ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Все это чепуха, — сказал Чандлер, недоверчиво качая головой.
Гибсон бросил на него уничтожающий взгляд и снова обратился к Миллеру:
— Это относится ко всем жертвам убийств? Если ты посмотришь на фотографии, ты сможешь их отличить?
Миллер кивнул.
— Убеди меня в этом, — сказал Гибсон и высыпал кучу фотографий перед собой на стол. — Здесь двадцать фотографий, на некоторых из них есть жертвы убийств, на некоторых — нет. Все фотографии сделаны до того, как люди были убиты. Ну давай, Фрэнк. Удиви меня, — сказал Гибсон, отступив назад и глядя, как Миллер взял первую фотографию.
Закрыв правый глаз, он стал ее рассматривать. На ней была изображена женщина в возрасте около тридцати лет, симпатичная. Фотография была старой.
— Жертва, — произнес он не колеблясь, когда его глаз различил ауру вокруг нее.
Одну за другой он просмотрел таким образом всю кипу фотографий.
Вот человек лет за пятьдесят, лысеющий, с глубоко посаженными глазами.
— Жертва, — объявил Миллер.
Еще одна женщина.
Он отрицательно тряхнул головой и отложил фотографию в другую стопку, после чего взял следующую.
Старая фотография. Пожилая женщина. Аура вокруг нее есть.
— Жертва.
Не прошло и пяти минут, как он закончил просмотр всей кипы. Из всех фотографий он отобрал пять, на которых, по его словам, были изображены жертвы.
— Ну что? — сказал он, отпивая из фляжки. — Завоевал я приз?
— Все равно я заявляю, что это чепуха, — обращаясь к Гибсону, сказал Чандлер. — Он знал об этих жертвах из книг и газетных статей.
— Ты знаешь кого-нибудь из них, Фрэнк? — спросил Гибсон. — Ты когда-нибудь до этого видел эти лица?
Миллер отрицательно тряхнул головой.
— А вы не скажете мне, кто они? — предложил он.
Гибсон вздохнул и стал по одной брать фотографии. И когда он это делал, Миллер снова каждый раз видел ауру вокруг изображенных на них людей.
— Марджери Гарднер, убита Невиллом Хитом в 1946 году. Джек Маквитти, забит насмерть Регги Креем в 1967 году. — Список продолжался. — Руфь Фюерст, убита Джоном Кристи в 1943 году. Джон Килбрайд, жертва так называемых «болотных убийств», — наконец, он дошел до последней фотографии. — Доналд Скеппер, убит Черной Пантерой в феврале 1974 года.
Была еще одна фотография. Ее инспектор вытащил не из «дипломата», а из своего внутреннего кармана. Он передал ее Миллеру.
— Сюзан Льюис, — сказал он. — Убита вчера вечером. Миллер отхлебнул из своей фляжки и снова взглянул на фотографии — каждая жертва была окружена излучаемой ею аурой.
— Теперь вы мне поверите? — спросил он.
Гибсон не ответил. Он молча стал собирать фотографии и складывать их обратно в «дипломат», который затем передал Чандлеру.
— Угадал, — сказал Чандлер презрительно.
— Он оказался прав, — парировал Гибсон.
— Значит, ты еще глупее, чем я о тебе думал, раз ты веришь всему этому, — сказал Чандлер.
— Подожди меня в машине, — сказал Гибсон своему помощнику.
Чандлер колебался.
— Оставь нас одних. — Инспектор кивнул на дверь. — Иди. Помощник неохотно вышел, посмотрев вначале на Миллера, затем на своего начальника.
— Все же ты мне не сможешь помочь, Фрэнк, даже если я тебе поверю. Черт возьми, если бы комиссар узнал, что я действительно доверяю тому, что ты мне рассказал, мне бы снова от него досталось.
Они переглянулись, затем Гибсон опять заговорил.
— Если у тебя появится еще подобная информация насчет возможных жертв убийств, дай мне знать, — сказал он устало и направился к выходу.
— Ты позволишь мне дать тебе один совет, Стюарт? — спросил Миллер. — Следи за Чандлером.
Инспектор почти незаметно кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Миллер остался один в прицепе.
Наедине со своими мыслями.
И опасениями.
Глава 47
Он взял фотографию из квартиры Терри во время первого визита к ней. Он просто прикарманил эту фотографию, когда Терри не было в комнате, сделав это с такой проворностью и ловкостью, на которую был способен только опытный вор.
