ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– спросила она.
– Доктор Хавел обследовал меня и говорит, что сейчас в моем мозгу идут приторможенные раньше естественные процессы: мозг освобождается от связей, возникших в период детства, и я становлюсь взрослой. Меня не слишком радует перспектива перестать быть тем, кем я всегда была – а я была прекрасным созданием, даже если ты считала меня ребячливой, – но доктор уверяет, что без процесса взросления преодолеть умственный застой невозможно. Очень надеюсь, что тот же самый процесс выведет из ступора и остальных наших людей.
– И все, что от тебя требуется, – пробормотала Фестина, – это изуродовать каждого из них…
– Это не уродство! – прервала я ее. – Просто прекрасная и одновременно целебная метка.
– И ты чувствуешь себя хорошо? Ты не ощущаешь?.. Ну, не знаю. Может, на самом деле это плохо для тебя. Может, пятно медленно подчиняет себе твой мозг или что-то в этом роде.
– С моим мозгом все прекрасно, – ответила я. – С тех пор как Поллисанд сделал это со мной, не было ни одного инцидента, свидетельствующего об усталости. К примеру, ты, наверно, заметила – я не устраиваю сцен из-за того, что ты снова покидаешь меня; теперь я в состоянии справиться с одиночеством.
Фестина задумчиво посмотрела на меня.
– Теперь ты в состоянии даже шутить по этому поводу. – Она улыбнулась. – Я думаю, Весло, из тебя получится очень интересная женщина.
Не знаю, кто из нас первым раскрыл другому объятия; не имеет значения, поскольку я очень хотела, чтобы это произошло. И, обнимая свою дорогую подругу, я не испытывала робости, не чувствовала себя глупой – хотя бы самую малую миллисекунду.

Послесловие
ОТ ФЕСТИНЫ РАМОС
Я встретила Весло у залитого лунным светом озера, поздним вечером того дня, когда убила своего лучшего друга. Она была высокая, грустная и невероятно прекрасная: словно статуэтка в стиле ар деко, отлитая из чистейшего стекла.
Да, это так: она оказалась сделана из стекла. Я видела сквозь нее побережье, луну, весь мир.
Думая о ней, я не могу не воспринимать ее стеклянное тело в качестве метафоры – например, эмоционально она тоже была прозрачна, как стекло. Если она сердилась, то не сдерживала свою ярость; если пугалась, то дрожала; если страдала от одиночества, то плакала. Открытая, как дитя… и люди, плохо знающие Весло, часто ошибочно считали ее ребячливой и даже глуповатой. На самом деле ни одно из этих определений к ней не подходило, потому что она была совершенно взрослой женщиной с очень высоким коэффициентом умственного развития (освоила английский всего за несколько недель и бегло говорила на этом языке). А то, что Весло постоянно заявляла о своем превосходстве над «непрозрачными» людьми, являлось проявлением не высокомерия, а печали, скрытой глубоко в сердце, попыткой убедить себя, что и она чего-нибудь стоит в этой вселенной. Она была хрупкой, как стекло. Не физически, конечно: тело, которое почти невозможно разрушить (даже, к примеру, утопив), невосприимчивое к болезням и длительному голоданию (с помощью процесса фотосинтеза она могла поглощать энергию непосредственно от ближайшего источника света). Она была сильная, быстрая, энергичная. Однако в умственном отношении Весло оказалась близка к распаду. Ее народ был создан неизвестными чужаками тысячи лет назад, по образу и подобию homo sapiens, но по какой-то ошибке создателей (умышленной или случайной) у всех до одного стеклянных людей к пятидесяти годам мозг прекращал свою работу. Сначала их одолевала скука, потом нарастала вялость, а в итоге наступало оцепенение, сон, пробудить от которого могли лишь чрезвычайные меры, да и то всего на несколько минут.
Весло находилась уже у края этой пропасти. Стеклянные люди не умирали, они просто уставали, превращались в нестареющие статуи, живые, но спящие. Для Весла приближался возраст, когда мозг должен был предать ее. Она сражалась со своей судьбой, отвергала ее, негодовала; и потом получилось так, что в конце туннеля забрезжил свет. Спасая свой мир от угасания, она пожертвовала собой, прыгнув с восьмидесятиэтажной башни и увлекая за собой безумца, задумавшего уничтожить ее планету. Увидев ее тело, распростертое на мостовой, я расплакалась, но утешала себя тем, что, избрав смерть, Весло избежала худшей участи – постепенного угасания своей личности, скатывания в унылое забытье.
Даже стекло подвержено воздействию времени: линзы темнеют, зеркала мутнеют.
Однако я оказалась не права. То падение не убило Весло – она оказалась настолько прочна, что это просто не поддается воображению. Такое стекло называют пуленепробиваемым. И теперь, когда она вернулась, преследуемая чужеземными созданиями, которым есть что скрывать, возникает вопрос: успеет ли она спасти нуждающихся в помощи до того, как сон разума одолеет ее?
Убегать от чужаков, увертываться от выстрелов, пытаться понять, что, черт возьми, происходит, прежде чем всех перебьют…
Эй, просто как в старые добрые времена!

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101