ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Без особого труда ему вновь удалось восстановить свое прежнее положение в ипсуичском высшем обществе. Кью не был вполне уверен, почему и каким образом это случилось, но его вновь стали приглашать в самые приличные дома. Самое смешное, что теперь это его уже совершенно не волновало. Он уже окончательно понял, что готов заплатить любую цену для того, чтобы вернуть Фиби.
На дворе стоял март, и, пожалуй, самое потрясающее за этот месяц приглашение заставило Филиппа приехать в город на деловую встречу. Приняв от официанта стакан виски и сигару, Кью откинулся в кожаном кресле и стал ждать.
Саймон Кросби появился, подобно блудному сыну, с протянутой для рукопожатия ладонью и застенчивой улыбкой, игравшей на губах.
– Не знаю, как и благодарить вас за то, что вы соизволили прийти, Филипп.
Теперь Кью стало ясно, почему двери высшего света вновь распахнулись для него. Должно быть, все это устроил Саймон. Ему хотелось рассердиться на Кросби за то, что тот отказался от его дочери, но ведь и сам Филипп поступил подобным образом.
– О чем вы хотели поговорить со мной?
Кивком головы Кросби приказал официанту принести еще выпивки. В этом клубе его очень хорошо знали.
– О вашей дочери, – произнес тот, – поверьте мне, сэр, я не перестаю думать о ней.
Кью вспомнил о последней сплетне, которую слышал.
– А мне казалось, что вы позабыли о Фиби с тех пор, как были помолвлены с мисс Палмер. Еще одна богатая наследница. Конечно; не такая красивая, как моя девочка, но что делать.
– Это ошибка, – скривился Филипп, потягивая бурбон. – Эта особа внезапно разорвала помолвку. Женщины забыли о своем месте. А я был таким дураком, Филипп. Ведь мне всегда была нужна только Фиби.
– Фиби или ее состояние? – напрямую спросил Кью. Бровь Кросби в удивлении поползла вверх.
– Вы делаете мне больно, сэр. Но если вы даже и решили не благословлять нашего брака, я не изменю своего решения. И мне плевать, что ее осквернили и искупали в грязи. Вы даже можете лишить ее наследства. Все равно я хочу ее вернуть.
«Великолепная речь», – подумал про себя Филипп, но, несмотря на весь цинизм, на сердце у него стало легче. Саймон Кросби прекрасно понимал, что теперь за Фиби дадут куда большее приданое…
– В таком случае, мы договорились, – промолвил он. – Я тоже хочу вернуть свою дочь.
В начале апреля, лежа в объятиях Алекса, Фиби услышала какой-то шум. Не открывая глаз, она попыталась угадать, что же это такое. Пушок угрожающе зарычал.
Весенняя распутица наступила так быстро, что почти каждый день происходило нечто новое. Например, вчера, разлившийся ручей смыл бобровую плотину.
Почувствовав, как вздрогнул Алекс, девушка еще крепче прижалась к нему. Алекс всегда старался вставать с первыми лучами солнца. И потому она всегда пыталась найти какой-нибудь способ, чтобы задержать его в постели подольше. Особой сложности это не представляло. Пару сонных поцелуев, подсказывающие ласки – и он вновь начинал предаваться любовным утехам вместе с ней. Потом они опять уснули, и Фиби совершенно забыла рассказать молодому человеку о том утреннем незнакомом звуке. Быть может, это сосулька упала с крыши.
Но когда девушка услышала этот звук во второй раз, то поняла, что это не сосулька.
Она вскочила с постели, натягивая ночную рубашку. Собака громко залаяла. Алекс, надев штаны, бросился к дверям.
Но было уже слишком поздно. В хижину ворвались четверо мужчин и три пистолета нацелились в грудь Хосмена. Он попятился, прикрывая собой испуганную девушку.
На мгновение все затаили дыхание.
– Отец! – еле слышно проговорила Фиби. Он очень сильно изменился. В длинном черном плаще Филипп Кью казался куда меньше ростом, чем был раньше. Его прежде цветущее здоровьем лицо теперь побледнело. Девушке сразу же пришло на ум, что отец болен.
Она выступила вперед, заслоняя Алекса, но он оттолкнул ее в сторону, и тотчас раздался звук взводимых курков.
– Нет! – закричала Фиби, пытаясь встать рядом с любимым. Ей было все равно, что она в неглиже и ее отец и трое посторонних мужчин видят ее сейчас босой и простоволосой.
– Ты не посмеешь, – прошептала девушка. – Ты не посмеешь открыть здесь стрельбу. – Посмотри внимательно, принцесса, – сказал Алекс, – они смогут сделать все, что им заблагорассудится.
Он попытался высвободиться из ее рук.
– Пусти меня. Они пришли за мной.
– Ни за что, – Фиби крепко сжала руку Хосмена. – Я не позволю им тебя застрелить!
Встретившись с яростным взглядом отца, она поняла, что Филипп Кью сейчас способен на все. Будучи безоружным, Алекс не смог бы себя защитить, а отец не пощадил бы его.
– Похоже, ты прячешься за женскую юбку, – презрительно процедил Кью, обращаясь к Алексу.
– Скажи своим людям, чтобы они вышли! – выкрикнула Фиби.
– А какого черта ты здесь делаешь, Кью? – поинтересовался Алекс.
– Я прибыл сюда, чтобы забрать то, что принадлежит мне.
– А почему же ты не пришел раньше? – резонно спросила Фиби.
– Я не веду переговоров с преступниками, – ответил Филипп.
– Даже если они представляют мои интересы? – с дрожью в голосе переспросила Фиби.
Пушок угрожающе зарычал. Отец смотрел на нее так, словно перед ним был совершенно незнакомый человек.
– Я могу себе только представить, что тебе пришлось вынести. Пока ты находилась в руках этого сумасшедшего. Поедем домой, дочка… – он потупил взор. – Я был в большом смятении после того, что произошло в ночь пожара. Прости меня, Фиби. Прости и возвращайся домой. Прежнее послушание как будто бы вновь ожило в ее душе. Ведь голос отца звучал так искренне, так убедительно… Девушка понадеялась, что они с отцом, в конце концов, простят друг друга.
– Прикажи своим людям выйти вон, – повторила она. – Я с места не сдвинусь, пока ты это не сделаешь.
Фиби почти физически почувствовала, как у отца перехватило дыхание от прежде неслыханной непримиримой твердости в ее голосе. Он в нерешительности помедлил, а потом громко стукнул тростью об пол. Мужчины опустили револьверы, но тем не менее держали курки взведенными. В тусклом утреннем свете девушка узнала в них людей Джона Алдервика – наемных сыщиков. Интересно, сколько заплатил им отец, чтобы они приплыли сюда?
– Как ты меня нашел? – спросила Фиби. -Откуда ты узнал, что мы остались зимовать на этом острове?
– Я провел частное расследование.
Да, Алдервик и впрямь знал свое дело. Быть может, они даже шантажировали Грозного Рика.
– Я болен, – еле слышно промолвил отец. – Ты нужна мне сейчас как никогда. Поехали домой, дочка.
Она посмотрела на его ввалившиеся щеки и черные круги под глазами.
«Ведь это мой отец, – внушала себе Фиби. – Мой отец». Он был человеком, доброта которого крылась в сокровенных глубинах души. Его еще можно было спасти.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76