ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Блайт сразу поняла, кто это. Лонг Бен полностью соответствовал своему имени: длинное тело, длинное лицо, длинные ноги. Он подошел поближе, с трудом волоча за собой ноги, и остановился, злобно сверля глазами Рейдера. Лонг Бен был одет в видавший виды алый камзол, ботфорты и покрытые жирными пятнами бриджи, которые удерживал на его тощей фигуре потертый ремень. На узкие плечи пирата длинными сальными прядями спадали давно немытые волосы; в глазах затаился бесноватый блеск. Все говорило о том, что он постепенно разрушается, загнивает от беспутного образа жизни. И это гниение затронуло не только его тело, но и душу.
Рейдер остановился у входа в таверну. К нему подошли Шарки и Оззи; еще семь пиратов маячили за его спиной. Лонг Бен окинул с ног до головы Блайт, одетую в сшитый для нее Харри наряд из тонкой кожи, затем посмотрел на Рейдера.
– А, Рейдер Прескотт, – произнес он, обнажая желтые гнилые зубы. – Не ожидал тебя снова увидеть. Думал, свидимся только в аду. За это нужно выпить.
Кивнув в сторону открытой двери таверны, Лонг Бен вошел внутрь, за ним потянулись его люди. Один из них поспешил предложить ему стул, но Лонг Бен продолжал стоять, дожидаясь, когда к столу подойдет Рейдер Прескотт. Только тогда все расселись, и Лонг Бен крикнул, чтобы принесли самого лучшего рома. Хозяин таверны лично бросился за бутылкой, а главарь пиратов снова принялся рассматривать Блайт: ее волосы, кожу, округлые формы фигуры, револьвер на боку.
– Итак, теперь ты плаваешь с женщиной. – Он скривил тонкие губы. – Привлекательная сучка.
– Она моя жена. – Это были первые слова, произнесенные Рейдером.
Лонг Бен запрокинул назад голову и гортанно засмеялся.
– Черт побери, ты всегда был джентльменом! – Он внезапно посерьезнел. – Именно это я больше всего в тебе презираю, Прескотт: ты всегда был проклятым джентльменом.
Лонг Бен снова взглянул на Блайт и заметил, что она рассматривает его людей, двое из которых уселись на стулья чуть позади него. Стрельнув по сторонам глазами, он молниеносно взмахнул плеткой с металлическими наконечниками, неизменно болтавшейся на боку. Концы плетки пришлись по лицу сидящего справа пирата. Тот взвыл, вскакивая с места и зажимая ладонями залитое кровью лицо.
– Сукины дети! – сплюнул Лонг Бен. – Такие, как вы, не должны сидеть в присутствие леди. – Второй охранник мгновенно вскочил на ноги. Затем Лонг Бен обратил на Блайт свои злобные глазки. – Рейдер Прескотт не единственный, кто знает, как вести себя с леди.
Блайт постаралась ничем не выдать своего испуга и отвращения. Господи, как ей хотелось сейчас прижаться к Рейдеру или хотя бы ощутить в своей руке его руку! Но она понимала, что тем самым выдаст свою слабость и это наверняка позабавит жестокого пирата.
Блайт снова посмотрела на его свиту. Какие же они все грязные и вонючие! А эти лохмотья! Больше половины пиратов были явными сифилитиками, как и сам Лонг Бен. Многие лица украшали шрамы, скорее всего, от плетки главаря. У некоторых были порваны ноздри и мочки ушей. Но все они смотрели на Блайт одинаково жадным взглядом. Нет, даже не смотрели, а буквально насиловали ее глазами.
В это время темнокожая служанка принесла на огромном подносе ром и поставила его на стол. Она испуганно отпрянула, когда Лонг Бен схватил ее за руку, требуя разлить ром по кружкам. Дрожа всем телом, девушка подчинилась.
Заметив ее животный страх, охранники Бена тут же переключили на нее все свое внимание. Едва служанка закончила разливать ром и собралась ускользнуть прочь, один из пиратов схватил несчастную за руку, притянул к себе, посмеиваясь над ее протестующими криками.
Горло Блайт болезненно сжалось при виде этой отвратительной сцены. Похотливые руки пиратов начали жадно лапать девушку. Ее пронзительные вопли только еще больше распаляли их. Почему Рейдер и Бастиан не вмешиваются?! Блайт умоляюще посмотрела на Рейдера, но тот ответил ей предостерегающим взглядом. Заметив, что Лонг Бен внимательно наблюдает за реакцией Рейдера, Блайт вскипела от гнева. Значит, это все подстроено?!
Очевидно, они хотят вывести Рейдера из себя, сыграв на его чувствах. Блайт понимала, что он не мог позволить спровоцировать себя, какова бы ни оказалась участь несчастной девушки. Однако кто помешает ей вступиться?!
– Скажи им, чтобы прекратили! – твердо приказала Блайт.
Лонг Бен смерил ее презрительным взглядом, с удивлением уловив гнев в золотистых глазах, затем зловеще улыбнулся, ясно давая понять, что и не подумает выполнить это требование.
Блайт сглотнула, лихорадочно ища выход из создавшейся ситуации. Недолго думая, она выхватила револьвер, сжав его обеими руками. Блайт видела, как дернулся Рейдер и напрягся за столом Лонг Бен.
Решительно направив оружие в сторону обидчиков служанки, она повторила:
– Отпустите ее, вы, грязные подонки! – Перестав смеяться, пираты повернули к ней возбужденные лица. Тогда Блайт взвела курок и качнула дулом револьвера. – Отпустите ее!
От неожиданности и страха они безвольно опустили руки. Служанка тут же сломя голову бросилась вон из таверны.
Окинув негодяев уничтожающим взглядом, Блайт вздернула подбородок и положила револьвер себе на колени. Обе стороны облегченно вздохнули. Скривив рот, Лонг Бен придвинул к ней кружку рома.
– За женщин! – провозгласил он, отмечая ее храбрость, и сделал глоток. Рейдер и Бастиан последовали его примеру. – Почему ты не пьешь за себя? – спросил пират, заметив, что Блайт даже не притронулась к рому.
– Спасибо, я не пью ром. Этот спокойный, полный достоинства ответ вызвал на его губах хитрую улыбку. Опустошив кружку, Лонг Бен повернулся к Рейдеру.
– Перейдем к делу. У тебя было достаточно времени, Прескотт. Каков твой ответ? Ты присоединяешься к нам или предпочитаешь, чтобы мы затравили тебя? – Сузив глаза, он переводил взгляд с Рейдера на Бастиана.
Рейдер красноречиво промолчал, а когда Лонг Бен начал багроветь от гнева, ответил:
– Мы не собираемся ни от кого зависеть, но мне нужны твои рынки в Чарлстоне и на Багамах, думаю, мы сможем договориться. Ведь тебе это тоже выгодно.
Лонг Бен испытующе посмотрел на Рейдера, и на его лице появилось наигранное добродушие.
– Моя пошлина будет высока.
– Сколько? – стиснул зубы Рейдер.
– Половину! – заявил Лонг Бен, ударив кулаком по столу.
– Это же грабеж, – подался вперед Бастиан, но Рейдер остановил его.
– Слишком много, Харвей, и ты это знаешь, – стараясь не выходить из себя, сдержанно проговорил Рейдер.
Пираты Бена насторожились, не спуская глаз с Шарки, Оззи и остальных матросов с «Виндрейдера».
– Это цена независимости. Или да, или нет. Повисло тяжелое молчание. Два давних врага, не мигая, уставились друг на друга, вкладывая в свой взгляд всю накопившуюся ненависть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101