ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн,   действующие идеологии России, Украины, ЕС и США  
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Какое-никакое, но оправдание им Артур находил и не испытывал к ним такого отвращения, какое испытывал к стукачам из последней, четвертой группы. Эти были готовы тратить личное время и средства, чтобы выяснить детали преступления, главных и косвенных фигурантов, потом сдать их органам и у ворот Управления наблюдать, как задержанных по их информации преступников, в наручниках, грузят в автозак. Артур следил за этими людьми со стороны и готов был поклясться, что у них наступал оргазм в тот момент, когда за арестованными с их подачи преступниками захлопывалась дверь, и воры, мошенники, хулиганы как затравленные зверьки с безнадежностью смотрели на волю через решетку. Самое страшное было то, что большинство задержанных были друзьями этих людей.
Впрочем, ничто не мешает отдельно взятым «дятлам» органично объединять в себе признаки всех категорий.
Всех их объединяет еще кое-что. Это необходимость давать власти информацию, хотя и по различным причинам. Такие люди необходимы, а потому – терпимы.
…Раздался осторожный стук в дверь.
– Проходите! – Артур вздохнул – песок с купальниками опять отодвинулся за горизонт, и снял ноги со стола.
В узкую щель приоткрытой двери протиснулась плешивая голова с мутными, как у вчера умершего окуня, глазами.
– Сергеич, разреши…
– Заходи. – Артур напустил на себя недовольный вид и стал ковыряться в верхнем ящике стола. Найдя совершенно ненужный карандаш, он вынул из канцелярского набора скальпель и занялся важным делом – починкой сломанного грифеля.
Бахарь осторожно подошел к столу, оторвал от пола стул, на цыпочках отошел к стене и бесшумно сел. Он делал все это, стараясь не издавать ни единого звука, так как это могло помешать начальнику чинить карандаш.
– Сергеич… – наконец осмелился Бахарь. – Это… Дело есть. Информация, значит.
– Информация? – Артур потрогал пальцем острие карандаша. Оно было даже чересчур острым. – И какую же информацию ты мне принес? Что в России появилась организованная преступность? И за это хочешь просить денег на бутылку водки и пару пачек «Примы»?
– Нет, Сергеич… – в сердцах произнес Бахарь.
– Нет? Не эту? А, наверное, ты разузнал через своих доверенных лиц, что «тетя Ася» стала разбавлять отбеливатель ослиной мочой. Молодец, Бахарь! Как только тетя Ася «расколется», приходи – получишь свой гонорар.
– Сергеич, ну че ты так злишься? Услышишь – сам «допрешь», информация толковая. Да и слышал я, что она давно тебе нужна позарез.
– Бахарь, знаешь, почему все, включая твоих корефанов и меня, к сожалению, зовут тебя «Бахарем»?
Вор немного помялся.
– Фамилия у меня – Бахарев, потому как…
– Нет, не «потому как». Если бы у тебя была фамилия, допустим, «Струйкин», я бы тебя все равно звал Бахарь. И никак иначе.
– Это почему? – опешил спившийся рецидивист.
– Потому что «бахарь» – это древнерусский профессиональный сказочник, собиравший и рассказывавший сказки. Пиз…н, короче. Заниматься отработкой твоей информации – все равно, что искать ноги у змеи. В общем, я принял такое решение. Я «списываю» тебя как «балласт» и раскрываю кражу кроликов. Мне тут, Бахарь, на днях «стуканули» – ты их, оказывается, украл. Какая для меня неожиданность… Кто бы мог подумать?
– Сергеич, да выслушай ты меня наконец!
– Хорошо, – согласился Артур. – На конец я тебя послушаю. В смысле напоследок.
Мужик облегченно вздохнул и взъерошил жалкие островки растительности на голове.
– Я знаю, что ты Француза ищешь. И, слышал, найти не можешь…
Пляж окончательно исчез за горизонтом.
– Дальше. – Артур всем весом навалился на подлокотник кресла, отчего скрипнули колесики, и посмотрел мимо Бахаря на стену, где висел уже неактуальный портрет Дзержинского.
– А дальше… – Бахарь закашлялся. – Дальше, значица так, Сергеич. Дома он сейчас, Француз-то. До вечера у себя дома будет.
Артур поднялся из-за стола.
