ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Окруженный мощными белыми стенами, из-за которых выглядывали красные черепичные крыши домов, город лежал в месте слияния рек Талабек и Рейк, на островах, образованных этими реками и их притоками. Рейк был судоходным на всем протяжении от Мариенбурга до Моря Когтей, и в его гавани всегда стояло множество морских и речных судов. Но даже их высокие мачты с распущенными парусами казались карликами по сравнению с двумя огромными, удивительными по красоте зданиями, которые возвышались над городом: Императорским дворцом и собором Сигмара.
Дилижанс въехал в город через северные ворота. Конрад во все глаза смотрел на его улицы и жителей. За исключением Миденхейма, самый большой город, который он видел до этого, был Прааг, но и тот не шел ни в какое сравнение с Альтдорфом, который показался ему местом невиданных чудес.
Экипаж остановился, и Конрад спрыгнул на мостовую. Взглянув на гладкие булыжники у себя под ногами, он вспомнил о скейвенах. Где-то далеко, в темных лабиринтах под городом, находятся их владения. Городская площадь была пуста. Впрочем, нет, не пуста: дилижанс тут же окружил отряд стражников с алебардами. На них были красные шапки, длинные светло-коричневые кафтаны, красные штаны и коричневые сапоги. Как только пассажиры начали выбираться из экипажа, стражники опустили алебарды, направив их на Конрада, Литценрайха и Устнара.
Конрад знал, что в пределах города ношение оружия запрещено всем, кроме военных, а потому его меч был завернут в тряпку. Конрад схватился за рукоять. Щита у него не было – он потерял его в сражении со скейвенами. Устнар поднял свой топор. Конрад бросил быстрый взгляд на Литценрайха, ожидая, что сейчас тот пустит в ход магию. Но волшебник, оглядев стражников, остановил взгляд на двух людях не в военной форме. В Альтдорфе были свои волшебники. Литценрайх молча пожал плечами. Глядя на него, Устнар опустил топор.
Стражники окружили дилижанс тесным кольцом. Конрад понял, что путь к отступлению отрезан, хотя его такие вещи никогда не пугали.
– Нам нужны эти двое, а не вы, – произнес чей-то голос.
Конрад обернулся. Перед ним стоял сержант. На нем были ярко начищенный шлем с синим плюмажем, алая форма и сверкающие доспехи. На его нагруднике была изображена двухвостая комета – один из знаков Сигмара, на поясе висел меч.
Конрад уже начал прикидывать, скольких стражников он уложит, прежде чем они его схватят, но передумал и молча опустил свой меч.
Доставить сообщение из Миденхейма в Альтдорф, опередив дилижанс, можно было разными способами. Власти города Белого Волка могли послать курьеров или использовать имперскую сеть сигнальных башен, с которых передавали сообщения о беглецах. Скорее всего, волшебника узнали в первой же гостинице, остальное было делом техники.
Не обнаружив его тела на месте битвы со скейвенами, власти Миденхейма, конечно же, поняли, что он сбежал, и сразу передали сообщение, согласно которому волшебника, а также любых дварфов, сопровождающих его, надлежало немедленно арестовать. Было известно, что именно дварфы помогали колдуну в работе с варп-камнем. Относительно Конрада никаких распоряжений не поступало, следовательно, его судьба никого не интересовала Литценрайха и Устнара заковали в цепи и увезли, а Конраду сержант приказал следовать за ним. В сопровождении двух стражников его вывели с Кенигплац и повели по запруженным народом улицам. Меч у него не отобрали, и, снова завернув его в тряпку, Конрад держал его под мышкой. Он не был ни пленником, ни свободным человеком, а потому старался шагать не в ногу со своим эскортом.
Разговаривать со стражниками ему не хотелось, тем более задавать им вопросы; вместо этого он предпочел любоваться огромными зданиями, видневшимися впереди. Они выглядели очень впечатляюще: каждое было построено в своем стиле, но все вместе они образовывали замечательный ансамбль.
Слева находился собор Сигмара; его огромные золоченые купола сверкали в утренних лучах зимнего солнца. Рядом с ним располагался Императорский дворец, украшенный небольшой остроконечной башенкой, выложенной из кусков гранита, привезенного из ущелья Черного Огня, места величайшей победы Сигмара. Все башни дворца были одинаковой высоты, чтобы ни одна не доминировала.