Снимок был сделан, размышлял Миллер, три или четыре года назад. Волосы ее тогда были короче, лицо несколько полнее. Но главная черта, оставшаяся неизменной, были глаза, ее почти гипнотический взгляд. Миллер всмотрелся в эти глаза. Он тщательно рассмотрел всю фотографию. Украсть фотографию его толкнула не красота Терри, а необходимость выяснить ответ на вопрос, который преследовал его с тех пор, как они познакомились.
Ему надо было узнать, есть ли вокруг нее эта аура.
* * *
— Мне кажется, вам пора обратиться в полицию, — посоветовал Миллер, держа перед глазами записку.
Терри, сидевшая на диванчике, поджав под себя ноги, лишь взглянула на него, когда он, читая записку, подался вперед всем телом, держа в свободной руке бокал с виски.
— Мне кажется, он был здесь позавчера вечером, — сообщила она Миллеру, передав подробности того эпизода, который произошел на подземной стоянке. Миллер слушал внимательно, ни на миг не сводя глаз с Терри, пока она рассказывала ему о человеке, прятавшемся за колонной в тускло освещенном подземелье и наблюдавшем за ней. Даже сейчас, когда она сидела в своей уютной и светлой квартире, это воспоминание приводило ее в дрожь — страх, пережитый ею, был слишком велик. Миллер подождал, пока она закончит рассказывать, затем встал и прошел к большому окну гостиной с нарисованной на нем картиной. В вечерней темноте горели ярко освещенные окна квартир и домов, стоявших по соседству, мглу рассекали огни фар проезжавших далеко внизу машин. Небо опять заволокло тучами, первые капли дождя начинали барабанить по стеклу, как бы предупреждая о том, что произойдет.
— Значит, он говорит, что наблюдает за вами, — пробормотал Миллер. — Стало быть, он где-то совсем рядом.
— Спасибо вам за поддержку, — сказала Терри.
— Либо он блефует. Просто хочет, чтобы вы думали, что он наблюдает за вами, — продолжал размышлять вслух Миллер, отпивая глоток виски из бокала. — Так или иначе, а вам надо обратиться в полицию. Это зашло уже слишком далеко.
— Мой шеф будет не очень доволен. Ведь тогда эта история получит широкую огласку.
— Да черт с ним, не ему же угрожают.
— В том-то и дело: тот, кто шлет мне эти послания, не высказывал никаких угроз в мой адрес. Ни разу. Я думаю, он хочет связаться со мной. Если я обращусь в полицию сейчас, я его потеряю.
— Или он передаст эту историю на другую телестанцию или в газету, — сказал Миллер с сарказмом. — Вот, очевидно, что вас действительно беспокоит, не так ли? Вы так же дорожите этим чертовым рейтингом, как и ваш шеф. Вы уже создали себе имя, делая репортажи об этих убийствах, и теперь вам не хочется, чтобы все полетело в тартарары, когда вы начнете сворачивать эту историю, спугнув убийцу. Зато будет огромный заголовок в газетах, Терри: «Женщина-репортер убита маньяком, у которого она надеялась взять интервью», — добавил он, покачав головой.
— Я могла бы, наверное, спросить, какое ваше дело, почему я готова рисковать своей жизнью ради того, чтобы сделать репортаж. Так ведь?
— Вы могли бы также попросить меня покинуть вашу квартиру.
Она кивнула.
— Наверное, вы правы, Фрэнк, — вздохнула она. — Возможно, уже пора вызвать полицию, но мне следует сообщить своему шефу об этой записке. Он имеет право знать о ней. Хотя бы потому, что это он поручил мне такое задание.
Она поднялась со своего места и направилась к телефону. Миллер посмотрел, как она стала набирать номер, затем снова повернулся к окну и выглянул в ночную мглу.
Терри не смогла дозвониться до Боба Джонсона по его домашнему номеру и стала набирать номер телестудии.
— Редакция «Последних новостей». Боб Джонсон у телефона.
— Боб, это Терри. Послушайте. — И она быстро рассказала ему о том, что произошло.
Миллер, стоя спиной к ней, слушал рассеянно, как она говорила в трубку. Время от времени до него доносился раздраженный голос Джонсона на другом конце провода.
— Наверное, было бы разумнее, если бы мы дали полиции возможность заняться всем этим, — говорила Терри.
