ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Рекс Стаут
Повелительница павианов


Стаут Рекс
Повелительница павианов

Рекс Стаут
Повелительница павианов
Перевел с англ. А. Шаров
В тот день у меня была большая запарка, и лишь избыток природного благоразумия не дал мне выйти на свежий воздух и немного отдышаться. Я лишь изредка спускался в кабинет, тщательно прикрывал за собой дверь в коридор и устраивался в кресле, взгромоздив ноги на стол. А потом закрывал глаза и делал дыхательные упражнения.
Я дал маху дважды - когда Билл Макнаб, заядлый цветовод и издатель "Газетт", предложил Ниро Вулфу как-нибудь пригласить в гости членов Манхэттенского клуба любителей цветов, чтобы они полюбовались его орхидеями, я должен был предвидеть, что мне сулит это мероприятие. Когда день был назначен и приглашения разосланы, мы с Вулфом условились, что Фриц и Сол будут встречать гостей в прихожей, а я, Теодор и сам Вулф развлекать их в оранжерее. Кабы меня не подвел здравый смысл, я бы решительно воспротивился такому раскладу, но не слелал этого и в итоге полтора часа толкался в толпе гостей Вулфа, раскланиваясь и рассылая во все стороны псевдовосторженные улыбки.
Все было бы ещё ничего, найдись среди гостей такие, созерцание которых радовало бы глаз. Спору нет, вступить в Манхэттенский клуб любителей цветов весьма непросто, но, похоже, критерии отбора там очень отличаются от моих. Мужчины, впрочем, были вполне заурядные, ничего особенного. Но женщины! Они льнули к цветам с какой-то изуверской нежностью, а все потому, что цветы не могли ответить им взаимностью.
Одна, правда, оказалась довольно миленькой, но всего одна. Мне пришла охота заглянуть в неотапливоемую часть оранжереи, тут-то я и увидел эту девицу в конце коридора. С расстояния в десять ярдов она казалась более-менее привлекательной, а когда я сумел, лавируя среди цветоводов, подобраться к ней, чтобы ответить на вопросы, если они у неё возникнут, то убедился, что глаза не обманули меня: девица метнула на меня быстрый косой взгляд, и я понял, что она без труда отличит мужчину от цветка. Она молча улыбалась и протискивалась сквозь толпу в обществе своих спутников - двух мужчин и дамы не первой молодости. Чуть погодя я предпринял ещё одну безуспешную попытку приблизиться к девице, а потом, опасаясь, что улыбка намертво приклеится к моей физиономии, решился на самовольную отлучку, чтобы передохнуть. Я бочком подобрался к торцу отапливаемого отделения оранжереи и юркнул в дверь.
Насколько я помню, а память у меня неплохая, в старом особняке Ниро Вулфа на Западной тридцать пятой улице ещё никогда не собиралось столько народу. Я забежал в свою спальню за сигаретами, потом спустился этажом ниже и заглянул в коридор, дабы убедиться, что спальня Вулфа на замке. Затем я проверил, как Фриц Бреннер и Сол Пензер справляются с приемом и проводами гостей, и отправился в кабинет.
Прошло минут восемь или десять, я успел расслабиться и немного отдохнуть, когда вдруг открылась дверь, и девица вошла в кабинет. На этот раз она была одна. Пока она закрывала дверь, я успел вскочить и любезно проговорить:
- А я тут сижу и размышляю, удастся ли...
Увидев её лицо, я осекся. На первый взгляд, лицо как лицо, но на нем читалась тревога. Сделав несколько шагов, девица упала в желтое кресло посреди комнаты.
- У вас найдется что-нибудь выпить? - спросила она.
- Конечно. - Я достал из бара бутылку виски.
Ее руки дрожали, но она не расплескала ни капли и осушила бокал в два приема.
- Еще? - спросил я.
Девица покачала головой. Ее блестящие карие глаза подернулись поволокой, и она вдруг устремила на меня долгий пытливый взгляд.
- Вы Арчи Гудвин, - сказала она.
Я кивнул.
- А вы, надо полагать, египетская царица.
- Я - повелительница павианов, - объявила девица. - Они-то и научили меня говорить. - Она поискала, куда бы поставить бокал, и я забрал его у гостьи. - Посмотрите, как у меня руки трясутся, - проговорила она.
