ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Ну и хорошо.
Пэрри сгреб дьяволицу в охапку и предался с нею такой страсти, что, несмотря на весь свой тысячелетний опыт, она была поражена.
«Как это сладко!» — подумал Пэрри, обнимая скорее не дьяволицу, а весь мир.
Пэрри одержал победу, о которой знали очень немногие, а также изменил жизнь людей к лучшему, хотя и не рассчитывал на похвалу. Однако его битва с другими инкарнациями продолжалась, и Пэрри постоянно искал возможность выиграть ее, пока внучка Ниобы не положила конец этой схватке. Как только где-нибудь менялось воплощение, Пэрри спешил воспользоваться слабостью нового. Когда, умертвив прежнего Танатоса, его место занял следующий, Пэрри удалось запутать новичка. Однако сын Ниобы, колдун, сумел познакомить Танатоса со своей дочерью Луной. После этого, несмотря ни на какие провокации, Танатос решительно отказался забрать душу Луны.
Тогда, превысив свои полномочия, Мефистофель похитил Луну и обрек ее на мучения. Хотя Пэрри никогда не одобрил бы пытки, ему пришлось сделать вид, будто это его рук дело. К несчастью, Танатос так рассвирепел, что разрушил сплетенную Сатаной сеть обмана и доказал свое право называться воплощением Смерти. Искренне восхищенный, Пэрри был вынужден сделать вид, будто он в ярости, и удалиться в свои владения.
Затем поменялись все три аспекта Судьбы, но на защиту новых встала сама Ниоба.
После этого Пэрри все-таки удалось сместить Марса. Воспользовавшись удобным случаем, когда в царстве смертных наступило временное затишье, Пэрри усилил свое влияние и добился того, что на земле погасло последнее столкновение. Таким образом он избавился от Марса. Разумеется, очень скоро вражда разгорелась с новой силой — люди были не способны постоянно поддерживать мир, а воплощением Войны стал другой, тщательно подобранный человек. Пэрри удалось подтасовать нити Судьбы так, чтобы власть досталась именно этому — бывшему индийскому принцу, страдавшему заиканием. У Пэрри имелась приманка, на которую, по его расчетам, этот человек должен был непременно клюнуть.
Когда пришло время, Пэрри отправился в замок воплощения Войны. Рядом с замком он разбил иллюзорный сад, где появился вместе с Лилой в виде эротической скульптуры.
— Я поручаю тебе обольстить Марса, — приказал он дьяволице. — На это время ты будешь называться Лила или Лилит и не сможешь пользоваться словами, связанными с моим противником.
— Ты низводишь меня до положения обычного демона! — возроптала она.
— Я просто напоминаю тебе твое место. Выполни задание, и вернешь мою благосклонность.
— Как господину будет угодно, — без особого удовольствия согласилась Лила. — Вряд ли подобное задание окажется для меня слишком сложным.
— Не скажи, — возразил Пэрри. — У этого человека осталась на земле женщина, принцесса, и он любит ее.
— Вот оно что, — с пониманием протянула дьяволица. — Давненько не приходилось мне соблазнять мужчину, у которого была бы возлюбленная среди смертных.
— Семь сотен лет, — задумчиво проговорил Пэрри. На самом деле, являясь призраком, Джоли уже не была тогда его возлюбленной, однако это не имело значения. — Я хочу, чтобы ты соблазнила его, а если не сумеешь — отвлекла. Если же тебе и это не удастся, хотя бы замани его в Ад. В решающую минуту он должен выйти из игры. У тебя есть по меньшей мере несколько недель.
— Более чем достаточно, — самонадеянно бросила Лила. — Ты забываешь о моем огромном опыте.
— Вот и воспользуйся им, — посоветовал Пэрри. — Ну все, Марс идет сюда. Мне хочется убедить его в том, что ты просто наложница. Возможно, тогда он воспримет тебя проще, чем настоящую женщину.
— Ну спасибо, — пробормотала дьяволица, не сумев скрыть досады.
Приняв вполне конкретную позу, они застыли.
Приблизившись, воплощение Войны стал с интересом рассматривать привычное на его родине скульптурное изображение совокупляющихся тел.
Внезапно Пэрри ожил и повернул к нему голову.
— А, вот и сам хозяин замка!
Вздрогнув, воплощение Войны отпрянул назад. Встретить говорящую эротическую скульптуру он никак не ожидал.
По сигналу Пэрри Лила отодвинулась от него и присела на краешек пьедестала, свесив босые ноги и слегка разведя колени. Дьяволица была в превосходной форме…
— Иди же ко мне, — позвала она Марса, раскрывая объятия.
— Кто ты? — спросил Марс, и тут же на его лице застыло изумление. Пэрри понимал почему: ведь здесь, в воображаемом саду, который по сути являлся частицей Ада, он мог устранить любой человеческий недостаток, в том числе и заикание.
— Я Сатана, воплощение Зла, — сообщил Пэрри. — А это одна из моих бесчисленных супруг, каждая из которых еще сладострастнее и послушнее предыдущей.
Лила ничем не выдала своего недовольства, связанного с данным ей описанием. Естественно, из всех женщин она считала себя верхом совершенства. И, конечно, в этом она не ошибалась. Впрочем, так же, как и Пэрри — упоминая бесчисленное число своих супруг, он имел в виду только одну, которая постоянно меняла облик.
— Сатана? — удивился Марс. — Здесь, в моем замке?
Пэрри объяснил ему истинную сущность сада.
— Почему ты решил связаться именно со мной?
Пэрри сообщил, что желает лишь помочь. Спрыгнув с пьедестала, Лила взяла Марса за руку.
— У меня уже есть женщина, — возразил Марс, нисколько не ошибаясь в ее намерениях.
— Она не совсем подходящая любовница, — вкрадчиво заметил Пэрри. — Такому, как ты, недостаточно лишь одной…
— Допустим. Но принц не подбирает женщин из чужих постелей.
— Договорились. — Пэрри щелкнул пальцами, и Лила покорно растворилась в воздухе. Затем он снова щелкнул пальцами — дьяволица предстала перед ними в совершенно новом облике. — Это Лила — ни один мужчина еще не коснулся ее. Она всегда будет рядом, стоит тебе только пожелать.
Мановением руки Пэрри снова отослал дьяволицу прочь. Ее черед придет позже, когда он простится с Марсом.
Пока же Пэрри прогуливался с Марсом по саду, в дружеской беседе предлагая логическое обоснование войны, с которым могло бы согласиться новое воплощение.
— Человек неразумен. Он обманывает и порабощает своего ближнего, не задумываясь о последствиях. В конце концов остается единственное решение — восстановить справедливость силой. А значит — новая война. — Снова на поверхность выплывал все тот же ошибочный подход «Цель оправдывает средства», который неизбежно приводил к злу.
— Но война вовсе не восстанавливает справедливость! — возразил Марс.
— Поэтому и нужно, чтобы за ней следило воплощение Войны. — Заранее заготовленные доводы полились ручьем, почти не встречая сопротивления. — Ты превратишь войну в действительно полезное орудие для устранения несправедливости среди смертных.
Марс внимательно слушал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89