ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Кейн посмотрел в лицо Смерти, и его душу охватил ледяной ужас.
А были и другие…
Кейн рычал и кусал губы, кулаками бил себя по глазам, пока видения не стали расплываться. Постепенно от них остались лишь воспоминания.
Он открыл глаза. Скалы вокруг стояли неподвижно. Приступ лихорадки отступил.
Неожиданно Кейн ощутил чье-то зловонное дыхание. Глаза, напоминающие раскаленные багровые звезды, смотрели на него, предвещая беду.
– Нет, Серберис, – услышал он чей-то голос. – Кейн не наш… пока.
Кейн охнул и метнулся в сторону. Адский пес, больше любого медведя, предостерегающе зарычал на него.
– Мы разбудили его, – раздался язвительный смех. – Что тебе снилось, Кейн?
Когти Повелителя Демонов легли на ощетинившийся загривок пса. Высокий, стройный и мускулистый, хозяин Гряды Ворона стоял в черном одеянии, сшитом по последней моде, – рубашка с широкими рукавами, сапоги из тонкой кожи до колен и длинный меч у пояса. Широкий черный плащ ниспадал с плеч, но Кейн знал, что это не плащ…
Кейн смотрел в упор на величественное воплощение зла, в черноту прищуренных глаз демона.
– Если ты пришел за мной, Сатонис, оружие у меня наготове, как всегда.
Повелитель Демонов усмехнулся. В его лице не было ничего человеческого.
– До сих пор ты встречал меня куда радушнее, Кейн. Отчего же теперь ты показываешь когти?
– Закончим эту игру, – рявкнул Кейн, отступая к стене откоса. Серберис, облизываясь черным языком, разлегся, перегораживая тропу. Боли Кейн уже не чувствовал, однако доставать меч не спешил.
– Вассал играет до тех пор, пока ему позволяет его господин, – надменно заявил Повелитель Тлолувин. Плащ колыхался у его ног.
– Я тебе не вассал! – Ладони Кейна сжались в стальные кулаки.
– Однако в прошлом ты мне верно служил.
Ночной ветер завывал на холмах, но плащ Сатониса не колыхнулся.
– Ты служил мне – мы сражались бок о бок. Но Кейн никому не повинуется ни богам, ни демонам. Я не стану пешкой в игре, которую ты сейчас ведешь!
– Если не пешкой, то, может, наградой, – засмеялся Повелитель Демонов. – Тебе следует уразуметь: все смертные всего лишь пешки.
– Я – не смертный.
– Надеюсь, еще до рассвета я докажу тебе, что ты ошибаешься.
– Может, это и последняя моя ночь; но тот, кто придет за мной, будет иметь дело не с пешкой, – парировал Кейн с яростью во взоре, ужасном, как взгляд самого Повелителя Демонов.
Повелитель Тлолувин спокойно встретил взгляд Кейна.
– У меня достаточно поводов, чтобы тебя уважать. Мы не раз сражались за общее дело.
– Я смотрю, ты не слишком спешишь отблагодарить товарища по оружию.
– Ну, Кейн, ты ведь прекрасно знаешь, – с наигранной укоризной возразил Повелитель Тлолувин, – я поступаю так в согласии со своей природой. Сатонис, Тлолувин, Лато – как бы меня ни называли, природа моя неизменна. Лишь глупец может ждать верности от Повелителя Демонов.
– Тогда и ты, вполне возможно, только пешка в руках своей природы и законов, которым не можешь не подчиниться…
Усмешка Сатониса уступила место грозному взгляду. Серберис громко зарычал и подался на полшага вперед.
– Твое хитроумие столь же беспредельно, как и твоя дерзость, Кейн. Думаю, мы поговорим об этом чуть позже… Оцени, однако, мое коварство. Ты должен признать, что в этот раз я установил правила игры. Семь лет не стихающая ненависть Ионор растравляла ей душу и терзала окружающих. А теперь, чтобы совершить эту сделку, она отдаст мне ребенка, дочь, ненависть к которой была для нее пыткой на протяжении стольких лет. Разве это не истинное творение моего искусства? Я знаю, ты чтишь искусство подобного рода. Ты должен оценить ловкость, с какой я заманил тебя сегодня к себе, – скрутил путами горячки, как праздничный пакет лентой; безжалостно бросил на дорогу, чтобы маршрут преследователей был помечен полосой смертей…
– Даже если ты определил правила игры на эту ночь, Сатонис, – в голосе Кейна слышались гневные нотки, – ты не можешь распоряжаться деталями. Используй других в качестве пешек, но не Кейна! Я не поддамся никакой уготованной мне участи, и если погибну – погибну бесстрашно, как свободный человек.
– Ты все размахиваешь окровавленным кулаком перед носом Судьбы… Что ж, такова твоя натура. Прежде чем наступит рассвет, мы поговорим подробней о свободе воли и узнаем, что такое твоя дерзость – пустая спесь или отчаянная вера…
Серберис поднял черную морду к небу и завыл. Звук, напоминающий карканье ворона, отозвался эхом в ночной тьме.
Повелитель Тлолувин погладил его по массивному загривку.
– Верно, Серберис, я это чую. Ионор с ребенком приближаются к Лысому Ворону. Мы подождем ее там.
Его усмешка стала жестокой.
– До свидания, Кейн! Пока мы тут мешкаем, зерна ненависти, посеянные семь лет тому назад и так старательно ухоженные, как раз должны взойти… Кстати, знаешь ли ты, что тропа, по которой ты пробираешься, совсем недалеко отсюда кончается пропастью?
Раздался удар грома – оглушительный смех небес.
Кейн остался один.
Глава 10. ЛУНА ПОВЕЛИТЕЛЯ ДЕМОНОВ
Вначале Кейн надеялся, что Повелитель Демонов солгал. Он бросился вперед по тропе с яростью, прибавившей ему сил. Тропинка, идущая вдоль отвесной стены, выглядела безопасной. Но это был не тот путь, который искал Кейн. Он знал об этом, однако предполагал, что направляется все-таки в сторону Голого Ворона.
Повелитель Тлолувин мог намеренно обмануть Кейна, чтобы тот свернул с дороги.
Но на сей раз Повелитель Демонов не солгал. Кейн остановился на краю пропасти.
Каменная глыба отломилась от обрыва и рухнула в Котрас.
Напрягая зрение, Кейн вглядывался в туман. Над ним в ночной тьме возвышался склон, а под ногами слышался шум воды. Насколько Кейн помнил здешние места, он находился сейчас метрах в тридцати от вершины склона – не меньше.
Значит, он в ловушке, разве что…
Заглянув в пропасть, Кейн заметил узкую расселину. Если бы она могла послужить ему опорой, то, возможно, он перебрался бы на другую сторону пропасти, а потом уже придумал бы способ подняться по отвесному склону.
О том, чтобы вернуться, конечно же, нечего было и думать.
Неужели он и впрямь лишь пешка в игре Повелителя Демонов?
Трещина в скале протянулась метров на пятнадцать – чистое безумие! Стена была скользкой от влаги и местами белой от изморози. Но через каждые несколько сантиметров в ней попадались углубления. В них могли поместиться разве что пальцы…
Кейн раскинул руки и крепко вцепился в выбоины. Сойдя с тропы, он повис в воздухе, напряг плечи и оперся ногами о скалу. Над его головой все еще колыхался туман.
Он делал все быстро – знал, что не может долго рассчитывать на свои силы.
Повиснув над обрывом, как огромная обезьяна, Кейн продвигался вперед лишь благодаря ожесточенному упорству.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68