Альтдорф считался городом Сигмара, где его весьма почитали. Шпиль дворца был украшен изображением Гхал-мараза, боевого молота, принадлежавшего этому бессмертному герою, а на куполе собора красовались восемь остроконечных звезд, символ восьми разобщенных племен, объединившихся под властью Сигмара.
Дворец был окружен высоким крепостным валом с массивными воротами, через которые Конрада ввели во внутренний двор, довольно мрачный, поскольку лучи солнца сюда не проникали, а затем отвели в небольшое караульное помещение, где, сидя возле пылающего очага, отдыхали стражники. Они смеялись, перебрасывались шутками и не обратили никакого внимания на вошедших. Сопровождавшие Конрада стражники тут же сняли с себя доспехи и присоединились к товарищам.
– Сядь! – приказал Конраду сержант, усаживаясь за грубый деревянный стол. Затем снял с себя шлем, и Конрад увидел седовласого ветерана с суровым, покрытым шрамами лицом. – Дай-ка мне взглянуть на твой меч.
Сев напротив сержанта, Конрад снял тряпку со своего меча. Сержант внимательно посмотрел на голову волка, украшавшую гарду.
– Твои спутники, – сказал он, – нарушили закон Императора. А ты, похоже, нарушил закон Миденхейма. Ты украл этот меч.
Видимо, сержант узнал оружие, принадлежавшее полку Миденхейма, а говоря о спутниках, имеет в виду варп-камень. Но вполне может быть, что он даже не слыхал об варп-камне и не знает, в чем заключается вина Литценрайха.
– Этот меч, – сказал Конрад, – я купил у дварфа, которого вы арестовали. Вы говорите, что он и тот старик – опасные преступники? Они нарушили закон Императора? Знаете, мне они тоже показались подозрительными. Свой старый меч я потерял в бою – всадил его в голову зверочеловеку, а тот с ним так и убежал.
Сержант кивнул. По его лицу было видно, что ему стало смешно.
– Говорят, что хранить краденое – это на девять десятых преступление.
– Это меч из Миденхейма. Вы же сами сказали, что на него распространяется закон этого города. При чем тут Альтдорф?
– Мы уважаем своих союзников. Меч будет им возвращен. Вопрос в другом: стоит ли возвращать им тебя?
– Зачем? Я купил меч у дварфа, спросите его самого.
Конрад не сомневался, что спрашивать Устнара они не станут; ему и волшебнику предстояло отвечать на куда более сложные вопросы. Альтдорф имел репутацию города с великолепно отлаженной судебной системой. Во время допросов здесь пытали менее жестоко, чем в остальных городах Империи. И разумеется, перед казнью волшебника и дварфа состоится суд.
Конрад понимал, что его истории про меч сержант вряд ли поверил, ему было важно другое: показать, что он не имеет никакого отношения к Литценрайху и дварфу, а в дилижансе они оказались просто случайными попутчиками.
– Показания преступника в расчет не принимаются, – сказал сержант. – А если я отошлю меч назад, то придется проводить расследование и возиться с массой бумаг.
– Вот и не отсылайте.
– Нет, мы обязаны это сделать. Если бы в Миденхейме нашли наш меч, его, я думаю, непременно вернули бы нам. А если ты вернешься в Миденхейм вместе с этим мечом, то на все вопросы ответишь сам. По-моему, так будет лучше всего. Ты согласен?
Конрад промолчал. Если его отправят обратно в Миденхейм, даже под усиленной охраной, он сумеет сбежать. Но покидать Альтдорф он пока не собирался.
Сержант смотрел на него с каким-то странным выражением и улыбался. Кажется, весь этот разговор его смешил, а Конрад просто не понимал шуток.
– Но если, – продолжал сержант, – данный меч попал бы в руки, скажем, имперского гвардейца, тогда, разумеется, этот человек был бы вне подозрений. – Конрад все понял, но, тем не менее, продолжал молчать. – У нас хорошая работа, хорошие развлечения, хорошая… – сержант со стуком бросил на стол золотую крону, – плата.
