ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Людмила Ситникова
Прайс на прекрасного принца

Глава 1

Каким образом женщина может поднять себе настроение, если последнее ни с того ни с сего опустилось на нулевую отметку?
На самом деле, способов великое множество. Пожалуй, самый действенный – это поход по магазинам. Когда финансы позволяют безболезненно расстаться с определенной суммой, дабы приобрести симпатичную кофточку или понравившиеся джинсы, плохое настроение испаряется в мгновенье ока. Мужчинам не понять такой странности в поведении женщин. По их мнению, покупка шмоток и многочасовое шествие по торговым центрам приравниваются к китайской пытке и в принципе не могут доставить радость и удовольствие.
К счастью, слабая половина населения не разделяет мужской позиции касательно этого вопроса и продолжает с завидной регулярностью наносить визиты в многочисленные торговые точки, чтобы принарядиться и запастись необходимым зарядом бодрости.
Второй способ избежать депрессии и оставить позади упаднический настрой – поход в парикмахерскую.
Новая прическа, как ничто другое, способна заставить дам посмотреть на мир другими глазами.
Сегодня Катка, устав от придирок Розалии Станиславовны, решила побаловать себя поездкой в салон красоты.
Спустя пару часов, выйдя на заснеженную улицу, Копейкина ликовала. Рыжие локоны – в полном порядке, теперь не мешало бы заскочить в торговый центр, чтобы прикупить розовый шарфик, на который Катка положила глаз еще пару недель тому назад, но, не рискуя выложить внушительную сумму за аксессуар, терзалась сомнениями. Но сейчас, расслабленная и одухотворенная, Ката была способна на подвиги, в частности, она была готова стать обладательницей этого шелкового великолепия.
Подойдя к «Фиату», Катарина резко повернула голову вправо и вздрогнула.
В сугробе, возле фонарного столба, лежал человек. Определить, кто именно – мужчина или женщина, – не представлялось возможным. Неизвестный лежал лицом вниз, а по его старой – если не сказать большего – бесформенной одежонке можно было заключить, что бедолага если не бомж, то, по крайней мере, очень нуждающийся в деньгах человек.
Катку с детства приучили проявлять сострадание к ближнему. Она не может оставаться равнодушной и пройти мимо замерзающего человека.
Наклонившись, Копейкина осторожно коснулась плеча лежавшего.
– Эй! Вы меня слышите?
Ответа не последовало.
– Вам лучше встать, вы замерзнете. На улице минус десять.
Ноль эмоций.
В метре от Катки остановилась тетка в драповом пальто. Поставив на снег хозяйственную сумку, она прогудела:
– Твой, что ли, нажрался?
– Я только к нему подошла. Наверное, ему плохо. Он не реагирует.
Женщина махнула рукой.
– Тебе больше всех надо, да? Своих забот не хватает? Плюнь на алкаша и топай, куда топала.
– Замерзнет.
– Одним пьяницей меньше, – исходила злобой дамочка. – Развелось их, как собак нерезаных! С утра зенки зальют и валяются на каждом шагу. Козлы! Плюс заразу разносят.
Катарина продолжала тормошить незнакомца.
– Отойди от него, сказала, – бушевала тетка. – Не видишь, в отключке он. Ты хоть из пушки стреляй – не проснется.
– И что делать?
– Поднять руку и опустить. Вот что!
Катарина выудила из сумочки сотовый.
– Я позвоню в милицию.
– Ой балда, – зашлась баба, – мало у милиции проблем, так ты еще об алкашах местных их информируй! Они преступников ловить должны, за порядком следить, а не тратить время на ерунду.
Ката набрала ноль и, не успев ткнуть в «двушку», подскочила.
Неизвестный был облачен в коричневое рваное в нескольких местах пальто, стёртые ботинки и полинялую, побитую молью кроличью шапку.
Но ни Катка, ни тетка с хозяйственной сумкой не обратили внимания на руку несчастного. И теперь, приметив ухоженную ладошку с кроваво-красным маникюром на тонких длинных пальчиках, Копейкина побледнела.
– Это женщина! – завизжала она так громко, что тетка попятилась назад.
– Че орешь, бешеная?