С этими словами повелительница павианов вытянула руку, и я мягко пожал её, взяв в ладони.
- У вас немного расстроенный вид, - заметил я.
- Мне необходимо увидеться с Ниро Вулфом, причем немедленно, пока я не передумала, - сказала она, не сводя с меня глаз. - Я влипла в препоганейшую историю, но могу выпутаться, если уговорю Ниро Вулфа мне помочь.
Я ответил, что едва ли она сумеет встретиться с Вулфом до окончания приема. Гостья огляделась и спросила:
- Сюда могут войти?
- Нет, не могут, - ответил я.
- Можно мне ещё глоток?
Я ответил, что сначала ей нужно успокоиться, и девица не стала возражать, но поднялась и налила себе сама. Я нахмурился, сел и принялся наблюдать за ней. Должен признаться, девица производила несколько странное впечатление. Едва ли она состояла в клубе любителей цветов. Снова опустившись в кресло, она посмотрела на меня и задумчиво проговорила:
- А может, вам рассказать?
- Многие так и делают, - скромно ответил я. - Ладно, рассказывайте.
- Ну что ж... Меня могут обвинить в мошенничестве.
- Да? И чем вы занимаетесь? Передергиваете в канасту?
- Я не о шулерстве, - нервно кашлянув, сказала девица. - Напомните мне как-нибудь, чтобы я поведала вам историю своей жизни. О том, что мой муж погиб на войне, и мне пришлось опуститься до мошеннических трюков. Ну, что, распалила я ваше любопытство?
- Еще как распалили. Так чем же вы занимаетесь? Хищениями орхидей?
- Нет. Раньше я думала, что плохо быть бедной и нечестной, но однажды мне пришлось убедиться, что не все так просто. Жизнь сводит с разными людьми, иногда подпадаешь под их влияние. Два года назад я и трое моих партнеров вытянули сто тысяч долларов у одной зажиточной особы. Могу рассказать, как мы это сделали, даже назвать имена. Едва ли облапошенной даме придет в голову откровенничать.
Я кивнул.
- Жертвам шантажа это не свойственно.
- Я не вымогательница!
- Прошу прощения. Мистер Вулф не устает повторять, что я то и дело опережаю события.
Девица кипела от негодования и, похоже, не слушала меня.
- Вымогатель куда хуже мошенника. Но не в этом дело. Беда мошенника в том, что собратья по промыслу толкают его на гадкие поступки, даже если он не хочет их совершать. Когда-то у меня была подруга, близкая подруга, если только мошенник может иметь друзей. Но её убили. Стоило мне рассказать все, что я знаю, и убийцу поймали бы, но я тряслась от страха и молчала. В итоге он и поныне на воле. Но ведь погибла моя подруга! Похоже, я опустилась на самое дно.
- Возможно, - ответил я. - Ведь я вас почти не знаю и не могу сказать, что с вами будет после двух бокалов виски. Может быть, вы развлекаетесь, водя за нос частных сыщиков.
Девица пропустила мои слова мимо ушей.
- Я давно поняла, что совершила ошибку, - продолжала она, словно читая театральный монолог. - И около года назад решила начать новую жизнь...
- Понимаю, - кивнув, вставил я.
- Но в декабре мы провернули одно хорошее дельце, и я уехала развлекаться во Флориду. А по дороге познакомилась с одним типом. У него была зацеплена клиентка, и сейчас я ею занимаюсь. Мы вернулись сюда только неделю назад. Этот человек... - Она умолкла.
- Да? - поторопил я её. Девица выглядела совершенно подавленной. И дело было не только в тревоге, которую она испытывала.
- Я вам говорю безо всяких преувеличений, он мне противен, продолжала она. - Впрочем, это касается только меня. Сейчас я попытаюсь объяснить, как попала сюда и почему сожалею об этом!
У меня не было оснований сомневаться в её искренности, даже если она репетировала эту сцену перед зеркалом, добиваясь полной достоверности.
Девица уставилась в пространство.
