ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


На следующий день в голубятню нагрянули солдаты Хпирнов, и, опять-таки, благодаря невероятному совпадению, Шэддаль и два его гвардейца сумели прорваться сквозь кольцо окружения и сбежать.
Еще троих в этой облаве убили.
Как выяснилось, именно тогда Хпирны решили уничтожить всех осведомителей Ашэдгуна — одним ударом. Они знали многое, так что смогли обезвредить если и не всех, то почти всех.
Остальные, видимо, затаились и боялись лишний раз привлечь к себе внимание, а не то что послать письмо в Ашэдгун.
Тиелиг знал, что подобный рассказ у слушавших вызвал недоверие. Слишком много совпадений. Но жрецу казалось, что Шэддаль не лжет. Сотник на самом деле сумел спастись, на самом деле выкрал голову Руалнира, на самом деле пробрался через все препятствия и попал в Гардгэн всего на два дня позже, чем прилетел почтовый голубь. Шэддаль был не из тех людей, которые способны предать. А Тиелиг был не из тех, кого можно обмануть складными речами или искусной игрой. Поэтому когда Пресветлый спросил, верит ли жрец рассказчику, жрец сказал, что верит. И этим спас сотника от казни — а Талигхилл уже готов был отдать приказ. Разумеется, мальчик держится ничего, но подобные рассказы воспринимать спокойно очень тяжело. Не удивительно, что он был на взводе.
Тиелиг покачал головой и ступил на улицу Церемоний. У облупленной стены храма Бога Удачи, Гээр-Дила, как и два дня назад, сидел торговец амулетами. Тиелиг подошел к нему и встал рядом со столиком.
— Торгуешь? — тихо спросил у низенького человечка.
— Торгую, — согласился тот, не поднимая головы. — Но только никто не желает покупать. Не верят.
— Да, знаю. Не верят. Но возможно, скоро все изменится.
— Думаешь?
— Война, — сказал жрец. — Война заставит их поверить. Когда человеку не на что больше надеяться, когда от его силы, ума, доброты уже ничего не зависит, — он вспоминает о Богах.
— И проклинает их за то, что дали ему слишком мало силы, ума и доброты, — горько рассмеялся торговец амулетами. — Мне кажется, что даже война ничего не изменит. По крайней мере, для Гээр-Дила. Но не для Ув-Дайгрэйса, так что
— поздравляю.
Тиелиг покачал головой:
— Даже не знаю, принимать ли от тебя эти поздравления…
Он заметил вопросительный взгляд продавца и объяснил:
— Война.
После чего, не прощаясь, пошел дальше, к своему храму. Человечек смотрел ему вслед и растерянно перебирал пальцами позвякивающие амулеты.
/смещение/
Принц не спал всю ночь. Ничего удивительного в этом не было, но и ничего хорошего — тоже.
Как внезапно все изменилось! Талигхилл обкатывал на языке слово война так, будто у него болел зуб, и он постоянно дотрагивался до этого зуба; зуб от этого ныл еще больше, но какая-то неведомая сила заставляла касаться его вновь и вновь.
Война .
Талигхилл никогда не был на войне. Вот отец его был.
/положим, не твой отец, а Руалнир/
Да какая, в сущности, сейчас разница?!
/Никакой/
Отец был на войне. Усмирял восточные племена. Усмирил за пару недель и вернулся. Вот и всей войны — одно название.
/Что ты расстраиваешься? Если ничего не изменится, эта война тоже закончится через пару недель. Только в роли Руалнира будут братья Хпирны, а в роли восточных племен — ашэдгунцы/.
Принц перевернулся на другой бок.
Слишком много всего сразу. Признание Домаба, проблемы с войском, которого не достаточно, чтобы сдержать напор хуминов; завтрашняя церемония и последующее возведение на трон. Он должен будет доказать свое право на этот трон. Признать, что у него есть дар Богов, отметина каждого правителя династии Пресветлых.
Да, это всего лишь церемония, но для Талигхилла подобное признание значит слишком много.
И все равно он сделает его. Отказаться от трона в такие дни он не может. Не имеет права.
Придется сжать свою гордость в кулак и выдавить по капле, как смрадный застоявшийся гной.
Да и… Гордость? Но он ведь на самом деле видел сны, которые теперь стали реальностью.
Черные лепестки? Завтра будет вдоволь черных лепестков. Они устелют собою улицы, по которым пройдет траурная процессия.
Я знал это намного раньше, чем отец уехал. Я мог его спасти!
/Во-первых, это не твой отец. А во-вторых, ты не знал. Черные лепестки могли означать и твои собственные похороны. Любого Пресветлого хоронят подобным образом. Вспомни, мать тоже так хоронили/
До утра принц не заснул, а утром круговерть неотложных дел схватила его за шкирку, как беспомощного котенка. Каковым он, в сущности, и являлся в эти дни.
ДЕНЬ ПЯТЫЙ
И мы, между прочим, сейчас не очень отличались от древнего принца. Мы тоже были беспомощны, и все зависело только от того, как скоро до Башни доберутся спасатели и как скоро они смогут убрать камень. Я, конечно, верил словам Мугида о том, что в гостинице имеется достаточный запас пищи и воды, что мы здесь не загнемся от голода или холода; верил, — но волновался не об этом. Старик не учел одного-единственного фактора. Не учел, потому что не знал о нем, или же знал, учел, но смолчал. Все равно — главное, что я тоже знал об этом факторе и поэтому не мог чувствовать себя в безопасности. Я сходил с ума от вопроса: Кто сегодня обладает сверхъестественной способностью? И — какой именно?
— Прошу всех в Большой зал — думаю, там уже накрывают на стол, — Мугид поднялся со своего трона, и я мельком отметил то, что сегодня он двигается как-то замедленно. Устал, наверное.
— Нулкэр, с вами можно?..
— … Поговорить? — завершил я.
Карна удивленно сдвинула брови.
— Простите, но за эти дни подобную фразу мне приходилось слышать слишком часто. Похоже, Данкэн собирается написать обо мне статью. А то и сразу несколько статей.
— Да? Интересно будет почитать.
— Мне тоже, — признался я. — Так о чем вы хотели поговорить со мной?
— О вчерашнем вечере… И об этой жуткой ночи, — поколебавшись, добавила она.
Из комнатки для повествований все уже вышли, так что мы остались с девушкой одни.
— Дело в том, что я, если помните, вчера вечером сказала: Как было бы хорошо, если бы пошел дождь . Или что-то подобное — сейчас уже не могу точно вспомнить.
— А потом всю ночь лил дождь.
— Вот, вы тоже заметили! — воскликнула она.
— Нет, догадался только сейчас, когда вы сказали. Ну так что же, вас смутило подобное дождевое совпадение?
— Вы не знаете всего, — с отчаяньем в голосе произнесла девушка. — Помните, когда упал камень, который завалил вход, все выбежали на лестницу, и я тогда кричала про мышь? Помните? Так вот, я увидела мышь до того, как камень упал. Я почувствовала, что по мне кто-то бегает, испугалась, закричала и наощупь зажгла лампу. Я заметила только серую спину и длинный хвост, потом мышь скрылась в щели, а я со всей силы швырнула туда книгой. Знаете, когда очень напугана…
— Знаю, — я накрыл ее руку своей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52