– Имперская гвардия? – сказал Конрад и взглянул на великолепную форму сержанта: ярко начищенные медные доспехи, шлем с пышным плюмажем, жемчужные пуговицы, красивые галуны и знаки отличия. – Что-то не хочется мне быть игрушечным солдатиком – только и делай, что маршируй туда-сюда да стой на часах в будке и держи флаг вместо меча.
– Мы не игрушечные солдатики, Конрад! Мы элитная часть армии Императора, его личная охрана!
Конрад удивленно посмотрел на сержанта.
– Прошлой зимой я был в Прааге, – последовал незамедлительный ответ. – Помнишь? Меня зовут Таунгар.
Конрад кивнул. Он помнил Прааг.
Как можно забыть ту осаду? Но почему он должен помнить сержанта из Альтдорфа, хотя тот и знает его имя?
– Не знаю, зачем ты сюда пришел, – сказал Таунгар, – но тебе лучше записаться к нам в гвардию. Для воина лучшего места не придумаешь. Учти, я говорю для «воина», потому что мы здесь не маршируем и не красуемся на парадах. Я знаю, ты из тех, кто нам нужен.
– Иначе… что?
Таунгар только пожал плечами и взглянул на меч с головой волка.
– Мне дадут другой меч?
– Знаешь, мы тут выяснили, что воин лучше всего сражается, когда он вооружен. – Таунгар протянул руку и снял со стены пояс с ножнами, из которых торчала рукоять меча, и положил это на стол рядом с мечом из Миденхейма и золотой монетой.
Конрад вытащил меч из хорошо смазанных ножен. Его рукоять была сделана из белой кости, гарду украшала императорская корона. Конрад взглянул на украшение, затем на золотую монету – и взял ее со стола.
– Ты взял в руки императорскую монету, Конрад. Теперь ты обязан принести присягу. Встань.
Конрад встал и произнес клятву верности, поклявшись именем Сигмара, что будет честно и верно служить Императору и, если понадобится, отдаст за него жизнь.
– Добро пожаловать, – сказал Таунгар и протянул ему руку, которую Конрад крепко пожал.
Ему хотелось задать сержанту массу вопросов, но он промолчал. Скоро он все узнает сам.
Конраду подрезали волосы, чтобы они не торчали из-под шлема. Пришлось ему и побриться, чего он не делал со времен службы в Кислеве, поскольку носить бороду позволялось только офицерам. Затем ему выдали форму – одинаковую для всех, от новобранца до старшего офицера. Единственным знаком отличия был цвет пышного плюмажа на шлеме: чем выше чин, тем темнее цвет – от светло-голубого до ультрамаринового.
Конраду не придется часами выстаивать в дежурной будке, для этого у Таунгара имелись другие солдаты. Конрада зачислили в военные инструкторы. Впрочем, это не означало, что он был избавлен от обязанности следить за своей одеждой и начищать доспехи до такого состояния, чтобы в них можно было смотреться как в зеркало. Что он иногда и делал, вглядываясь в свое покрытое шрамами лицо и вспоминая тот день, когда впервые увидел себя в зеркале Элиссы.
Скоро он привык носить безупречно чистую одежду и слышать стук своих каблуков по гладким мраморным полам дворца. Став одним из многих, выполняя общую для всех задачу, живя по строгому распорядку, когда в одни и те же часы все ели, развлекались и спали, Конрад чувствовал, как в его душе воцаряются мир и покой. Не нужно было ни о чем думать, не нужно было принимать решения – все это делали за него.
Даже те часы, которые он проводил на занятиях с солдатами, превратились в рутину, хотя Конрад старался внести в них что-то новое. Это было единственное время, когда ему не нужно было носить форму, поскольку полевые занятия – это грязь и пот, и в парадной форме там было нечего делать.
Конрад не только учил других. Он владел многими видами боевого оружия, но в гвардейских арсеналах было и такое, каким он сам не умел пользоваться.
Несколько раз Конрад стоял в почетном карауле во время поднятия и спуска императорских знамен – утром и вечером. С высоты крепостного вала – а это было не менее двухсот футов – был хорошо виден весь город с его дорогами, портом, реками, каналом Вайсбрук, окрестными лесами, деревнями и далекими горами. Еще выше над валом, на одной из башен, находилась сторожевая вышка, с которой окрестности просматривались еще лучше, поэтому там всегда стоял часовой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...