ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Чего вы хотите от меня? - прохрипел он, оскалившись, как загнанный
зверь.
- Чтобы вы вернулись, - ответил я. - И рассказали им... все то, что
она должны узнать.
- Мы были так близко! - почти простонал он. - Считали, что одержали
великую победу над небытием...
- Небытие не абсолютное. Вам предстоит еще прожить жизнь...
- А будущее? Мы ведь тупик, не так ли? Мы выкачали энергию тысячи
энтропийных линий, чтобы вдохнуть жизнь в труп своей реальности. Но после
нас ничего не будет - только великая пустота!
- Каждый играет предназначенную ему в истории роль. И вы свою
выиграете.
- Но вы... - Он пристально смотрел на меня через разделявшее нас
пространство. - Кто вы? Что вы?
- Вы знаете, каким будет ответ, - сказал я.
Его лицо стало похожим на лист бумаги, на котором начертано слово
"Смерть". Но ум не сдавался. Тридцать тысячелетий генетической селекции не
прошли даром. Собравшись с силами, он подавил панику и снова стал цельной
личностью.
- Как... долго?
- Жизнь исчезла в сто десять тысяч четыреста девяносто третьем году
Конечной Эры, - ответил я.
- А вы... вы, машины... - выдавил он из себя. - Сколько?
- Я был послан из земной точки четыреста миллионов лет спустя после
Конечной Эры. Мое существование охватывает период, который вы сочли бы
бессмысленным.
- Но почему... если только не...
Надежда осветила его лицо, словно луч фонарика - темную воду.
- Проблема вероятностной матрицы еще не решена, - сказал я. - И наши
усилия направлены на принятие благоприятного решения.
- Но вы, машина... Вы все еще держитесь... человек вымер миллионы лет
назад... Почему?
- В нас мечта человека пережила его вид. Мы стремимся возродить
мечтателя.
- Снова? Зачем?
- Мы рассчитали, что человек пожелал бы этого.
Он засмеялся. Смех этот был ужасным.
- Очень хорошо, машина. Я возвращусь в забвение с этой утешительной
мыслью и сделаю все, что в моих силах, чтобы поддержать ваши жалкие
усилия.
На этот раз я позволил ему уйти.
Потом еще миг постоял на воздушной паутине, в последний раз
наслаждаясь ощущением телесной оболочки, глубоко вдохнул воздух этой
невообразимо отдаленной эпохи...
И удалился в точку своего происхождения.

42
И снова слился со Сверхинтеллектом, частицу которого представлял
собой.
Лишившись совсем недавно материальности, я воспринимал его
мыслительные импульсы, как звучный голос, гремящий в просторной аудитории.
- Эксперимент завершился удачно, - констатировал он. - Главный
временной ствол от шлака очищен. Человечество стоит у порога своей первой
эры. Все остальное стерто. Теперь его будущее - в его собственных руках.
Я понял. Работа закончилась. Мы победили.
Говорить больше было нечего. Незачем обмениваться сведениями,
скорбеть об обреченных достижениях множества эпох.
Мы сместили основной энтропический поток в прошлое, в котором
путешествия во времени никогда не существовали, а основные законы природы
делали их навсегда невозможными. Мировое государство третьей эры, мозг
Центра Некса, Звездная империя пятой, Космическое ваяние шестой - все
ушло, превратилось в боковые ветви, как это было до них с неандертальцами
и гигантским ящером. В качестве жизнеспособного ствола был оставлен только
человек старой эры - человек железного века - двадцатого столетия.
- Не совершаем ли мы ошибки? - спросил я. - Как можно быть
уверенными, что наши усилия не являются такими же бесполезными, как те,
что предпринимались до нас?
- Мы отличаемся от предшественников тем, что согласились стать
свидетелями собственного исчезновения - неизбежного следствия нашего
успеха.
- Потому что мы - машина. Но карги тоже были машинами.
- Да, но слишком близкими к своему создателю, слишком человечными.
Они не хотели умирать, хотели наслаждаться жизнью, которой наделил их
человек. А мы - высшая машина - продукт сотен тысячелетий технической
эволюции, не подверженный человеческим эмоциям.
У меня возникло неожиданное желание поболтать - обсудить стратегию
охоты первого предчувствия, заставившего отказаться от первоначальной цели
(исполнителя в черном) и сосредоточиться на карге, до последней дуэли с
суперкаргом, в которой беспомощная Меллия сыграла роль заложницы и помогла
мне обыграть человекомашину.
Но со всем этим было покончено. Оно даже не стало историей - Центр
Некса, Берег Динозавров, карги навсегда стерты из существования. А
надгробные речи не годятся для машины - она не нуждается в подбадривании и
утешении.
- Ты настоящий парень, шеф, - сказал я. - Для меня было честью
работать с тобой.
Смутный импульс, поступивший от него, отдаленно напомнил мне
человеческое удивление.
- Ты послужил программе много раз, во многих личностях, - сказал он.
- И, чувствую, перенял природу раннего человека в гораздо большей степени,
чем, как я считал, на это способна машина.
- Ранний человек - странное существо с ограниченным временем жизни и
ничтожным объемом знаний, - ответил я. - И все же, пока я был там, он
показался мне по-своему совершенным, и его своеобразия мы, вооруженные
всем возможным знанием, никогда не сможем понять.
После этого мы немного помолчали.
И на прощание он сказал:
- Ты был хорошим агентом и заслужил награду. Возможно, она будет
слаще благодаря своей бессмысленности.
Внезапно я ощутил, что расту, растворяюсь, разрушаюсь...
Меня поглотило небытие.

43
Крошечное пятнышко света пробило небытие, начало расти, становиться
все ярче и, наконец, превратилось в стеклянный шар на окрашенном в зеленый
цвет железном столбе, возвышавшемся на полоске пожухлой травы. Свет падал
на темные кусты, скамейку урну.
Я стоял на тропинке, чувствуя легкое головокружение. По дорожке
торопливо шел человек; он быстро проскользнул под фонарем и скрылся в
тени. Он был высок и худощав, одет в темные брюки, белую рубашку. Я узнал
его - это был я.
Буффало, штат Нью-Йорк, август тысяча девятьсот тридцать шестого
года.
Я вспомнил. Сейчас "я" наберу код и отправлюсь на Берег Динозавров, в
бесконечную временную петлю, или вообще в никуда - это зависит от
философского восприятия стертых страниц истории.
А дома, сидя у камина, слушает музыку и ждет меня Лайза.
Из кустов раздался приглушенный хлопок взорвавшегося воздуха -
счастливого пути. Может быть, стоило сказать ему напоследок, что все не
так уж мрачно, что мы все же победим.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42