ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Так, понятно... Маршрут? Время? - спросил Федя.
- От села до лагеря мы с Рубинчиком промчались за двадцать минут, взглянула на часы Сима.
- Это точно?
- Да, как раз когда был дан сигнал, я поглядела на часы.
- От Выселок до лагеря три километра! Молодцы, ребята, ведь это же мировой рекорд! - восхитился Федя и начал аплодировать подбегающим ребятам.
ТЕТРАДЬ ПЯТАЯ
У каждого своя тайна. - Волшебный аппарат Калиныча. - Фотоателье Феди Усатова. - Дотошные мальчишки. - Храбрые девчонки
- Ребята, молчок! - предупредил Рубинчик.
Да никому и не хотелось рассказывать о своем позорном бегстве. Самим вспомнить тошно. Правда, если не считать многочисленных ссадин, царапин, синяков и пережитого страха, все обошлось благополучно. Удрали без потерь. Часы, фотоаппарат, барабан - все материальные ценности отряда целы. Но моральный ущерб был велик.
Было непонятно и обидно, почему с таким свистом и улюлюканьем их преследовали деревенские ребятишки, которых у околицы угостили конфетами.
Злой шкуродер принял их за каких-то озорников, пришедших его дразнить, - это ладно, бывает. Бабы гнались, приняв их за огородных воришек, - тоже понятно. Но мальчишки-то почему хотели побить?
Помочь в разгадке этой загадки могли только Фома и Ерема.
Вот они и явились. Крадучись, потихоньку. Спросили - все ли живы и здоровы? И, узнав, что, в общем-то, ничего, обошлось, даже рекорд бега по пересеченной местности поставлен, обрадовались.
- Это тоже... А то шкуродер с похмелья мог и ноги переломать. Он страсть не любит, когда его ребята дразнят и летом дохлых кошек подбрасывают... Ох, лют он, когда напьется!
- Он ведь бедняк? - спросил Боб, все еще сожалевший об испорченной фотопластинке.
- Гольный бедняк.
- Значит, его кулаки-самогонщики спаивают? - спросила Сима.
- Вестимо, - кивнули разом Фома и Ерема.
И тут у Симы мелькнула мысль - поймать и разоблачить самогонщиков. Вот будет замечательная помощь деревенской бедноте в борьбе пробив кулаков.
Но ребята не поддержали ее. Хотя Фома и Ерема соглашались показать, где скрываются самогонщики, Рубинчик на это не пошел.
- Нет, я с ними больше не вожусь. Путаники. Опять чего-нибудь напутают! Заведут, да не туда.
Боб тоже не разохотился:
- Я из-за них три пластинки испортил, хорошо еще, уцелел фотоаппарат.
Сима усмехнулась про себя: "Трусят ребята... Ладно, мы им докажем, что девчонки храбрей мальчишек". И она решила провести всю операцию втайне. Вскоре вместе с подружками они уже шептались, сговаривались о чем-то с Фомой и Еремой.
А Рубинчика и Боба захватили другие тайны, каждого своя.
Рубинчик занялся таинственным поведением Калиныча. Случайно подслушанные слова старого слесаря "об этом надо подумать", сказанные в ответ на предложение деда Еграши отремонтировать ему самогонный аппарат, засели в голове Рубинчика, как заноза.
Подогрела его любопытство и случайная встреча в памятный день неудачной экскурсии в Выселки.
Куда это шагали мимо него дед Еграша и Калиныч, когда он в тени рябины рисовал с натуры церковь? Чего они тащили по очереди в мешке? Что там звякало?
Начав слежку за Калинычем, Рубинчик через несколько дней обнаружил, что мастер слесарного дела действительно ремонтирует какую-то сложную железную штуковину, устроив навес под обрывом берега. Тут уж нашего следопыта за уши нельзя было оттащить от этой тайны.
Боясь что-нибудь напутать, напрасно навести тень на всеми уважаемого Калиныча, Рубинчик ни с кем не делил ся своими подозрениями, действовал в одиночку. Он ни чего не сказал даже своему ближайшему другу Бобу И при встрече с ним отводил взгляд.
А толстяк, несколько похудевший после бегства из Выселок, встречаясь с Рубинчиком, тоже не мог смотреть ему в глаза. И у него завелась тайна! Да еще какая!
Однажды, увлекшись проявлением пластинок, на которые так неудачно заснял он ненастоящего бедняка, странного середняка и удивительного кулака, Боб засиделся в затемненном углу палатки допоздна.
