ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Потом еще полчаса просто тихо лежала, стараясь не разбудить спутника. Достала крем, помассировала лицо, поправила макияж и тут заметила, что сверху за ее движениями наблюдают.
– Выспалась?
– Да, вроде получше стало. Боюсь только, что толку от моего присутствия в Москве будет мало, – голова думать совсем не хочет. Не соображает.
– Это ты про аудиторов?
– Ага.
– А ты думаешь, они такие умные? Слышала про банкротство Р*, – Вадим назвал известный холдинг. Они их тоже проверяли. Выслушай всех, но сделай по-своему. Бизнес-то свой.
«Это моя фраза», – зазвенели хрустальные колокольчики.
Начало девятого. У Вадима зазвонил телефон. Звонки поступали сначала через каждые пять минут, затем телефон стал трезвонить постоянно.
– Нина Константиновна, доброе утро!
Вика замерла. Только бы случайно не обратился к ней при ее начальнице! Не бросил какую-нибудь коронную фразу! Она и так после катера долго и мучительно доказывала, что не верблюд! И эта поездка грозит новыми допросами!
Ворон начал сбрасывать вызовы, отвечая только на те, которые считал наиболее важными. Потом вообще выключил связь.
– Почитать хочу, – объяснил он и взялся за газету, не замечая, что теперь за ним внимательно наблюдают. Ей было интересно посмотреть, как проходит его обычный день. Но через час стало скучно.
– Иди ко мне, – позвала она.
– Не-а, ты думаешь, почему я всегда на верхней полке сплю? Чтобы не достали!
«Урод! Нашел, чем и перед кем гордиться!» Колесникова пересела на другую кровать и начала распаковывать продукты. Видимо, решив уступить, Вадим переместился к ней вниз, но Вика к нему не приближалась.
– Иди сюда, что там застряла? – в свою очередь, позвал он.
Она съела йогурт, выпила воды и только после этого удовлетворенная своей выдержкой прыгнула под одеяло. Вадим тут же сгреб ее под себя.
– Вот, книжку хочу одну почитать. Мне тут один полиглот заявил, что я веду себя с людьми неправильно. Говорю гадости про конкурентов. А что мне остается, если эти уроды делают то же самое? Купил вот книжку умную про эту х…, – вдруг, что полезное найду.
– А я вчера тоже тут пыталась выискать…
– Я тебе про Фому, а ты про что?
Вика замолчала, сообразив, что свои интересы и мысли лучше держать при себе. Подавив гнев и обиду, все же попробовала понять этого человека, чем он живет.
Она лежала, уронив голову на руку Вадима, который вслух зачитывал отрывок из книги.
– Я не знаю, в одной книжке одно пишут, в другой – другое. Правила разные придумывают, как правильно держаться, что и как говорить…
– Что касается правил… Сколько правил, столько и исключений из них. Известно много случаев, когда люди абсолютно не соответствовали общепринятым нормам, занимали важные государственные посты при этом, пользовались общественной популярностью. И сами создавали правила. Это были личности. Есть те, кто тщательно следует моде, боясь выглядеть в глазах окружающих нереспектабельно. Есть те, кто сам создает моду. У тебя голова светлая. Харизма есть. Зачем тебе все это? Ты сам писать книжки умные можешь. По-моему, лучше оставаться самим собой.
Ее последние слова пришлись Вадиму по душе. И видимо, совпадали с его собственным о себе представлением. Тот смутился, отвернулся и встал, чтобы что-то достать из пиджака.
– Ты права. – Донеслось мягко до ее слуха. – Мне, кстати, предложили тут один новый проект. Что я, в принципе, и хотел. Как ты думаешь… – И «император» увлеченно поведал о своих давно лелеянных мечтаниях.
Они уже подъезжали к Москве. Вадим опять стал каким-то отстраненным, погруженным в предстоящие дела. Смирившись, Вика вышла вслед за ним на перрон, где их встретил Стас.
Хозяин случайно заметил знакомого и отошел в сторону с ним переговорить. Вика осталась стоять рядом с водителем. Сказала несколько банальностей и замолчала. Как-то неловко. Не знает о чем с ним говорить. Тот всегда молчит. Как партизан. Ей казалось, что она разговаривает со стенкой, может, она ему просто не нравится? Нет, так нет.
Вернулся Вадим и они зашагали к машине. Машина была новой, видно, что только что из салона. «Жене купил, что ли? Обещанное? Или той раскатившей губу мымре? Все, как полагается. Жена, девочки». Настроение резко испортилось. Когда подошли вплотную, на переднем сиденье мелькнула молодая женщина с длинными, окрашенными в иссиня черный цвет волосами. Вика нашла ее симпатичной спутницу Стасика, очевидно, что та ездит в командировку с ним не в первый раз.
Время для встреч слишком раннее. Москва на работу приходит лишь к обеду.
– Поехали, позавтракаем. Может, в магазин еще успею, – распорядился Ворон. – Весь пообносился. Хожу, как бомж.
Они зашли в один из ресторанчиков. Не заглядывая в меню, Колесникова выдала:
– Мне какой-нибудь горячий бульон и салат с сыром.
Завтрак включая странный, с привкусом какой-то индийской травы и больше похожий на яблочное пюре суп. Чем ближе приближалось время встречи с аудиторами, тем сильнее у нее подгибались колени. Стало страшно. А вдруг растеряется в незнакомой обстановке? Скажет что-то невпопад и подведет Вадима? «Успокойся и включи мозги. Они у тебя есть», – с невыспавшейся хрипотцой пропел внутренний голос.
Вскоре они вдвоем поднимались по знакомой лестнице и оказались возле стеклянных дверей, ведущих в небольшой хозяйский кабинет. Для совещания глава аудиторской компании пригласил еще несколько человек. Первое слово взял Ворон. Они вместе с хозяином аудиторской фирмы какое-то время разбирались по спорным вопросам, где в законодательстве был «пробел», который налоговая инспекция, как всегда, трактовала в пользу государства. Иногда в обсуждение вмешивались московские сотрудники. Колесникова не вмешивалась, затем все сильнее и сильнее хмурилась, видя, что разговор ушел в сторону от проблемы, ради которой приехала. И зачем этот импозантный хозяин аудиторской фирмы тень на плетень только наводит? Финансовый директор решила вмешаться. Она прекрасно понимала суть вопроса и после недавней проверки знала чем, какими статьями и их пунктами руководствуется налоговая инспекция. Спор разгорелся жаркий. Видя недостатки предлагаемых вариантов, Вика, не стесняясь, высказывала свое мнение, аргументируя его и вытягивая информацию из аудиторов. Сначала тяжело, потом все легче. План дальнейших действий вырисовывался все четче. Она и не заметила, что Вадим давно уже не вмешивается в разговор, и, обсуждая, мельком посмотрела на него в поисках поддержки. А он смотрел на нее. И как! Она быстро отвернулась, не поверив. Через секунду опять бросила точечный взгляд. Он ее любит! Без сомнений! Они глядели друг на друга, он – влюбленный, она – смутившаяся. Впрочем, смутилась не только она. Стало совсем тихо.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184