ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- А они... кто?
- Твоя охрана. Только не спрашивай, для чего человеку нужна охрана. Она нужна, чтобы его охранять. Особенно если этот человек - национальное достояние. А теперь иди, - попросила она. - Я от тебя слегка угорела. Мне нужно привести себя в порядок, у меня сегодня много дел. Мы еще успеем наговориться. У нас впереди целая жизнь.
- Ты в этом уверена? - озадаченно поинтересовался Томас.
Она улыбнулась:
- Я на это надеюсь.
Томас не успел осмыслить ее слова. В дверь постучали.
- Войдите, - сказала Рита почему-то по-русски.
На пороге появился невысокий молодой человек. Кажется, тот, кто выходил в холл с пистолетом в руке. Сейчас на нем был серый пиджак букле, и кобуры с пистолетом не было видно.
- Доброе утро, Рита, - сказал он. - Извините за беспокойство. Привет, Фитиль. Уже два раза звонил какой-то человек. Некий господин Мюйр. Он хочет с тобой встретиться. Говорит, что хорошо знал твоего деда. Во сколько ему приехать?
- Ни во сколько! - твердо отказался Томас. - Я не знаю никакого Мюйра. Если он знал моего деда, пусть напишет воспоминания и пришлет мне. Я ознакомлюсь.
- Он сказал, что у него есть важная информация. Важная для тебя.
- Мне не нужна важная информация. У меня и так много важной информации. Мне нужно время ее обдумать.
При упоминании фамилии посетителя Рита Лоо, как отметил Томас, нахмурилась, потом ненадолго задумалась, но тут же изобразила доброжелательность.
- Дорогой, ты не можешь отказываться, - промурлыкала она. - Ты не принадлежишь себе. Ты принадлежишь всей Эстонии. Передайте господину Мюйру, что господин Ребане примет его, как только приведет себя в порядок, переоденется и позавтракает. Надеюсь, дорогой, двух часов тебе хватит. Значит, в четырнадцать часов.
- Скажу. И еще. Твой водитель спрашивает, когда тебе понадобится машина.
- У меня есть водитель? - удивился Томас.
- Есть.
- А какая машина?
- "Линкольн". Лимузин, белый.
- Понимаю, - сказал Томас. - У меня есть пресс-секретарь. У меня есть белый "линкольн". С водителем. У меня есть охрана. Вы, да?
- С каких пор мы на "вы"? - удивился молодой человек. - Потряси головой, Фитиль!
Томас потряс. И вспомнил.
- Я тебя узнал! - радостно известил он. - Ты - Муха. Точно? Ты бросил в бандитов мою водку. Очень метко бросил. Я бы так не смог. У меня бы не поднялась рука. Привет! Откуда ты взялся?
Молодой человек с недоумением посмотрел на него и укоризненно покачал головой:
- Тяжелый случай. Завязывай, Фитиль, с выпивкой. Точно тебе говорю тебе: завязывай. Ты сам потребовал, чтобы мы тебя охраняли.
- Нет, - подумав, проговорил Томас. - Я не требовал.
- Ты сказал, что боишься покушения. Со стороны русских экстремистов.
- Нет, - уверенно сказал Томас. - Я этого не говорил.
- А если вспомнить? Напрягись. Ты говорил это Янсену.
Томас еще подумал и повторил:
- Нет. Я не мог этого говорить. Потому что об этом никогда не думал. А раз не думал, то и не говорил.
- Господа, вы не могли бы продолжить беседу в другом месте?- вмешалась Рита Лоо. - Олег, проводите Томаса в его спальню. А водителю передайте, что машина будет нужна мне. Как, вы сказали, зовут человека, который хочет встретиться с Томасом?
- Мюйр. Матти Мюйр. Вы его знаете?
- Может быть. Таллин - маленький город. У нас все знают всех.
Пресс-секретарь. Из Женевы. Белый "линкольн". Водитель. Охрана. И какая! Трое русских ребят, которых целый день не могли захватить вся полиция и все Силы обороны Эстонии. И не захватили бы, если бы он, не подумав, не привез их в сторожку под Маарду, о которой знал Юрген Янсен.
И полный гардероб костюмов. Три. Нет, четыре. Томас стоял в своей спальне и размышлял о том, что быть внуком национального героя Эстонии это, оказывается, совсем не плохо. Спальня была такая же, как у Риты Лоо, только не белая, а в золотистых тонах. И такая же мебель. И такая же многоспальная кровать. И к ней тоже примыкала ванная. Черная.
Да, неплохо. Даже хорошо. Вот только сам герой немножечко не того. Но, как сказал один эстонский писатель: "Эстония маленькая страна, поэтому ей приходится заполнять свой пантеон разным говном". Он сказал не совсем так, но типа этого.
И чем же за все это придется платить?
Томас был не из тех, кто портит себе нервы проблемами до того, как они возникли. В конце концов, все люди смертны. И если все время об этом думать, что это будет за жизнь? Это будет не жизнь, а ожидание смерти.
И все-таки была какая-то неуютность.
Да что же этим долбаным национал-патриотам от него нужно?
И еще одна мысль не давала Томасу покоя. Где он мог видеть Риту Лоо? Отчего ему знакомо ее лицо? Почему при попытке вспомнить словно окатывает какой-то прохладой? Неживой. Музейной.
И он вспомнил. И похолодел. И снова его прошибло липким потом - тем потом, от которого обмывают покойников.
Он вспомнил, где видел это лицо. В Эрмитаже. Да, в Эрмитаже!
У Риты Лоо было лицо музы истории Клио. Опять достала!
Человеку, который хорошо знал национального героя Эстонии штандартенфюрера СС Альфонса Ребане и у которого, как он сказал по телефону, была важная информация для его внука Томаса Ребане, было семьдесят девять лет, но больше семидесяти восьми ему не давали. Об этом он сообщил мне сам:
- В молодости, когда мне было шестьдесят два года, мне иногда давали шестьдесят три. Но это было давно. Сейчас я выгляжу моложе своих лет.
Он был маленький, сухонький. Серая велюровая шляпа надета набекрень, лихо. Тонкая полоска жестких седых усов словно приклеена над губой. Возрастные пигментные пятна на восковом малоподвижном лице, а глаза живые, цепкие. Длинный зонт с изогнутой рукоятью в маленькой, затянутой в черную кожаную перчатку руке. При этом он не опирался на него, а как бы слегка поигрывал им, как франт тростью. В другой руке - небольшой серый кейс. Серое теплое пальто. Вокруг шеи вязаный шарф. Упакован и отовсюду подоткнут, чтобы не дуло.
Господин Матти Мюйр.
Поскольку на этом этапе оперативной комбинации, в которую нас втравил начальник оперативного отдела Управления по планированию специальных мероприятий генерал Голубков, нашей задачей было контролировать все контакты Томаса Ребане и фиксировать все, что происходит вокруг него, я счел необходимым присутствовать при его встрече с господином Мюйром.
В Эстонию мы ехали не работать, а развлекаться, поэтому не взяли никакой аппаратуры, без которой современный человек чувствует себя словно лишенным одного из органов чувств - иногда зрения, а чаще слуха. Артист купил в киоске в холле гостиницы чувствительный диктофон, мы пристроили его в предназначенном как раз для таких деловых встреч кабинете в апартаментах Томаса. Но разговор мог пойти на эстонском языке, а расшифровка и перевод на русский - это время. Поэтому за четверть часа до встречи я спустился в холл гостиницы и начал присматриваться к входящим.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100