– Женщина, – твердила Ката. – И она… она не пьяная.
– Разуй глаза, вона в какой одежонке валяется. Пьянь стопроцентная!
Гипнотизируя взглядом красные ногти, Катарина дозвонилась до отделения.
– Сейчас приедут, – возвестила она, бросив сотик в сумочку.
– Приедут и по шеям тебе надают. Взяли моду, мать их, по любому пустяку милицию вызывать.
Тетка бурчала, шипела и гундосила, но Копейкина на время отключила слух. Вернее, он отключился по собственной инициативе. Все ее мысли были заняты правой конечностью дамы в сугробе.
Скажите, как такое может быть, чтобы человек, одетый, мягко говоря, беднее некуда, сделал себе дорогой маникюр? А он действительно дорогой. Катка сразу поняла – с ноготками работал профессионал. Но пальто, ботинки, шапка…
– Я с тобой разговариваю, – крикнула разбушевавшаяся бабища. – Почему не отвечаешь?
– Простите, что?
– Что, – передразнила тетка, – сматываем удочки, говорю. Ща менты приедут и нас с тобой за компашку в отделение загребут.
– С какой стати?
– С такой…
Договорить она не успела. Из-за угла показалась машина.
– Ну вот, доигрались. Ща начнется!
Высокий симпатичный сотрудник правоохранительных органов, выслушав невнятную речь Копейкиной, переглянулся с коллегой – худощавым парнем лет двадцати пяти.
Нагнувшись, парень перевернул женщину на спину.
Ката закрыла рот руками.
Лицо бедняги было в крови.
– Епрст… – протянули ребята.
– Она жива? – шепотом спросила тетка, выглядывая из-за плеча Катарины.
– Судя по всему, нет.
– Мамочки, я так и знала. Прям чувствовала! Хорошо, что надоумила тебя в милицию звякнуть. – Она виновато уставилась на Катку и продолжила петь свою лживую песню: – Я всегда проявляю бдительность. Если что не так, сразу звоню в милицию. Лучше перестраховаться, чем потом локотки кусать.
Лейтенант поднял черную кожаную сумочку, на которой лежала покойница.
Пока капитан, чертыхаясь, связывался по рации с отделением, паренек извлек из сумки паспорт.
– Сергей Михайлович, она с документиками.
Обкусывая губы, Катарина переминалась с ноги на ногу. А как только лейтенант произнес вслух имя покойной, Катка взвизгнула:
– Повторите! Повторите, что вы сказали?
– Германова Ева Альбертовна, – с расстановкой произнес парень. – Почему вы так занервничали? Вам знакома эта женщина?
Копейкина смотрела на красное лицо Евы Альбертовны, не в силах поверить, что все происходящее – не кошмарный сон, а еще более кошмарная реальность.
– Вы знаете покойную? – чуть громче повторил лейтенант.
– Да… вернее, нет. Мы… Я ее не узнаю, но… да, месяц назад я познакомилась с Евой Альбертовной Германовой. Только она…
– Что она?
– Татуировка в виде цветка, – словно заклинание, твердила Копейкина. – На левом запястье у нее должна быть татуировка. Посмотрите!
Капитан задрал рукав пальто и присвистнул:
– Все верно. Татуировка. Цветок.
– Это она… она… Но как, почему?!
Боковое зрение стало пропадать. Понимая, что она вот-вот лишится чувств, Катарина схватила тетку за руку и пошатнулась.
– Ты в порядке?
– Нет… не знаю… я…
В себя Копейкина пришла от запаха нашатырного спирта.
Оглядевшись, она с удивлением обнаружила, что лежит в машине «Скорой помощи», а рядом сидит полноватая женщина-врач.
– Не вставайте. Лежите.
– Как я здесь оказалась?
– Мою руку видите? – спросила врачиха.
– Вижу.
– Сколько пальцев?
– Пять.
– А сейчас?
– Два. Послушайте, в чем дело? Со мной полный порядок, выпустите меня отсюда.
Врач вышла из машины, а через секунду в салон заглянул капитан.
– Очухались? – слегка улыбаясь, спросил он. – Это хорошо. Силенки для поездки в отделение найдутся?
– А зачем мне ехать в отделение?
