ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Салли кивнула.
– Думаю, надо начать отсюда. По левую сторону будет библиотека Цельса, дальше – театр. На обратном пути осмотрим городские бани и бордель.
Салли поняла, что это выше ее сил. Маркус изображает из себя гида. Полетт действует ей на нервы. И Жиль… Жиль ведет себя как обычно.
– Мне надо в туалет, – выпалила она. – Я вас догоню.
– Ты же вроде не хотела, – заметил Маркус. Пока остальные ходили в туалет, Салли упивалась минутами одиночества на мощеной дороге.
– Значит, захотела, – ответила она. – Я же не школьница. Не ждите меня. Я знаю, куда вы идете.
Полетт пожала плечами.
– Пойдемте, – сказала она, взяв Жиля под руку. – С ней все будет в порядке.
Маркус шел впереди. Салли попятилась обратно ко входу в город. И лишь раз обернулась через плечо. Жиль тоже обернулся и посмотрел на нее.
В туалете Салли пробыла меньше минуты, брызнув водой в лицо. На самом деле она хотела, чтобы Маркус и его маленькая экскурсионная группа ушли так далеко, что их было бы вовсе не догнать. Или еще лучше: оправдать мнение Маркуса о ее способностях ориентироваться по карте и свернуть не в ту сторону при первой же возможности.
Снова оказавшись на солнце, она разглядела вдали своих счастливых спутников: они прогуливались и останавливались, чтобы рассмотреть нечто примечательное. Салли замерла в тени поникшего деревца и ждала, пока они не свернут за угол.
Теперь она сможет погулять по Эфесу так, как ей этого хочется. Без комментариев Маркуса в стиле диктора Би-би-си и прямых цитат из путеводителя. Без идиотского и безуспешного кокетства трещотки Полетт. Без многозначительных взглядов Жиля.
Еще до прибытия в Эфес у Салли возникло ощущение, будто она вернулась в прошлое. Проведя три часа на заднем сиденье рядом с Жилем, она словно снова оказалась в 1986 году. Ей было пятнадцать, и она поехала в Лондон со своим бой-френдом Ником и его родителями. Им пришлось сесть на заднее сиденье вместе с младшим братиком Ника. Он занял место у окна. И Салли пришлось приютиться на подлокотнике. Всю дорогу она украдкой держала Ника за руку, прикрываясь анораком, разложенным на коленях. И каждый раз, когда машина натыкалась на кочку, их кидало ближе друг к другу. Волнение от этого внезапного прикосновения было неописуемым.
Но Салли не собиралась провести еще три часа обратного пути в Бодрум, заливаясь краской. Попросит, чтобы Жиль сел рядом с водителем, а по возвращении в отель отменит оставшиеся уроки тенниса. Размышляя об этом, Салли следовала за бездомной собакой по узкой улочке, что когда-то вела в гавань. В таких переулках проститутки предлагали свои услуги заходящим в порт морякам. Салли представила себе пивные берлоги, битком набитые людьми, вызвавшими бы гнев у целомудренной Артемиды.
Переступив через порог, она оказалась на открытой площадке, которая когда-то была чьим-то домом. Салли присела на низкий поребрик, закрыла глаза и запрокинула голову. Солнце ласкало ее лицо, как самый нежный любовник. Вдали от людей тишину нарушало лишь беспрерывное пение невидимых цикад. Вдали от Маркуса и вечно смущающего ее Жиля Салли впервые за весь отпуск смогла расслабиться. Она откинулась на стену. Ей хотелось, чтобы эта минута длилась вечно. Тишина. И одиночество.
Должно быть, Салли заснула. И очнулась, лишь когда по лицу пробежала тень. Затрепетав ресницами, она увидела чье-то лицо. Это был Жиль. Салли не знала, сон это или явь.
– У тебя нос покраснел, – произнес Жиль. И нежно коснулся ее носа. – Нужно помазать солнцезащитным кремом.
Салли резко села. Выпрямилась. Прежде чем задремать, она расстегнула три верхних пуговицы на блузке. Глядя на нежно-розовый треугольник, отмеченный солнцем на груди, можно было предположить, как долго она спала.
– Где остальные?
– Гуляют где-то, – ответил он. – Ты не догнала нас, и Маркус забеспокоился. Мы решили тебя искать. Они с Полетт пошли туда. – Жиль кивнул в сторону стоянки. И посмотрел на часы. – Мы договорились встретиться у машины через двадцать минут. Ты заблудилась? – спросил он.
– Вроде того, – пробормотала Салли. – Нарочно заблудилась, – смущенно добавила она.
Жиль улыбнулся. Салли избегала встречаться с ним взглядом и теребила ремешок сандалии.
– Маркус, наверное, кипятится.
– Что?
– Сердится на меня, – объяснила Салли.
– Мне кажется, ты чаще на него сердишься, – заметил Жиль.
– О чем ты?
– Я заметил, – сказал Жиль. – Я такие вещи сразу понимаю. На работе всякого насмотришься. Салли, когда ты рядом с ним, ты будто витаешь в облаках. Мне кажется, вы отдаляетесь друг от друга.
– У всех пар бывают трудные времена, – ответила она, желая пресечь этот разговор с самого начала.
– Можешь поговорить со мной, если хочешь, – сказал Жиль.
– О да, конечно. – Салли застегнула блузку до самого горла. – Нет, спасибо.
– Я серьезно.
– Я тоже, – ответила Салли.
– Отпуск – одна из самых стрессовых ситуаций в жизни человека, – проговорил Жиль. Это он вычитал у Акселя в книгах по психологии за ту неделю, когда собирался переспать с клиническим психологом из Ля-Рошели. К несчастью, она оказалась слишком умна для него. (Хотя Ксавье заявил, что она лесбиянка.) – Маркус признался, что приготовил для тебя сюрприз, устроив эту поездку. Он изо всех сил старается сделать тебя счастливой. Ты должна быть довольна.
– Знаю. – Дремоту Салли сменило раздражение. С чего это Жиль вдруг возомнил себя семейным психологом?
– Тяжело видеть таких милых людей столь несчастными.
– Мы же договорились, – сказала Салли. – Пойдем найдем Маркуса и Полетт.
– Салли, – проговорил Жиль, – я знаю, ты считаешь меня всего лишь тупым аниматором, но я умею хранить секреты. Все, что ты мне расскажешь, я унесу в могилу. Но возможно, это поможет тебе высказать свои чувства вслух. Я знаю, что такое любовь, – заверил он.
– Неужели?
Она не собиралась клевать на проявление заботы и прямиком кидаться к нему в объятия. Салли не сомневалась, что когда Жиль спрашивал женщин, разочарованы ли те в мужьях, девять из десяти отвечали «да». И у Жиля находилось идеальное решение. Впрочем, девять из десяти мужей, кому выпадает шанс переспать с женщиной, чьи внешние данные намного превышают коэффициент интеллекта и индивидуальность, прибегнут к уловке «моя жена меня не понимает». Жиль ничего не знает о любви. Вероятно, о страсти ему известно, но о любви – точно нет. Ведь люди, которым выпало любить по-настоящему, всегда немного меланхоличны. Так думала Салли.
– Давай вернемся на стоянку, – повторила она. – Пойдем, пока Маркус не отправил отряд на наши поиски.
Маркус и Полетт стояли, прислонившись к машине. Полетт курила сигарету. Когда она затягивалась, ее и без того заостренное лицо становилось почти крысиным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78