящееся к закату солнце согревало свадебное ложе косыми лучами. Джейн уютно прильнула к плечу возлюбленного и пыталась разобрать долетавшие снизу интригующие звуки.
– О Господи! – наконец воскликнула она, пытаясь освободиться из тесного сплетения рук, ног, шелковых простыней и сесть. – Эти голоса вызывают беспокойство. Не понимаю, откуда они доносятся – с крыльца или с улицы.
– Тсс… – Седжкрофт снова прижал любимую к груди. – Эмма и Хит прекрасно справятся с любой ситуацией. А нам можно побыть вдвоем и отпраздновать нашу любовь.
Джейн снова закрыла глаза и положила голову на плечо мужа. Признательность наполнила сердце. Ведь именно об этом она мечтала, именно этого ждала – близости, понимания, доверия. Ради минут истинного счастья готова была пожертвовать собственной репутацией. Нежелание следовать нормам жизни пустого светского общества полностью оправдало себя. Конечно, можно было выбрать более утонченные методы протеста, но результат превзошел даже самые смелые ожидания, подарив ей любовь и объятия Грейсона.
Разве могла Джейн предположить, что отчаяние сменится таким огромным счастьем? Кто бы мог предсказать, что известный всему Лондону ловелас окажется самым преданным из мужчин, способным на глубокое чувство?
– Больше всего на свете хочется, чтобы каждый смог обрести то умиротворение, которого наконец-то достигли мы, – прошептала молодая маркиза Седжкрофт. – Жаль, что Эмма и Хлоя выглядели сегодня немного грустными. А Дрейк со всеми этими женщинами… ну что тут скажешь?
Грейсон ласково усмехнулся:
– Подумать только – не успела завершиться одна история, как ты уже сочиняешь следующую. Моя маркиза в роли сводни. Может быть, хотя бы на несколько часов забудем об интригах?
– Ты придумал что-нибудь более интересное?
– Ну, раз ты спрашиваешь…
Кончиками пальцев Джейн погладила любимое лицо.
– Свадьба прошла на высшем уровне, поистине безупречно.
Грейсон Седжкрофт крепко прижал к себе возлюбленную; сердце переполнилось благодарностью судьбе за такой подарок. Жена, любовница, умный и добрый советчик. Соучастница самых смелых любовных проказ и та единственная женщина, которая на распутье помогла выбрать верную дорогу.
– Я очень, очень люблю тебя, Джейн.
– А я безумно люблю тебя, мой дорогой.
Снизу доносились смех, крики, стук дверей. Родственники и друзья искренне радовались единению двух любящих сердец.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79