ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Скан текста и иллюстраций, обработка текста и реставрация изображений – Карина Никитская \\
«Тотто-тян, маленькая девочка у окна»: Детская литература; Москва; 1988
ISBN 5-08-000996-9
Аннотация
Автор – популярная японская телеведующая Тэцуко Куроянаги – рассказывает о своем детстве, школе «Томоэ», в которой ей довелось учиться несколько лет, и прекрасном человеке и педагоге, директоре школы Сосаку Кобаяси. Книга эта, повествующая о школьных буднях маленькой девочки и на первый взгляд написанная для детей, не менее интересна и актуальна для взрослого человека, который пытается понять психологию и мир ребенка.
ТЭЦУКО КУРОЯНАГИ
ТОТТО-ТЯН, МАЛЕНЬКАЯ ДЕВОЧКА У ОКНА
Предисловие

Для родителей тех детей, которые станут читать эту книгу
В просторной студии токийской телекомпании Игорь Кио, приехавший на гастроли в Японию, репети­ровал телевизионное выступление. Облаченная в длинное, отделанное кружевами вечернее платье женщина с низкой челкой над озорными глазами по мановению «волшебной палочки» Кио то появлялась в клетке, где мгновение назад находился тигр, то оказывалась распиленной пополам – пышноволосую голову отвозили в ящике на колесиках в один конец студии, а ноги, укрытые по щиколотку кру­жевным подолом, в другой конец, – то на моих глазах вообще испарялась, чтобы секунду спустя появиться за спиной телеоператора, готовившегося к предстоявшим съемкам. Это была Тэцуко Куроянаги. «Откуда у нее столько энергии, живости, непосредственности, свойствен­ных скорее егозливой школьнице, но не взрослой женщи­не?» – недоумевал я.
«Уголок Тэцуко» – эту телевизионную передачу мы назвали бы, наверное, «9 студия» или, скажем, «Круглый стол» – ежедневно смотрят 10 миллионов японцев. Ста­рался не пропускать передачу и я. Сорок пять минут беседует Куроянаги с гостем своего «уголка» – японским спортсменом, ставшим олимпийским чемпионом, или чле­ном английской королевской фамилии, с мелким токий­ским предпринимателем, переживающим тяжелые времена, или с бывшим госсекретарем США, с писателем, просла­вившим японскую литературу, или с участником антиядер­ного движения. «Возможно ли, чтобы эти ежедневные продолжительные беседы были неизменно интересными, познавательными и поучительными?» – наверняка усомнитесь вы, узнав, что «Уголок Тэцуко» посетило уже 2500 гостей. Я отвечу: «Возможно». А если моего руча­тельства мало, примите во внимание следующее: коммер­ческое телевидение, доходы которого тесно зависят от популярности передач, не стало бы предоставлять время «Уголку Тэцуко», не собирай он многочисленную теле­аудиторию.
«Где сделалась Тэцуко Куроянаги незаурядной лично­стью с богатым внутренним миром, чуткой душой и про­ницательным умом, позволяющими ей открывать в собе­седниках качества, которых они, случалось, и не подоз­ревали в себе, и превращать обычное телевизионное ин­тервью в общественное событие?» – каждый раз задавался я вопросом.
Активная участница Фонда ООН помощи детям, Тэцуко Куроянаги старается облегчить трагическую участь мало­летних жителей африканских стран, которые поразил го­лод. Она материально поддерживает другой фонд. Он дает возможность существовать Японскому театру глухонемых. «Кто научил Тэцуко сопереживать страдающим от голода или физически ущербным людям? Кто привил ей желание „делиться с ними, – как говорит Куроянаги, – своим соб­ственным счастьем“?» – часто задумывался я.
Ответы на все эти вопросы я получил, прочитав книжку, которую вы держите сейчас в руках. Книжка – о школе «Томоэ», где посчастливилось учиться Тэцуко Куроянаги и где она сделалась такой, какой я представил ее вам.
«В прежней школе каждый сидел на отведенном ему месте, здесь же можно было сидеть там, где кому захо­чется, и менять парту в зависимости от настроения», – рассказывает Куроянаги о школе «Томоэ». Согласитесь, уже одно это способно сохранить у ребенка вплоть до выпускного класса живость и непосредственность перво­годка. Но в школе «Томоэ» были и другие педагогические чудеса.
«В обычной школе есть расписание: например, если первым значится родной язык, то в этот час все учат японский, если второй – арифметика, то пишут цифры, – говорится в книжке Тэцуко Куроянаги. – Здесь же все было иначе. В начале первого урока учительница писала на доске задания и вопросы по всем предметам на целый день и говорила: „Ну, а теперь приступайте. Начните кто с чего захочет“.
Красота! Хочешь – с японского, хочешь – с арифме­тики. Тот, кто любит писать сочинения, пишет, а кто увлекается химией – кипятит что-то в колбе над пламенем спиртовой горелки…» «Учитель любил, – продолжает Ку­роянаги, – все натуральное, естественное. Он стремился к тому, чтобы и дети развивались, по возможности, есте­ственно».
Учитель, о котором упоминает Тэцуко Куроянаги, – это Сосаку Кобаяси. Он же и возглавлял школу «Томоэ». «Каждый ребенок, – утверждал Кобаяси, – появляется на свет с хорошим характером, но окружающая его среда, дурное влияние взрослых подчас портят его. Важно по­этому побыстрее распознать в ребенке добро, развить в нем лучшие черты, заложенные природой, с тем, чтобы из него выросла настоящая личность».
Однако не всякий обладает даром увидеть в ребенке личность. Поэтому-то и считается, что воспитателем, как и художником, надо родиться. Кобаяси родился воспи­тателем.
Маленькую Тэцуко выгнали из обычной школы. Если выражаться языком учительских записей в классных жур­налах и в школьных дневниках, выгнали за недисципли­нированность. На деле – за то, что характер Тэцуко не укладывался в прокрустовы представления ординарных учителей о хороших и плохих детях. Изгнав Тэцуко, эти учителя по существу признали свое бессилие разглядеть в ней личность и свою неспособность помочь этой личности развиться.
Когда Тэцуко привели к Кобаяси, он, выпроводив маму, подсел к девочке и попросил рассказать о себе все, что ей захочется. И Тэцуко затараторила: о поезде, на каком приехала в школу, о контролере на станции, об учитель­нице в старой школе, о ласточках, свивших гнездо под школьной крышей, о своей собаке Рокки, о том, что в детском саду всовывала себе в рот ножницы и что любит лазить в чужой двор через ограду, о насморке, которым время от времени болеет, о папе, который плавает и умеет нырять, о платье, что мама надела на нее сегодня. Тэцуко не заметила, что говорила без остановки четыре часа. «Она никогда не встречала такого чудесного человека, – прочте­те вы в книжке. – Ведь до сих пор никто не слушал ее так долго. И ни разу он не зевнул от скуки, и видно было, что слушать ему так же интересно, как ей рассказывать».
Тэцуко казалось: она счастлива оттого, что впервые взрослый выслушал ее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42