ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


На прогалине показались три тени: одна широкая — пестуна, другие, круглые и мохнатые — медвежата.
Пестун сначала осмотрел внимательно прогалину, обойдя ее по опушке леса кругом, потом стал на задние лапы и понюхал воздух. Это был еще очень молодой медведь, но уже внушительной величины, ростом выше человека. Медведь не чуял людей, так как ветер дул в обратную сторону. Успокоившись, он направился к яблоне; медвежата с жадностью бросились на валявшиеся яблоки и, громко чавкая, поедали их. Наевшись вволю, они шаловливо стали кататься по земле, а пестун продолжал бродить вокруг. Вдруг, почуяв присутствие людей, он мгновенно поднялся и потянул в себя воздух. В эту минуту засвистела стрела Обу; ему по правилу принадлежал первый выстрел.
С отрывистым ревом пестун упал навзничь, перевернулся, дрогнул лапами и затих, — стрела попала ему в сердце.
С визгом бросились медвежата к убитому, зарылись в его густую шерсть и выглядывали из нее в смертельном страхе. Все смолкло. Вдруг издали раздался глухой рев.
Как коршуны бросились охотники на свою добычу. Медлить было нельзя.
Берлога медведицы была близко, и страшный зверь мог явиться каждую минуту. С быстротой молнии они отрубили пестуну голову, связали ремнем одного медвежонка, вырвали из тела пестуна стрелу и пустились бежать домой. Обу нес голову медведя, а Руламан медвежонка.
Пробежав с сотню шагов, они остановились, с трудом переводя дух под слишком тяжелой ношей, и прислушались, но все было тихо. Пробежав еще немного, друзья опять остановились. До них донесся визг оставшегося медвежонка и страшный рев медведицы. Охотники хорошо знали, что сейчас она бросится за ними, но они ни за что на свете не оставили бы свою добычу.
Руламан и Обу бросились снова бежать, но оглянувшись, увидели за собой громадную тень медведицы. Из предосторожности они бежали большими зигзагами, что замедляло бег метавшейся из стороны в сторону медведицы. Но с каждой минутой расстояние между нею и ими быстро уменьшалось. Охотники бросились к молодой, стройной ели, достаточно прочной, чтобы выдержать их тяжесть и натиск зверя, и настолько тонкой, что медведице нельзя было на нее взобраться. Они наскоро привязали голову пестуна и медвежонка к ветке ели, а сами засели среди ее хвои, натянули луки и приготовились встретить врага. Медведица, потеряв у дерева следы охотников, разом остановилась, понюхала воздух и, заметив над собой людей, испустила страшный рев ярости. Ей жалобно ответил привязанный медвежонок. Не обращая внимания на сыпавшиеся сверху стрелы, медведица изо всех сил тряхнула ель. Охотники едва удержались в ее ветвях. Медведица навалилась всей своей тяжестью на дерево; ель трещала, гнулась, но не поддавалась. В бессильной злобе зверь стал грызть и царапать кору, потом, утомившись, опустился на землю, фыркая и издавая по временам отрывистый рев.
Стрелы сыпались одна за другой. Медведица или не обращала внимания на них вовсе, или выдергивала лапой и досадливо бросала на землю. Вдруг одна из стрел угодила ей прямо в глаз. Зверь содрогнулся от боли и со стоном вырвал стрелу.
— Один глаз долой, — закричал Обу. — Если бы теперь пробить и другой, то мы были бы спасены.
В это время к медведице подбежал второй медвежонок, которого она оставила у тела пестуна, и радостно прыгнул на тело матери; несмотря на множество ран, мать обняла его, стала ласкать и с жалобным ворчанием лизала ему мордочку. Привязанный медвежонок откликнулся на эту ласку и стал звать мать жалобным визгом. Медведица, пошатываясь, подошла опять к дереву и стала подрывать и грызть его корни. Уже слышался зловещий треск у самого основания ствола. А стрелы у охотников все были истрачены. Они наскоро сделали себе несколько кольев из сучьев и приготовились к новому нападению.
Медведица, навалившись всем своим грузным телом, снова качнула ель, и Руламан, стоящий с колом наготове, свалился на землю.
— Притворись мертвым!.. — закричал Обу.
Руламан затаил дыхание и замер. Медведица бросилась к нему, перевернула его несколько раз и понюхала в лицо. Руламан закрыл глаза и не дрогнул.
Обу схватил похищенного ими медвежонка и швырнул его в кусты. Медведица оставила Руламана и побежала на визг детеныша. Расчет Обу оказался верен. Медведица на некоторое время занялась медвежонком, стараясь развязать ремни, связывающие его лапы. Это дало возможность охотникам взобраться на другое дерево, собрав предварительно разбросанные стрелы.
Облизав и успокоив медвежонка, медведица снова бросилась к охотникам; новое дерево было гораздо толще первого, так что ей удалось влезть на него; она старалась отыскать врагов своим единственным глазом. Обу спустился к ней со стороны ее раненого глаза, прицелился в здоровый, и почти в упор ударил в него колом. Медведица с яростью замахнулась на него лапой, но он увернулся, а зверь с ревом скатился вниз. Охотники были в восторге: убежать от слепой медведицы было вовсе уже не трудно. Но им хотелось принести домой обе медвежьи головы. Они слезли почти бесшумно с дерева и подкрались к животному с поднятыми топорами. Но медведица почуяла их приближение и стала бешено метаться; наткнувшись на дерево головой, она в отчаянии повалилась на землю.
Обу решил задушить зверя. Из всех имеющихся у него и у Руламана ремней он сделал крепкую петлю и канат. Эта работа заняла почти целый час; обессиленное животное, казалось, стало глухо к редкому повизгиванию своих детенышей.
Перекинув канат через толстый сук дерева, Обу накинул петлю на голову медведицы; но она, разом встрепенувшись, успела снять петлю. Обу бросился с петлей снова к зверю, но тот словно ждал этого, вскинул лапами и, обхватив ошеломленного Обу, подмял его под себя. Руламан с ужасом смотрел на эту картину, уверенный, что его друга уже нет в живых. Он бросился к лесу, чтобы отыскать тяжелое бревно, которым было бы можно разом расшибить голову зверю.
Вернувшись с пудовой дубиной, Руламан ахнул. Медведица повалилась на спину и громко хрипела, а на ней без признаков жизни лежал Обу. Руламан изо всех сил ударил медведицу бревном и, не дав ей опомниться, нанес ей ножом глубокую рану в шею. Кровь ключом брызнула из раны; медведица вздрогнула и затихла: она была мертва.
С криком отчаяния бросился Руламан к телу Обу и зарыдал. Он попробовал приподнять его и протащить несколько шагов. Но Обу был слишком тяжел; Руламан понял, что ему не дотащить его до пещеры. Тогда он приготовил в густом кустарнике ложе из мха, положил на него друга лицом к востоку и накрыл его тело ветками. Потом он снял с дерева голову пестуна и положил ее у ног Обу.
— Неужели Обу умер! — думал в отчаянии Руламан.
Он опустился на колени и приложил ухо к груди друга:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33