ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Генерал Черевиченко тоже не мог связаться со штабом Харитонова. Лишь в полдень командующий фронтом донес, что атаки противника в полосах 12-й и 18-й армий успешно отбиты, но в 9-й армии создалось очень тяжелое положение. Свой главный удар Клейст обрушил на ее правофланговые дивизии в общем направлении на Лихую и Каменск. Пока там выявлены две танковые и одна моторизованная дивизии немцев, но авиация отмечает выдвижение из тыла новых колонн танков и автомашин с пехотой. (Позднее выяснилось, что главный удар наносили 14-я и 16-я танковые, 60-я моторизованная дивизии и дивизия СС «Викинг»).
Натиск оказался настолько мощным, что наши войска были вынуждены с боями отходить. Судя по донесению Черевиченко, правофланговая 136-я стрелковая дивизия 9-й армии отошла в расположение 18-й армии и закрепилась в районе Дьяково, где у нас был подготовлен мощный противотанковый район. Части 30-й стрелковой дивизии отходят на Болдыреве. Из этого следовало, что между этими двумя соединениями образовалась 30-километровая брешь. 150-я стрелковая дивизия, оборонявшаяся левее 30-й дивизии, отходила с боями на Новошахтинск, а 339-я стрелковая дивизия — на Шахты и Новочеркасск. Даже не зная подробностей, можно было понять, что положение 9-й армии становится угрожающим.
Быстро проанализировав обстановку, главком не согласился с выводом Черевиченко, что армия Клейста якобы рвется на Каменск. Маршал пришел к выводу (вскоре он подтвердился), что, скорее всего, Клейст двинется на Шахты, в обход Ростова с севера.
Тимошенко спросил у Бодина, чем можно помочь 9-й и 18-й армиям. Начальник штаба фронта ответил, что в распоряжение командующего 18-й армией генерала Колпакчи подходит 99?я стрелковая дивизия, а Харитонову можно передать кавалерийский корпус И. И. Хоруна.
— Но ведь дивизии того корпуса только начали доукомплектовываться?
— А что делать? Пусть корпус Хоруна хоть немного подкрепит войска девятой армии, а тем временем в Новошахтинск подойдет сто сорок вторая танковая бригада.
— Этого мало, — возразил главком. — Клейст бросил на армию Харитонова огромные танковые силы. Нужно сконцентрировать против них большую часть всей нашей бомбардировочной и штурмовой авиации.
— Да, это само собой разумеется, — охотно согласился Бодин.
Наметив общий план дальнейших действий, главком спросил Черевиченко:
— Что вы думаете предпринять? Используете ли авиацию? Где Фалалеев, который выехал к вам?
— Фалалеев рядом со мной, — последовал ответ. — Вся авиация нацелена против вклинившихся танковых группировок. Войскам Харитонова приказано любой ценой закрепиться на рубеже Дьяково, Бирюково, Новошахтинск, Грушевская.
На указание главкома активнее использовать танковые бригады и кавкорпус Хоруна для осуществления контратак Черевиченко ответил, что он уже отдал такой приказ генералу Хоруну, передав в его распоряжение резервный артиллерийский противотанковый полк.
Главком заверил командующего фронтом: события убедительно свидетельствуют, что мы правильно разгадали замысел Клейста и потому нет основания опасаться его ударов на север и северо-восток.
В эти трудные, полные тревоги для войск Южного фронта дни, когда все, казалось, висело на волоске, маршал Тимошенко с присущим ему упорством не отказывался от мысли о наступлении. Он решительно потребовал от Черевиченко не ослаблять внимания к созданию ударной группировки войск в стыке 9-й и 18-й армий. Таков уж характер нашего главкома: если он принимал решение, то прилагал все силы, чтобы его осуществить.
Черевиченко не разделял оптимизма Семена Константиновича. Он сказал, что, хотя за положение 12-й и 18-й армий совершенно спокоен, тем не менее считает необходимым отвести их на некоторых участках. Это позволит сократить фронт и вывести в резерв две-три стрелковые дивизии, которые помогут Харитонову выправить положение. В возможности создать в такой обстановке ударную группировку для наступления Черевиченко сомневался. Он напомнил маршалу, что в новых четырех стрелковых дивизиях пока что нет ни артиллерии, ни пулеметов, не хватает даже винтовок.
Главком обнадежил его: Ставка поможет да и Юго-Западный фронт поделится.
Одним словом, маршал дал понять, что никакие события на фронте не заставят его отступиться от задуманного. В доказательство тому он здесь же потребовал дать ему на подпись приказ о формировании 37-й армии пока в составе 4, 176, 218 и 253-й стрелковых дивизий. До этого новая армия существовала только в нашем воображении. Теперь ее рождение было официально утверждено.
Однако и после переговоров с командующим Южным фронтом ни Бодина, ни меня не покидала тревога за судьбу 9-й армии. Лишь маршал Тимошенко, во всяком случае внешне, оставался спокойным и уверенным.
Между тем события на Южном фронте встревожили Москву. Маршал Шапошников вызвал главкома к аппарату и успокоился лишь после того, как С. К. Тимошенко заверил, что никакой катастрофы не произошло: армия Харитонова сражается с огромным упорством и в ее войсках поддерживается твердый порядок.
И я снова убедился, насколько важны в сражении точный расчет и железная выдержка военачальника.
Утром 6 ноября с Южного фронта вернулся наш штабной офицер. Он подробно рассказал, что происходило в армии Харитонова.
Фашисты начали наступление на рассвете 5 ноября. Они нанесли мощные авиационные и артиллерийские удары по расположению наших 136, 30 и 150-й стрелковых дивизий. Поднялись в небо смерчи из огня и дыма. Генерал Клейст, по-видимому, решил, что в этом аду ничто не сможет уцелеть, и поэтому двинул вперед свои танки и мотопехоту, даже не проведя разведку. Вражеские стальные колонны заняли не только все дороги, но и промежутки между ними. Казалось, их ничто уже не остановит. Но как только они приблизились к позициям 136-й стрелковой дивизии, перепаханные снарядами и бомбами окопы ожили: винтовочные выстрелы сливались в залпы, длинные пулеметные очереди косили вражескую пехоту. Дружно ударили минометы и орудия. А с фланга ринулись советские танки. Враг откатился. Снова его артиллерия и авиация совершили ожесточенный налет на наши позиции. И снова двинулись фашистские танки и мотопехота. Результат тот же — противник отступил. Только перед позициями 136-й стрелковой дивизии подполковника Е. И. Василенко насчитали 29 обгоревших фашистских танков. 11 вражеских боевых машин уничтожили танкисты 132-й танковой бригады генерал-майора Г. И. Кузьмина.
Однако к 15 часам семидесяти фашистским танкам удалось все же вклиниться в оборону 136-й стрелковой дивизии. Это вынудило подполковника Василенко отвести свой левофланговый полк на северо-восток, в сторону Дьяково. Правый фланг соседней 30-й стрелковой дивизии оголился, и фашистские танки прорвались к ее штабу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154