Вышел освежить голову и вдруг услышал незнакомые приглушенные голоса, негромкий смех.
Боб прокрался к берегу реки и здесь обнаружил Федю и двух девушек. Они сидели, свесив ноги с обрыва, и щелкали семечки.
В темной реке всплескивали рыбы.
Откуда эти девушки, кто такие, почему вожатый разговаривает с ними, таясь от всех? Боб потихоньку подполз и услышал непонятные фразы:
- Так, значит, фотоателье - увеличение семейных портретов, а? спрашивал Федя.
Девчата отвечали смешком.
- Портрет - икона. Икона - портрет, любуйтесь, пожалуйста! Здорово!
Девчата опять засмеялись.
- Опиум разоблачим, да еще и ребятишкам на молочишко заработаем!
Со смехом девчата прыгнули с обрыва, сели в лодку и уплыли. А Федя проводил их и вернулся. Неуклюжий Боб не успел схорониться.
- Ты все слышал? - спросил, заметив его, Федя. - Тсс, молчи! Никому ни звука. Эту тайну должны знать только мы с тобой да вот эти девчата.
- А кто они?
- Одна дочка дьячка, другая попова батрачка. Они мне такое открыли, такое... Ну ты же все слышал. Все понял.
Боб не все слышал и не все понял, но для солидности кивнул.
- Так вот, - сказал Федя, - мы с тобой организуем фотоателье. Я буду ходить по домам и собирать заказы на увеличение семейных портретов местных кулаков и богатеев, а ты будешь их переснимать и увеличивать.
И дело у нас пойдет!
- Детишкам на молочишко?
- Да, не без этого. Хорошая работа должна быть хорошо и оплачена, усмехнулся Федя.
Простодушный Боб ни в чем плохом не заподозрил вожатого. А чего же не заработать с кулаков и богатеев?
С молочишком в лагере обстояло дело неважно.
Вскорости Федя развил такую деятельность, что из Выселок потекло не только молоко - заказчики стали приносить и свежие яички и сливочное масло.
Федя обходил дома побогаче и собирал заказы, а Боб увеличивал с разных фотокарточек портреты местных богатеев, их чад и домочадцев.
Заказчики приодевались, прихорашивались. Все хотели, чтобы портреты их вышли "покрасивше".
Работу фотоателье руководство пионерлагеря одобряло. Васвас принимала заработанные продукты. Калиныч, видя, как довольны заказчики работой, только посмеивался. А Боб, когда Федя с ним перемигивался, отвечал ему понимающей улыбкой. Он чувствовал, что за всей этой работой скрывается какая-то тайна. Но какая? Тогда на берегу в разговоре вожатого с девушками из Выселок он что-то упустил, а спросить Федю стеснялся.
Терпеливый, покладистый Боб работал вовсю, увеличивая фотографии, и ждал: вот-вот ему откроется что-то удивительное.
Пока Рубинчик вел слежку за таинственными связями Калиныча с самогонщиками, а Боб трудился над увеличением портретов кулаков и богатеев, Сима Гвоздикова тоже не зевала. Желая утереть нос мальчишкам, она со своим храбрым звеном вела поиск самогонщиков.
Лучшими помощниками в этом деле у нее были Фома и Ерема. Уж как ублажали их девчонки! Все конфеты, припасенные еще дома, отдали этим прожорам, жадным до сладостей. Ничего не жалели - только бы отличиться.
Фома и Ерема не оставались в долгу.
Однажды мальчишки тайно пригнали из деревни и спрятали в кустах ивняка под берегом лодку. Этой ночью Фома и Ерема обещали показать самогонщиков. Девчонки, дрожа от волнения, стараясь не разбудить спящий лагерь, одна за другой соскользнули с обрыва. Под водительством храброй Симы уселись в лодку и поплыли.
У многих стучали зубы, то ли от ночного холодка, то ли от нетерпения, но, уж конечно, не от страха. Ведь девочки-пионерки не должны ни в чем уступать ребятам, а быть даже храбрей.
Таинственна, зловеща река. Днем она ничего, течет себе обыкновенная вода, и все. А ночью слышно, как бурлят страшные омуты, как шуршат черные кусты, как ухают громадные сомы, словно берег обваливается. А что, если такое чудовище да ударит хвостищем по лодке?!