– Необходимо составить протокол. Как-никак, вы наткнулись на труп с проломленным черепом.
– Что?!
– Да, да, Германову кто-то с силой тюкнул по черепушке. А вдобавок ко всему вы были знакомы с покойной. Нам будет о чем с вами побеседовать.
На ватных ногах Катарина дотопала до «Фиата».
А дальше ей предстояло окунуться в воспоминания месячной примерно давности.
Для тех, кто еще не знаком с семейством Катарины Копейкиной, необходимо вкратце пояснить, что к чему.
Катке – тридцать шесть лет. За свою сравнительно недолгую жизнь Катарина успела получить высшее образование, поработать бухгалтером и трижды сбегать к алтарю.
Два первых брака, которые до сих пор считаются ошибкой столетия, остались далеко в прошлом. А вот третий супруг – предприниматель Андрей Копейкин, с которым судьба столкнула Катку пять лет назад, оказался ее судьбой… второй половинкой.
Сменив фамилию, Ката оставила наскучившую до чертиков работу и полностью погрузилась в дела семейные. Ну, а если быть до конца откровенным, то все дела сводились к круглосуточному ничегонеделанию. Андрей – человек, проводящий в разъездах около восьми месяцев в году, – обрек супругу на коротание времечка в компании своей горячо любимой мамаши.
Свекровь номер три – гламурная особа Розалия Станиславовна – оказалась дамой штучной и в каком-то роде даже эксклюзивной. Такой свекрови нет ни у какой другой невестки на планете Земля! Взбалмошная, экстравагантная, импульсивная Розалия, помешанная на внешности, шмотках и праздном образе жизни, как никто, умеет – а главное, любит – выматывать нервы окружающим. Она способна вляпываться в самые нестандартные и немыслимые ситуации, таща за собой всех и каждого.
Вместе с помощницей по хозяйству Натальей, которая стала для Катарины почти что сестрой, свекрища проживала в Сочи. Но! Трижды в год Розалия в обязательном порядке осчастливливала Катку своим присутствием. Визиты «мамочки» растягивались на два-три месяца. Нетрудно посчитать, сколько времени Копейкина «скучала» в гордом одиночестве.
Розалия Станиславовна, чей возраст зашкалил за отметку семьдесят, а рост приближался к ста семидесяти пяти сантиметрам, была помешана на своей внешности. Молодость, молодость и еще раз молодость – таков был девиз свекрови.
Одевалась она исключительно в дорогих бутиках, на идеальное личико наносилась лишь самая дорогая косметика, головку венчали эксклюзивные парики, коих в ее коллекции были великое множество, плюс неизменные туфли на десятисантиметровой шпильке.
Не стоит также забывать о еженедельных походах в spa-салоны и прочие заведения, где за баснословные деньги с вашего лица и тела «уберут» десяток коварных годиков.
Так вот, пятнадцатого декабря Розалия Станиславовна заявила:
– Через два дня мы с тобой едем в Питер. Билеты уже куплены, номер в гостинице забронирован.
Ката насторожилась:
– Зачем?
– Ты не представляешь, я вытянула выигрышный билет! Одна знакомая мне сказала, что в Ленинградской области живет потрясная старушенция, которая знает секрет вечной молодости.
Копейкина откинулась на спинку кресла. Сколько раз уже она слышала от свекрови подобные разговоры! Любое мимолетное упоминание о вечной молодости вызывало в душе Розалии бурю эмоций. Желание выглядеть гламурной молодкой затмевало разум, и Станиславовна, никого не слыша, загоралась идеей узнать вожделенный секрет.
– Оказывается, она умеет готовить чудо-средство от возраста, – тараторила свекровь. – Моя знакомая наведывалась к старухе три раза, и после этих поездок она выглядела как девчонка. У бабки есть рецепт, по которому она готовит настойки из трав и кореньев. Результат, как говорится, налицо. Я уже созвонилась со старухой, она ждет нас в пятницу.
Спорить, а тем более перечить Розалии было не принято. Во-первых, последнее слово всегда останется за свекровью, а во-вторых, как известно, нервные клетки не восстанавливаются.
В пятницу утром Копейкины отправились в город на Неве.
1 2 3 4 5

загрузка...