ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Однажды прибыл сам генерал Уилкинсон, важный и болтливый, с узкими глазами. Он не понравился Тео, но она обращалась с ним с осторожной вежливостью, зная, что это самый близкий сподвижник Аарона, и жизненно необходим для успеха дела.
Бленнерхассетов она полюбила. Как можно было не полюбить людей, которые благоговели перед ее отцом, и она вызывала у них бурные восторги, словно королева!
Одежда их уже не казалась ей смешной. Она придерживалась ирландской моды двадцатилетней давности. Миссис Бленнерхассет в своих платьях с кринолином и шляпах со страусовыми перьями выглядела лишь немного менее эксцентричной, чем ее муж, страдающий близорукостью, в коротких штанах, с напудренным париком, всегда сидевшем косо на его голове, когда он бегал туда-сюда по своему имению. Может быть, было не так уж плохо, что он не мог за двадцать шагов отличить человека от лошади, потому что его леди иногда бросала на Аарона такие взгляды, которые нельзя было объяснить одним почтением к царственной особе. Сама Теодосия однажды была смущена, случайно зайдя в библиотеку и застав там нежную сцену.
На диване сидел Аарон, и по тому, как быстро отодвинулась и явно смутилась миссис Бленнерхассет, Теодосия поняла, что до ее появления эта леди обнимала его. Аарон, хорошо владевший собой, только слегка подмигнул дочери. Тео убежала, бормоча извинения. Позже, когда она осталась с ним наедине, он вернулся к этому происшествию.
– Может быть, моя девочка, было бы лучше, если бы ты стучалась, когда двери закрыты, тебе не кажется?
– Прошу прощения, – пробормотала она, – но я не представляю себе, и, папа, в самом деле…
Она уже так привыкла к тому, что он привлекателен для женщин, что и забыла об этом. Она смутно понимала, что иногда он позволяет себе любовные похождения, но он сам никогда не допускал, чтобы она замечала это. Но случай с их хозяйкой сейчас показался ей немного неприятным.
– Не будь ханжой, дорогая, – засмеялся Аарон, – и умоляю, поверь, я знаю, что к чему. Если нужно несколько поцелуев, чтобы сделать приятное дамам и усилить их преданность нашему делу, то не вижу причин им отказывать. Если говорить попросту, почему бы не убить двух зайцев?
Во взгляде его было столько нежности и плутоватого юмора, что она, наконец, стала смеяться вместе с ним, а потом забыла эту историю. Но больше подобных открытий она не делала.
Времяпрепровождение здесь было приятным. Тео игнорировала повелительные письма от Джозефа, требовавшего ответить, что она делает и когда вернется. По ребенку она тосковала, но знала, что Элеонора хорошо присматривает за ним, и была уверена, что уже скоро сможет за ним послать.
Между тем напряжение и суета на острове дошли до предела. Было построено пятнадцать боевых кораблей, закуплены большие партии муки, солонины и других продуктов. Строились зерносушилки. Вовсю шли приготовления.
Внизу, в Натчизе также строились суда. По сигналу они должны будут сойтись в одной точке для наступления на воде, тогда как генерал Уилкинсон во главе своих войск начнет марш на суше.
– Когда все начнется, папа? – спрашивала Тео в редкие моменты, когда можно было поговорить наедине.
– Как только мы объявим войну Испании или она нам.
– Ты уверен, что будет война?
«Как он мог, думала она, быть таким хладнокровным?»
– Конечно, – отвечал он, улыбаясь.
– Но если ее все же не будет?
Аарон пожал плечами.
– Если не будет, начнем действовать более медленно, начнем с моих земель на Вашита. У меня много стрел в запасе. – Он ласково погладил ее по руке. – Терпение, дитя мое. Империи не строятся за один день.
Она, успокоенная, умолкала.
Но сам Аарон вовсе не был так доволен, как казалось. Война с Испанией страшно задерживалась, а Джон Свартвоут, его молодой преданный друг, писал ему шифром, что в газетах на Востоке появились тревожные упоминания об «изменническом заговоре на Западе», которым руководил человек, «бывший главным должностным лицом края, но впавший в бесчестье». Что за преждевременная утечка информации? Быстрота и внезапность – основа успеха. Он удвоил свою энергию. И все же разочарования продолжались.
Однажды утром Теодосия, проснувшись, выглянула в окно спальни и увидела лодку, приближающуюся к причалу Бленнерхассетов. Она сразу узнала знакомую коренастую фигуру человека, сидевшего в ней. Она охнула, надеясь, что глаза обманывают ее, но сомнений не было. Она быстренько оделась и побежала встречать его.
– Джозеф! – вскрикнула она. – Какой приятный сюрприз!
Он быстро поцеловал ее.
– Я приехал забрать тебя, – сказал он хмуро. – Ты не отвечаешь на письма. Я никогда не отпустил бы тебя, если бы понимал ситуацию.
– Но ты ее и не понимаешь. Все идет, как надо. – Она прервала сама себя. Бесполезно с ним сейчас разговаривать, он смотрит букой.
– Тебе надо позавтракать, – практично заметила она. – Ты наверняка устал с дороги.
Вдруг ее поразила страшная мысль.
– С Гампи все в порядке? Не болен он? Ты не поэтому приехал?
– Нет. Не болен. Он в Дебордье, с Элеонорой. Но скучает по тебе сильно. Тебе надо возвращаться немедленно. Я больше не намерен терпеть этот идиотизм.
– Мы еще поговорим с тобой об этом, дорогой. Посмотри вокруг. Разве это не райский уголок?
– Райский! – фыркнул он. – Разве что черномазые так представляют рай. Страшная глушь, мишура, дешевка. Я слышал, что он сошел с ума.
Она вздохнула. Джозеф в дурном настроении и решил быть упрямым. Чисто элстонский отказ признавать все, что не каролинское.
Бленнерхассеты приняли «принца-супруга» с обычным почтением и ирландским радушием. Правда, их настроение испортилось из-за холодного неприязненного отношения к ним гостя. Он сам чувствовал себя скверно, не понимая, действительно ли здесь на его глазах зреет опасный заговор, или это – обман. До него тоже дошли скверные слухи с Востока, и ему было неспокойно. Что бы там ни было, Теодосии здесь не место. Период лихорадки в Каролине прошел. Она должна вернуться в свой настоящий дом.
Она ничего не могла поделать с ним. Она думала, что все уладится, когда отец сам поговорит с ним.
Но Аарон жестоко разочаровал ее.
– Боюсь, тебе надо ехать, дорогая, хотя ты сама знаешь, как я не люблю с тобой расставаться. Дело еще не созрело. И было бы неразумно привозить сюда Гампи, пока не обустроено место, где мы могли бы поселить его. К тому же, ты нужна ему сейчас. Тебе лучше вернуться.
У нее слезы выступили на глазах.
– Но я надеялась никогда не возвращаться. Мне там страшно не нравится. И это так далеко от тебя, я ничего не узнаю о ваших делах…
– Не надо слез и волнений, крепись, дорогая. Ты же знаешь, не люблю я этого, – сказал он вдруг с нежностью. – Я буду сообщать тебе о наших делах, используя тот же шифр, что прежде.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91