Невольно жались девчонки друг к другу. А Сима ничего, посиживает себе на корме да командует гребцами:
- Правей! Левей! Раз-два!
Фома и Ерема дружно бьют веслами и помалкивают, словно их ничего не касается.
Миновали перевоз, с которого их окликнул перевозчик, приняв за рыбаков. И долго еще его тень, отраженная фонарем, маячила над рекой.
Сколько так плыли, сказать трудно. Сима не взяла с собой часов, чтобы не разбить их ночью в лесу. Но вот из леса потянуло дымком, и вскоре Фома и Ерема причалили к берегу.
На реке было девчонкам зябко, а в лесу еще больше стала дрожь пробирать. В лесу ночью пострашней, чем на реке. Там вода все-таки посветлей берегов, в ней летнее небо отражается. А здесь такая тьма, что идти приходится гуськом, держась за плечи друг друга. Каждое дерево норовит сучком ткнуть, каждый куст за одежду зацепиться.
Хорошо, что Ерема идет впереди, а Фома позади, не так страшно с ними, все-таки мальчишки...
Когда изрядно поцарапались и приустали, лесная тьма вдруг озарилась багровым светом. Впереди, между великанских черных стволов, мелькнули огоньки.
- Вот они где! - прошептал Фома.
- Смотрите, как черти в аду, - прошептал Ерема.
И они заговорщицки переглянулись.
Затаив дыхание девчонки разглядели вначале какие-то тени, а затем людей. Те молча, склонившись, что-то делали у черных холмиков, из которых то и дело выскакивало зловещее пламя.
Да, это они, злые люди, отравляющие деревню пьяным зельем. Слуги "зеленого змия" - самогонщики. Иначе кто же мог так скрываться в ночную пору в лесу?
Дрожа от негодования, смотрели пионерки на это черное дело. А потом Сима шепнула:
- Все ясно, теперь мы знаем, где они прячутся... Разведка, за мной!
Так же молча, в тишине, выбрались девчонки к речке и вернулись в лагерь перед рассветом. Разведка была удачна. Теперь перед ними стояла задача организовать облаву на самогонщиков.
- Только, девочки, тсс! - предупредила Сима. - Никому ни слова. Сами все организуем. На зависть мальчишкам!
На том и порешили.
ТЕТРАДЬ ШЕСТАЯ
Рубинчик не зевает. - Странное поведение Васвас. - Удивительное изобретение Калиныча. - Экскурсия в коммуну "Красный луч". - Комсомольцы и монашки
Пока совершали свой тайный подвиг девчонки, не зевали и мальчишки. Рубинчик не остался в одиночестве со своей тайной. Она жгла его, как блоха, забравшаяся под рубашку. Доверил он свой секрет одному, другому, третьему пионеру. И вот уже всем звеном следят они за странной дружбой Калиныча и Еграши. Неожиданно ребята выяснили, что и представительница женотдела, доверенное лицо всех мам, Василиса Васильевна помогает Калинину в его невероятных делах. Удалось проследить, что она привезла с базара вместе с продуктами для отряда несколько бутылок пива, ситро, наливок и даже водки.
И все это потихоньку, с веселым и лукавым видом передала Калинычу.
А затем приняла участие в действии, похожем на комическую сцену из спектакля. Рубинчику никто бы не поверил, если бы с ним вместе не наблюдали все это ребята его звена.
Представьте себе место - обрыв над рекой, где у слесаря мастерская. На стволах упавших деревьев сидят трое:
Калиныч, Васвас и Еграша. Перед ними странное сооружение с трубками-змеевиками и несколькими кранами.
Оно булькает, пыхтит, как самовар. В подставленную посуду из кранов стекает жидкость.
Все трое наблюдают за этим с веселыми лицами. Огонь освещает хитроватую усмешку Калиныча, добродушную улыбку Васвас и блаженное выражение на лице Еграши.
- А ну, пробуй, что вышло, когда заправили черносливом? - говорит Калиныч и подносит Еграше в ковшике жидкость, вытекшую из этого сооружения.
- Сливянка! - хлопает себя по коленкам Еграша, отведав питья. - Ну, настоящая сливянка!
- Ну, то-то. А из этого краника что?
- Как причастие, ух, сладко. Кагор! - взвизгивает в восторге Еграша.
Васвас фыркает, сдерживая смех.
- А когда надо прохладиться, можно выгнать фруктовой воды - вот так. Калиныч отвертывает еще один краник и наливает из него стаканчик.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...