— Ни за что! — парировал Джонсон. — Мы же договорились, что вы не будете обращаться в полицию.
— До тех пор, пока не возникнет крайняя необходимость, — напомнила она ему.
— Но вы же сами говорите, что пока он не высказывал угроз.
— Послушайте, Боб, я согласна, звонить в полицию — последнее дело, но когда обнаруживаешь у порога записки... — Она намеренно выждала паузу.
— Как только он почувствует, что полиция его выслеживает, можете попрощаться с этой историей, — зло выпалил Джонсон.
— И все же я намерена воспользоваться и такой возможностью. Мы с Фрэнком обсуждали это и...
Джонсон не дал ей договорить. Он сказал тихим, но полным гнева голосом:
— С кем? Вы что же, говорили об этом кому-то еще?
— Но мы живем в свободной стране, Боб. А мне нужно было с кем-то посоветоваться.
— Почему бы вам не посоветоваться со мной? — Терри пришлось слегка отодвинуть трубку от уха — так громко и неистово он прокричал. — Вообще, кто такой этот Фрэнк? — грозно прорычал он.
Терри нахмурилась.
— Послушайте, ведь мы же обсуждали вопрос об убийце, а не о моей личной жизни. Какое, к черту, имеет отношение к делу, кто такой Фрэнк?
Миллер повернул голову, услышав свое имя. Он увидел гнев на лице Терри, услышал голос Джонсона, звучавший теперь еще громче.
— Это он велел вам обратиться в полицию? — настойчиво спрашивал Джонсон.
— Никто мне не велел. Мы просто обсуждали этот вопрос, и я считаю, что было бы хорошо, если бы и полиция была осведомлена о том, что происходит, они должны знать об этих телефонных звонках. Возможно, им удастся выявить его по голосу, опознать его.
В трубке наступила зловещая тишина. Терри слышала только дыхание Джонсона.
Она уже хотела снова заговорить, когда вдруг услышала его голос. Резкий и холодный как сталь.
— Ну и пожалуйста, — прошипел он. — Делайте так, как советует вам ваш друг.
Терри неожиданно отступила на шаг, когда Джонсон вдруг бросил трубку. Она взглянула на Миллера и пожала плечами.
— Что это с ним? — спросил Миллер.
Терри только развела руками. Она снова уселась в кресло и стала медленно водить указательным пальцем по ободку своего бокала.
* * *
Боб Джонсон сидел за своим рабочим столом и неотрывно смотрел на телефон, злобно стиснув зубы и поигрывая желваками на скулах.
Так он просидел довольно долго, сжав руки в кулаки и сотрясаясь всем телом от еле сдерживаемой ярости. Затем с ревом негодования он сильно ударил по столу кулаком.
— Сука! — прошипел он. — Дешевка.
Как смела она обращаться в полицию? Они же договорились не впутывать сюда органы правосудия. Это же ее репортажи.
Их репортажи.
Никто не должен встревать между Терри и делом об этих убийствах.
Никто не должен встревать между Терри и им.
Никаких помех. Никакой полиции. Никаких посторонних.
Он не мог допустить этого и не допустит.
Глава 48
Садясь в машину, Миллер и не предполагал, что за ним наблюдают.
Специалист по киноэффектам вывел свою «гранаду» вверх по скату из подземной стоянки.
Водитель преследующей его машины держался на почтительном расстоянии, не спуская глаз с «гранады». Как будто на невидимой сцепке машины пробирались сквозь уличный поток.
Миллер вышел из квартиры Терри в начале двенадцатого. Обратная поездка до дома, рассчитывал он, займет у него менее получаса. Он остановился у светофора и в ожидании зеленого света стал постукивать пальцами по рулевому колесу.
Машина, следующая за ним, тоже ждала.
Водитель следил за «гранадой» Миллера и, как только Миллер тронулся, тотчас же двинулся следом.
Сидя за рулем машины, Миллер возвращался мысленно к своей беседе с Гибсоном и инциденту с фотографиями. Ведь он ни разу не ошибся, определяя, кто стал жертвой: вокруг каждого убитого была светящаяся аура. Теперь он точно знал, что лишь он один обладал такой способностью. Он хмыкнул. Способностью? Подходит ли данное слово?
Дар, возможно? Или проклятье?
А вдруг это второе видение? — размышлял он. Но быстро отверг эту идею. Нет, психика тут ни при чем. Все дело в фотопленке, эмульсии и его пересаженном глазе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...