- Если бы я не пришла! Если бы не встретила его! - Она взволнованно подалась ко мне. - У меня есть один недостаток: я соображаю либо слишком быстро, либо слишком туго. Как только я поняла, что увидела знакомого, мне надо было отвернуться, но я этого не сделала, и он все прочел в моих глазах. Я была потрясена и глядела на него, думая, что не узнала бы этого человека, будь он без шляпы. И тут вдруг он взглянул на меня и понял, что случилось. Ну, да было уже поздно. Я прекрасно владею собой и сохраняю невозмутимое выражение лица при любых обстоятельствах, но сегодня это оказалось мне не под силу... Моя неловкость была заметна. Миссис Орвин даже спросила, что со мной. Только после этого я постаралась взять себя в руки, а когда увидела Ниро Вулфа, решила поговорить с ним. Разумеется, при всем честном народе этого сделать нельзя, но потом вы вышли, и я, отделавшись от своих спутников, поспешила за вами.
Девица попыталась улыбнуться мне, но сумела состроить только какую-то жалкую гримасу.
- Мне стало немного легче, - с надеждой в голосе произнесла она.
- У нас хорошее виски, - сказал я. - Вы так и не сообщите мне, кого именно узнали?
- Нет. Я расскажу это только Ниро Вулфу.
- И тем не менее, вы решили довериться мне. Ладно, поступайте, как считаете нужным. Но чего вы рассчитываете добиться, рассказав обо всем Вулфу или кому-либо другому?
- Я смогу обезопасить себя, и этот человек не навредит мне.
- Почему?
- Испугается. Ниро Вулф предупредит его, что я все рассказала, и если со мной что-то случится, он будет знать, кто это сделал. То есть, Ниро Вулф будет знать, и вы тоже.
- Мы будем полезны вам, только если узнаем имя и адрес этого таинственного человека, - сказал я, пытливо разглядывая девицу. - Надо полагать, парень и впрямь ещё тот, раз сумел так застращать вас. Кстати, если уж мы заговорили об именах, как вас зовут?
Она издала какой-то странный звук, отдаленно похожий на смех.
- Марджори вам нравится?
- Ничего. Но какое имя вы носите сейчас?
Девица заколебалась.
- Да полно вам! - воскликнул я. - Вы же не в безвоздушном пространстве, а я, как-никак, сыщик. Мы записали имена всех гостей.
- Синтия Браун, - сказала она.
- Вы пришли вместе с миссис Орвин? Она и есть ваше "клиентка", которую вы зацепили во Флориде?
- Да, но с этим покончено, - девица взмахнула рукой. - Я вышла из игры.
- Понятно. И все же - кто тот человек, которого вы узнали?
Синтия покосилась на дверь, обвела взглядом кабинет и спросила:
- Нас могут услышать?
- Нет. Вторая дверь ведет в переднюю, где мы временно устроили гардероб, а стены кабинета звуконепроницаемые.
- Все должно получиться так, как я задумала, - сказала она, понизив голос. - Но я была не до конца откровенна с вами.
- От мошенницы я иного и не ожидал. Попытайтесь ещё раз.
- Я хочу сказать... - Она закусила губу. - Дело не в страхе за свою шкуру. Разумеется, я боюсь, но Ниро Вулф нужен мне не только для того, чтобы обеспечить мою безопасность. Мне надо поговорить с ним о том убийстве... Но он не должен упоминать моего имени... Я совсем не хочу объясняться с полицией, особенно сейчас. Если Вулф не сможет выполнить это условие... Или вы полагаете, что сможет?
Я почувствовал, как вдоль позвоночника пробежала легкая дрожь. Такое со мной случается очень и очень редко. Стараясь не допустить, чтобы мой голос сорвался, я строго взглянул на девицу и сказал:
- Вулф возьмется за дело, только если вы заплатите ему. Вы располагаете какими-нибудь доказательствами?
- Я видела его.
- Видели сегодня?
- Нет, давно, в тот день, когда навестила подругу, о которой говорила вам, - Синтия сцепила руки. - Я как раз собиралась уходить. Дорис была в ванной. Я подошла ко входной двери, и тут кто-то вставил ключ в замок с наружной стороны. Дверь открылась, и вошел мужчина. Увидев меня, он застыл на месте. Это была моя первая встреча с "сахарным папочкой" Дорис. Она, понятное дело, не хотела нас знакомить. Поскольку у него был свой ключ, я, естественно, решила, что он задумал сделать ей сюрприз, и поспешно ушла, успев сообщить ему, что Дорис в ванной.
Синтия умолкла, её руки чуть расслабились, потом снова плотно сжались.
1 2 3 4 5 6 7 8
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...