ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. Кусок полированной стали, без слабости, без жалости – машина. Он вспомнил все, что ему говорил Цански. Это ведь Элен заставила своего мужа включиться в операцию «Санрайз». Ей осточертело унылое прозябание в городе без кондиционированного воздуха, отсутствие шикарного «мерседеса» и драгоценностей, невозможности поездок на каникулы в благословенную Европу... В течение последних трех лет генерал Тринк Ну был не у дел, на крючке после неудавшейся попытки свержения правительства. И Элен страшно злило, что некоторые девушки, которые когда-то вышли замуж за младших офицеров, теперь, став богатыми и высокопоставленными дамами, едва удостаивали ее поклоном.
– Мне бы хотелось знать, кто убил полковника Митчела?
– Это уж ваше дело.
Ее голос снова стал сухим. Но Малко не хотел менять тему разговора.
– Мистер Цански очень огорчен переменой в отношениях с вашим мужем, – сказал Малко, наклонившись к ней. – Вы не знаете, что произошло?
Она посмотрела ему в глаза. Ее купальник начинался так низко, что отчетливо выступала грудь. Малко почувствовал, что операция «Санрайз» начала отдаляться от него...
– Может быть, он сам вам скажет об этом, – ответила она. – Я не хочу вмешиваться в его дела. Я ведь всего лишь женщина...
Неожиданно она встала, подошла к краю бассейна и нырнула. Малко задумчиво смотрел ей вслед. Чего же она хочет? Она все же возобновила контакт, хотя ему казалось, что сделала это из личных побуждений.
Элен вышла из бассейна и растянулась рядом с ним. Они стали болтать об Азии. Малко рассказал несколько эпизодов из своей жизни. И чем больше он говорил, тем больше она как-то расслаблялась. Но ему не удалось больше вернуться к нужной для него теме разговора.
– Вы уже пробовали курить опиум? – неожиданно спросила она.
– Да.
– Тогда я приглашаю вас сегодня вечером. Только никому не говорите об этом. Запрещено!
«Как все в Сайгоне», – тут же подумал Малко. Огромное облако закрыло солнце. Элен встала и поправила свой купальник.
– Сейчас пойдет дождь. Давайте уедем отсюда.
* * *
Лежа на боку, с огромным жирным животом, свисающим над саронгом, завязанным на поясе, опираясь на локоть, генерал Ну алчно смотрел на бутылочку с опиумом, потрескивающим над лампой. Ему казалось, что он уже чувствует горьковатый вкус на языке, покой, нисходящий на его нервы и проникающий в глубину его мозга. Ни один звук не вырвался из его горла, но губы шептали только одно слово: быстрей, быстрей! – и обращено оно было к маленькой девочке, которая приготавливала трубку.
Так было всегда: после нескольких трубок его страх исчезал, комок, сжимающий желудок, растворялся, и он начинал чувствовать себя вне обычного мира.
Приступ ненависти к иностранцу, лежащему напротив него в маленькой спокойной комнатке, заставил задрожать его подбородок. Это из-за него и его друзей он совсем перестал спать, дрожал при малейшем постороннем шуме, не смел выйти из своей виллы. Когда он оставался один, то сразу же надевал тяжелый пуленепробиваемый жилет, сделанный из металлических пластинок и материи. Он почти ничего не ел. Он знал, что слуги за его спиной смеялись над ним. Ему было наплевать на это. Он думал только об одном: Кто из них предаст его? Кто из них положит мину около его кровати? Кто из них всадит ему в горло нож?
Вьетнамец резко поднес руку к горлу. Он больше не мог... Жизнь ничего не стоила. Он ненавидел американцев: ведь они рисковали только своими долларами.
Позади тела своего гостя он видел тело жены. Дрожь ненависти и желания пробежала по его жирному телу. Это из-за нее он бросился в эту авантюру, из-за ее амбиции. И еще потому, что не мог поступить иначе. Больше всего в жизни он хотел ее, хотел постоянно. Уже давно перестал стесняться слуг, хотя и знал, что они смеются над ним за закрытыми дверьми.
В тот день, когда американец предложил ему войти в это дело, Элен пришла к нему в кабинет, одетая в купальный костюм. Она села к нему на колени, но когда он захотел взять ее, освободилась от его рук, ударила по щеке, сбросила на землю, не дав ему даже возможности поцеловать себя.
– Если ты не согласишься на предложение американца, ты больше никогда не дотронешься до меня, – холодно сказала ему. – И если в конце года ты все еще будешь прозябать здесь, я брошу тебя. Индийский консул хочет жениться на мне. Он богат.
Генерал Ну знал, что это был ее давнишний любовник, она говорила правду. И в тот же день генерал дал свое согласие. Так он вошел в первый круг ада...
Коричневый шарик вспучился и превратился в большую каплю. Девочка умело бросила его в отверстие трубки, уплотнила при помощи иглы и протянула трубку генералу. Его губы сжались на наконечнике из слоновой кости, и он начал глубоко дышать короткими затяжками, закрыв глаза, и продолжал так втягивать в себя опиум, пока трубка не опустела.
Тогда генерал Ну перевернулся на спину, задержав последнюю затяжку в груди.
Девочка, которой было не больше двенадцати лет, положила трубку на серебряный поднос, туда же положила флакон с опиумом и иголки, встала, обошла тело Малко и присела между ним и Элен. Пламя лампы создавало на стене фантастические тени. Жирное и мягкое лицо генерала Ну приняло выражение экстаза.
* * *
– Теперь вы, – прошептала Элен Малко.
Она лежала на циновке, которая покрывала пол маленькой, голой комнатки без окон.
Ярко накрашенная, с блестящими глазами, с ярко-красным ртом, совершенно голая под саронгом, державшимся на ее груди, она напоминала спелый тропический плод. Опершись головой на маленькую подушку, она переживала удовольствие от своей первой трубки.
Малко лежал рядом с ней, отделенный от генерала совсем небольшим пространством. Он тоже был в саронге.
Ловкими и привычными жестами девочка приготавливала трубку. Пока он курил, она ждала, терпеливая и равнодушная. Позднее, когда он выкурит трубку до конца, она тоже закурит в свою очередь.
Наркотик еще не отделил Малко от действительности. Он внимательно разглядывал генерала Ну, не понимая, почему Цански выбрал именно его. А генерал, между тем, собирался бить «отбой», и нужно было во что бы то ни стало снова заставить его занять свое место. Без этого не будет операции «Санрайз».
Сначала генерал принял его в безвкусно обставленном салоне. Он был затянут в белую униформу и казался страшно скучным. Присутствовал еще один вьетнамец, одетый в штатское. У него была какая-то мертвая голова. И с ним была девушка с огромной грудью и с совершенно идиотским видом. Они жевали торт с папайей и пили чай с виски. Разговор не клеился. Элен, очень привлекательная в своем саронге, настояла, чтобы и Малко тоже надел такое же одеяние.
Рядом с салоном находились две маленькие комнатки без окон. Дружественная пара первая исчезла в одной из этих комнаток.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54