ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но я надеюсь, что это не тот случай.
— Ты окажешься прав лишь тогда, когда мы воспользуемся вашим гостеприимством не дольше, чем я рассчитываю.
— Я не сомневаюсь, что вы тщательно распределите свои деньги. Но я хочу еще раз вернуться к вопросу: как дела со здоровьем у твоей жены?
Он критически посмотрел в сторону Зэп-210.
— В таких вещах у меня есть небольшой опыт. По-моему, она выглядит болезненно, безучастно и несколько угрюмо. У меня это не укладывается в голове.
— Она непостижимое существо, — согласился Рейт.
— Это определенно подходит к вам обоим, если я осмелюсь так выразиться, — сказал Кауш. Он посмотрел своими совиными глазами на Рейта. — Конечно, болезненность твоей жены — это твое дело. В павильоне уже накрыли стол, и я вас сердечно туда приглашаю.
— Я надеюсь, что это не очень дорого стоит?
— Ну что ты! Хотя в этом мире бесплатным является только воздух, которым мы дышим. Вы, наверное, относитесь к тем, которые предпочитают голодными отправиться в путь, чем расстаться с несколькими светло-голубыми секвинами. Но, признаюсь, я не очень в это верю.
Кауш повел их в павильон и усадил на плетеные ивовые стулья за ивовым столом, после чего отдал распоряжение девушке, чтобы та принесла еду.
На первое им принесли холодный чай, пирог со специям и стебли каких-то хрустящих красных водорослей. Блюдо было вкусным, стулья удобными. После ударов судьбы предыдущих недель все это казалось сном, но Рейт не мог удержаться от того, чтобы время от времени внимательно не оглядываться то в одну, то в другую сторону. Постепенно он расслабился. Павильон казался идиллией мирной жизни. Тончайшие ветви пурпурно-красных уинговых деревьев свисали до самой земли и распространяли приятный аромат. Карина 4269 отбрасывала на воде танцующие темно-золотистые блики. Где-то позади общинного дома раздался удар водяного гонга. Зэп-210 задумчиво смотрела на пруд и ковырялась в тарелке, как будто еда ей не нравилась. Когда она чувствовала на себе взгляд Рейта, то вся застывала.
— Налить еще чаю? — спросил Рейт.
— Если тебе хочется.
Рейт налил чаю из пузатого стеклянного кувшина.
— Кажется, тебе не очень хочется есть, — заметил он.
— Мне так не кажется. Меня интересует вопрос, имеется ли у них Дико.
— Нет, в этом я абсолютно уверен, — с сожалением сказал Рейт.
Зэп-210 нетерпеливо взмахнула рукой. Рейт осторожно спросил:
— Тебе здесь нравится?
— Лучше, чем в открытом море.
Некоторое время Рейт молча пил свой чай. Со стола убрали грязную посуду и перед ними поставили новые блюда: крокеты в сладком желе, веточки с белой сердцевиной, вареные недозрелые початки с серым мясом какого-то морского животного. Как и прежде, Зэп-210 не проявила особого аппетита. Рейт вежливо сказал:
— Теперь ты уже кое-что увидела на поверхности. Скажи, она намного отличается от того, как ты ее себе представляла?
Зэп-210 немного подумала.
— Я никогда не думала, что увижу так много женщин-маток, — пробормотала она, глядя прямо перед собой.
— Женщин-маток? Ты имеешь в виду женщин с детьми?
Она покраснела.
— Я имею в виду женщин с большими грудями и широкими бедрами. Их здесь так много! Некоторые из них кажутся очень молодыми.
— Это абсолютно нормально, — заявил Рейт. — Когда девушки становятся взрослыми, у них развиваются груди и бедра.
— Я тоже уже не ребенок, — необычайно самолюбиво напомнила Зэп-210 — А у меня...
Она осеклась и замолчала. Рейт налил себе еще чашку чая и откинулся на спинку стула.
— Придет время, — начал он, — когда я объясню тебе определенные вещи. Наверное, я должен был сделать это раньше. Все женщины являются «женщинами-матками».
Зэп-210 недоверчиво уставилась на него.
— Этого не может быть!
— Может, — кивнул Рейт. — Пнумы накачивали тебя наркотиками, чтобы ты оставалась недоразвитой. Я предполагаю, что это они проделывали с помощью Дико. Теперь же ты не находишься под их действием и постепенно станешь нормальной. Ты уже заметила в себе небольшие изменения?
Зэп-210 отшатнулась от него. У нее отнялась речь, как будто он узнал ее самую сокровенную тайну.
— О таких вещах говорить не принято.
— Пока не знают, в чем дело.
Зэп-210 посмотрела на водную гладь. Уже другим тоном она спросила:
— А ты заметил во мне изменения?
— Конечно. Прежде всего, ты уже не выглядишь, как призрак больного мальчика.
Зэп-210 прошептала:
— Я не хочу стать толстым животным, которое живет в темноте и валяется в грязи. Я тоже должна буду стать матерью?
— Все матери — это именно женщины, — объяснил Рейт, — но не все женщины — матери. И не все матери становятся толстыми животными.
— Странно, странно! Почему же одни женщины становятся матерями, а другие нет? Почему им выпадает такая неудачная судьба?
— В этом определенную роль играют мужчины, — сказал Рейт. — Посмотри туда, на веранду той хижины: двое детей, одна женщина и один мужчина. Женщина — это мать. Она молода и выглядит здоровой. Мужчина — это отец. Без отцов детей не бывает.
Прежде, чем Рейт смог продолжить объяснения, к столу вернулся старый Кауш и сел.
— Всем ли вы довольны ?
— Очень, — похвалил Рейт. — Мы с большой неохотой покинем вашу деревню.
Кауш самодовольно кивнул:
— В определенной степени мы счастливый народ: не такой суровый, как хоры, и не такой помешанный, как танги. А как вы? Я отдаю себе отчет, что слишком любопытен. Но эта можно объяснить тем, что вы кажетесь мне необычными людьми.
Рейт немного поразмыслил, после чего сказал:
— Я с удовольствием удовлетворю твое любопытство, если ты мне заплатишь за это приличные деньги. Я могу предложить тебе разные уровни объяснения. За сто секвинов я гарантирую благоговение и удивление.
Кауш отшатнулся и быстро замахал руками.
— Не говори мне ничего, что ты считаешь ценным! Но все незначительные слова, которые ты можешь сказать бесплатно, найдут во мне благодарного слушателя.
Рейт засмеялся:
— Тривиальность — это та же роскошь, которую я себе позволить не могу. Завтра мы покинем Зсафатру. Наших нескольких секвинов должно хватить до Сивиша. Только каким образом, я не знаю.
— Что касается этой проблемы, то могу дать вам совет, — заявил Кауш. — Даже бесплатно. Мои знания простираются лишь до города Урманка. Там вам необходимо быть как можно более осторожными. Танги без зазрения совести заберут у вас последние секвины. И совершенно бесполезным будет реагировать на это гневом или обидой! Это у тангов в крови. Они предпочитают лучше закрыть на все это глаза, чем работать. Когда зсафатранцы приезжают в Урманк, им всегда приходится быть начеку. Вы сможете в этом убедиться, если захотите отправиться с нами на базар.
— Хм! — Рейт провел рукой по подбородку. — А что же будет в таком случае с нашей лодкой?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169