– Так, Бахарев, ступай домой или… откуда ты там пришел. Информацию проверю. В девятнадцать часов приходи сюда, ко мне. Если подтвердится – получишь полста рублей. Если нет – готовься на тюрьму. За кролов. Так что вещи на всякий случай можешь сразу прихватить с собой.
– Жестокий ты человек, Сергеич, но честный. Через это и питаю к тебе уважение. А потому – приду я в семь. Сам понимаешь – за полсотни рисковать не стал бы. Приду только потому, чтоб знал ты – не пиз…н я.
– Ты из меня скупую мужскую слезу не дави. Придешь ты только потому, что знаешь – найду я тебя, из-под земли достану и «повешу» еще штуки три кражи, чтобы ты случайно с племянником не договорился на «мировую» насчет ушастых. Ступай, собирай вещи по чердакам.
– Не пугай так, Сергеич. Ты прям как серый Волк на Снегурочку…
– На кого?!
– На Снегурочку…
– Да, Бахарь, видно, когда твоим сверстникам в детстве эти сказки читали, ты гвоздиком в камере свое первое слово «х…» нацарапал. Может быть, все-таки на Золушку?..
– Ах, да, правильно – на Золушку!
– Понятно… – вздохнул Артур, открывая замок на двери, который закрыл по привычке Бахарь, зайдя в кабинет оперативника. – В семь вечера чтоб был у кабинета. Если я задержусь – сиди в коридоре и жди.
* * *
Захлопнув за вором дверь, Артур секунду подумал, потом вышел из кабинета и быстрым шагом спустился по затертой, отполированной тысячами подошв лестнице на второй этаж, попав таким образом в длинный коридор следственного отдела. Рванув первую попавшуюся под правую руку дверь, Веденеев зашел в кабинет и сразу почувствовал терпкий запах «Испахана». Такими духами в Управлении пользовалась только Инга Асмолова. И она же сейчас сидела в одиночестве за своим рабочим столом и барабанила пальчиками по клавиатуре пишущей машинки.
Однажды Артур увидел эту девушку на улице в нерабочей обстановке в белой прозрачной блузке и обтягивающих фигуру джинсах. И… шевельнулась в его голове шальная мыслишка! Но тогда сыщик сразу отогнал от себя свою слабость, вспомнив золотое, не им писаное правило: на работе – ни за что! И она и он в этот момент находились не на работе, но Артур знал: завтра-то они опять будут в одном учреждении. Поэтому все, что тогда в единственный раз позволил себе Веденеев, – это любоваться следователем Ингой Асмоловой, пока ее возмущающая своей красотой спокойствие прохожих прекрасная фигурка не скрылась за поворотом.
Сейчас, увидев Веденеева, Инга улыбнулась ему той улыбкой, которая снилась и снится всей мужской части Управления, независимо от наличия или отсутствия у тех обручального кольца.
– Инга, ты меня любишь? – неудачно пошутил Артур.
У девушки слегка приподнялась левая бровь, но тут же улыбка стала ярче и хитрее. Она тоже умела неудачно пошутить.
– Ты только скажи, Артур, когда и где?
– Прямо сейчас и у меня в кабинете.
У следователя Асмоловой зеленые глаза стали огромными от удивления и правая бровь выравнялась с левой.
– Ты меня пугаешь, Артур…
– Я сегодня всех пугаю. Инга, мне нужна твоя помощь.
– Допросить кого-то? Нет, Артур, мне некогда. Обвинительное заключение сегодня нужно допечатать, а времени…
– Инга, – перебил Веденеев, – не нужно никого допрашивать. Мое дело – это дело пяти минут. Заодно и развеешься.
– Так что нужно сделать-то?
– Позвонить по телефону, позвать одного злодея и сказать, что у тебя ему записка от Змея. Дескать, он из тюрьмы толкнул маляву, а ты придешь и передашь.
– Так ты мне предлагаешь забить бандитам стрелку?.. Кстати, я что-то не вижу во всем этом смысла. Может, объяснишь?
– Хорошо, – подумав, согласился Артур, – пойдем на улицу. Пока дойдем до таксофона, я тебе все объясню.
– А зачем таксофон? – удивилась Инга. – Есть телефон. Какая необходимость идти на улицу?
– У этого парня дома стоит телефон с определителем. Можно спугнуть.
– А откуда он знает номер моего телефона? – Инга от неожиданности даже немного испугалась.
