ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- Разве
я мог не вернуться?
Марина обессиленно всхлипнула и неожиданно обхватила его лицо ладонями
и поцеловала. Сколько они так простояли, никто из них не смог бы сказать.
- Коля...
- А ты знаешь, я почти ничего не принес, - не к месту признался
Николай.
- Главное, сам пришел, - с нежностью возразила Марина, снова прижимаясь
к нему. - Коля... ой, да что же мы здесь стоим. Ты же есть хочешь. Подожди,
я быстро.
Она побежала на кухню. Николай вздохнул, выложил на столик в прихожей
банки с консервами, повесил куртку, прошел в ванную, кое-как умылся,
вытерся и вышел.
- Ой! - Марина только сейчас, при свете, разглядела его лицо. - Кто это
тебя так?
- Да не все ли равно, - отмахнулся Николай, усаживаясь за стол.
- Давай я тебе одеколоном протру.
- Сядь, - попросил он. - Поешь.
- Я уже ела, - торопливо ответила Марина. - Правда, ела.
- Ну, тогда и я не буду. - Николай демонстративно встал и стал
расстегивать рубашку. - Завалюсь сейчас...
Угроза подействовала. Поели вместе.
- Знаешь, из города надо уходить, - сказал позднее Николай, жадно
затягиваясь сигаретой. - Ничего хорошего нас тут уже не ждет. Дальше будет
еще хуже. Гораздо хуже. Так что надо уходить. Все равно куда, но уходить.
Пойдешь со мной?
- Пойду. - Марина подняла на него широко распахнутые, немного
испуганные глаза. - Конечно, пойду. Ты ведь меня не... оставишь?
- Тебя? Оставить тебя? Да как ты могла такое подумать? - Николай
вскочил и прижал ее к себе, ощущая накатившую волну нежности. От волнения
он несколько секунд не смог говорить. - Ты... ты такая... я жить без тебя
не могу... я... я люблю тебя, Марина. И пока я жив... Извини, мне не нужно
было тебе этого говорить, - резко опомнился он и разжал руки. - Прости,
вырвалось. Но клянусь, все, что я тебе сказал - правда. Прости.
- Глупенький, за разве за такое просят прощения, - нежно пробормотала
Марина. Их губы встретились.
И наступило забытие...

7. На следующее утро. Исход.
Город умирал. Лишенный продуктов, энергии, а теперь и воды, он
превратился в скопище пустеющих домов. Всякая власть исчезла, словно ее и
не было, и по улицам, не таясь, бродили банды мародеров. Они нагло
вламывались в квартиры, забирали все, что хотели забрать, по инерции
надеясь, что еще наступят времена, когда награбленное можно будет сбыть и
славно гульнуть.
Впрочем, гулять они начали прямо сейчас, опьяненные безнаказанностью. В
домах и на улицах оставались безмолвные тела тех, кто пытался защитить свое
или чье-то достоинство. Дома вспыхивали по всему городу, и тушить пожары
было уже некому.
Они вышли, едва начало светать. Проблески зари были почти незаметны в
отсветах пожаров. Николай и Марина старались идти быстро, насколько
позволяли рюкзак и сумка, но удавалось им это не всегда - время от времени
приходилось бросаться в сторону, завидев людей, иногда путь преграждали
пожары, и приходилось идти в обход, теряя драгоценное время. Утешало их
лишь одно - большинство мародеров уже успело к этому времени напиться и
осталось там, где их свалил сон. Но не все.
Дважды им удавалось счастливо избежать роковых встреч. Первый раз они
успели вовремя заметить расположившуюся прямо посреди улицу компанию, а во
второй раз спаслись едва ли не судом, проскочив сквозь огонь.
Всю дорогу Николай проклинал себя за нерешительность. Пусть не вчера,
но еще позавчера путешествие было бы намного безопаснее, хотя риск был и
тогда, но подвела привычная надежда - а вдруг что-нибудь да изменится к
лучшему, подвезут продукты, пойдут поезда, хотя бы появятся солдаты, ведь
существует же еще, в конце концов, правительство, и кто-то просто обязан
подумать об их корчащемся в агонии городе. Неужели везде все то же самое -
голод, хаос, гибель?
- Скорее! - Настороженные чувства сработали молниеносно, и он дернул
Марину назад и в сторону.
Не повезло. Их заметили, и трое верзил-юнцов с улюлюканьем бросились в
погоню. Теперь все решали ноги, но у убегавших была тяжелая поклажа,
которую бросить они не могли - там были остатки продуктов, вода, кое-что из
вещей.
Не уйти! Николай решил было отпустить Марину и прикрыть ее отход, но
сразу понял бессмысленность этой затеи. Ладно, задержать их на какое-то
время он сумеет, но что потом станет с одинокой девушкой в горящем городе?
Пусть даже она благополучно вырвется, а потом...
- Сюда! - Николай втолкнул Марину в ближайший подъезд, сбросил рюкзак,
выхватил из него полуметровый отрезок металлической трубы, прихваченный
неподалеку от дома, и, как тысячи мужчин до него, встал между возлюбленной
и надвигающейся опасностью.
Он знал, его поражение будет означать для девушки нечто более страшное,
чем просто смерть.
Обогнавший на десяток метров других парень влетел в подъезд, и Николай
обрушил на его голову увесистый удар. Парень мешком повалился на пол, не
успев даже выпустить из рук дубинку. Николай перепрыгнул через него,
выскочил на улицу и сбоку нанес удар не успевшему остановиться второму.
Третий успел отпрыгнуть в сторону и выхватил нож.
Николай снова замахнулся трубой, но противник нырнул под удар и Николай
едва успел увернуться от ножа. Они сшиблись и через мгновение покатились по
асфальту. Вскоре парень очутился сверху, вырывая зажатую в кисти Николая
руку с ножом. Отчаянным усилием Николай ухитрился завалить его на бок и тут
же нанес удар коленом в пах, и пока ошеломленный противник приходил в себя,
опрокинул его на спину и стал молотить головой об асфальт.
Опомнился он лишь тогда, когда обессиленно свалился на давно уже
неподвижное тело. Отдышавшись, он медленно сполз, присел на корточки, вынул
из вялых пальцев нож, защелкнул лезвие и сунул нож в карман. Подобрал трубу
и на подгибающихся от пережитого напряжения ногах побрел к подъезду.
Увидев Николая, Марина уронила напряженно прижалые к груди
руки и обессиленно прислонилась к стене. Николай молча запихнул
трубу в рюкзак, оставив, как и прежде, торчащий конец, и все
так же молча перекинул через плечи лямки.
- Пошли... - хрипло произнес он, переступил через лежащее у двери тело
и шагнул на улицу.
Опасаясь, что поблизости могут оказаться и другие из той же банды, они
свернули на параллельную улицу и попали в полосу пожаров. Дымились
сгоревшие еще ночью остатки одноэтажных домов, дотлевали заборы и деревья,
кое-где еще плясало ленивое пламя. Но гораздо страшнее оказалось видеть
множество трупов. Некоторые обгорели при пожаре, но были и с проломленными
черепами, зарезанные, задавленные. Несколько раз им попались залитые кровью
тела изнасилованных женщин, были и трупы детей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9