– Черт! – Веденеев с досадой выдернул из кармана пачку «Кэмэл» и прикурил сигарету. – Ну откуда он может знать номер твоего телефона? Он после твоего звонка просто возьмет и тупо проверит! А какая «в доску своя машка» будет звонить ему из кабинета УВД?
– Я не сразу сообразила! – рассердилась Инга. – Ты же ни фига не объясняешь!
Артур улыбнулся.
– Пойдем, пойдем. Пусть все наконец увидят, что мы с тобой в прекрасных отношениях.
– Эх, Артур Веденеев, а ведь ты меня просто используешь.
Это было сказано самым равнодушным голосом, но что-то опять уловил Артур, и это «что-то» было чем-то новым, спрятанным и недосказанным. Еще не осознавая, что есть такое это недосказанное, он почувствовал, как екнуло внутри, и по его телу, словно волной, прошло тепло. Боясь испортить все какой-нибудь дурацкой фразой или неловким жестом, Артур постоял, как столб, ожидая, пока Инга найдет ключи от кабинета, и, пропустив вперед девушку, вышел…
…Узнав от Бахаря, что Француз находится у себя дома, Артур понял, что нельзя терять ни минуты. Три месяца бесполезных поисков этого Француза уже почти убедили сыщика в том, что тот уехал из города, а может, даже из страны. Все подельники Француза были давно арестованы и теперь терпеливо ждали суда. Но Артура интересовали не они, поскольку все задержанные по этому многотомному делу были всего лишь исполнителями, но не организаторами. Руками, но не мозгом.
Познакомиться с таким мошенником, как Франц Игорь Леонидович, по кличке Француз, мечтали не только сотрудники уголовного розыска, но и, пожалуй, все аферисты города. По своим, естественно, мотивам. Бывший скромный служащий городского Бюро технической инвентаризации Франц еще десять лет назад ничем не выделялся. Когда же страну захватил радостный бум перестройки, Игорь Леонидович нутром почуял, насколько рьяно он приветствует сей демократический процесс.
Когда работа превращается в хобби, особенно на государственной службе, то возникает вполне резонный вопрос: почему же ранее эта работа казалась такой рутинной и монотонной? Игорь Леонидович сразу нашел ответ на этот вопрос. Потому что ранее она не приносила столько дохода. Франц и до этого брал взятки, но незначительные и рассматривал их лишь как премии к скудному жалованью чиновника. Сейчас же, на гребне волны всеобщей приватизации, все перевернулось вверх дном. Основным заработком стали регулярные достаточно крупные материальные поощрения со стороны тех, кому нужно было «оформить побыстрее» да «насчитать поменьше», а зарплата превратилась в своеобразную доплату за рутинную писанину и сшивание документов.
Изучив от корки до корки прессу, особенно ту ее часть, которая именуется «криминальная хроника», Игорь Леонидович сделал для себя два вывода. Первый заключался в том, что наряду с автомобильным бизнесом, наркобизнесом и торговлей оружием организованную преступность страны заинтересовали еще две области – цветные металлы и операции с недвижимостью. Цветные металлы его волновали мало, а вот к недвижимости Франц имел самое прямое отношение. Без его подписи не могла быть приватизирована ни одна квартира в городе.
Осознавать себя частью преступного мира, а в том, что он являлся его частью, Игорь Леонидович уже не сомневался, так как понимал, что за люди ему платят, было и лестно, и страшно. Еще бы! Вчера – бумажный червь, невидимка, мелочь. Сегодня же без его помощи не могут обойтись почти все криминальные группировки города, занимающиеся недвижимостью. Какую недвижимость и зачем они приватизируют, Франц не интересовался, хотя почти во всех случаях сталкивался с нарушением закона. А страшно было потому, что… черт его знает, сколько протянет эта демократия!
В неверном ходе своих наивных мыслей Игорь Леонидович убедился только тогда, когда полмесяца провалялся дома, в кровати, от побоев. Били его все те же, с тремя макушками. Били за то, что Игорь Леонидович не вовремя решил «показать зубы» и «продинамить» приватизацию четырехкомнатной квартиры в центре города.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3
Загрузка...

научные статьи:   расчет возраста выхода на пенсию в России,   схема идеальной школы и ВУЗа,   циклы национализма и патриотизма  
загрузка...